Глава 25

Усмирить разгулявшуюся утварь было несложно.

А вот насчет принца я сомневалась: вряд ли его высочество привык к такому неприветливому приему в своей обычной жизни.

Хотя… После встречи со мной наверняка начал мало-помалу привыкать: то его стиралка с ног собьет, то сковородка по башке шарахнет, теперь вот перец с веником в придачу. Похоже, от меня у него одни сплошные неприятности. Кстати говоря, у меня от него тоже. Не явись он в нашу академию в поисках невесты, жизнь моя протекала бы куда спокойнее.

—   Извини, забыла, —   покаянно проговорила я.

Сначала сказала, а потом сообразила, что как-то незаметно для себя все-таки перешла на «ты». Сейчас, взъерошенный и с покрасневшими глазами, принц вовсе не выглядел как принц.

—   Травки для памяти надо пить, —  недовольно буркнул он. —  Не так уж много времени прошло, минут десять, не больше.

Впрочем, его недовольство длилось недолго. Он быстро прошептал какое-то заклинание, глаза тут же сделались ясными, и даже волосы пригладились. Умеют же эти боевики справляться с последствиями травм! Очень ловко получается. Я почти пожалела, что в свое время не пошла на целительский. Тут же вспомнила, каких сумасшедших денег стоит это обучение, и быстренько перестала жалеть.

Принц больше не обращал на меня никакого внимания, вместе со своим баулом он переместился к стиралке.

—   А не долго она у тебя спит? —  с трогательной заботой в голосе проговорил он. —   Ты не переборщила с заклинанием?

Я пожала плечами. Могла и переборщить, очень уж она меня разозлила с утра.

—   Она у меня шторы сперла, —  на всякий случай пожаловалась я.

—   И что, так и уснула со шторами? —  округлил глаза он. —  А это не опасно для нее? Вдруг подавится во сне?

Не дожидаясь моего ответа, он осторожно погладил стиралку по белому боку.

—   Просыпайся, дорогуша.

Сколько же тепла было в его голосе! Кажется, король не ошибся, отправляя отпрыска в аспирантуру. Вот она, идеальная пара.

Стиралка что-то заворчала, встрепенулась, потопталась на месте, разминая ножки, и тихонько зажужжала. Моими, между прочим, шторами. Я вспомнила, во что она накануне превратила чулки, и мысленно ужаснулась. Как бы ни пришлось новые шторы. Страшно представить, во что она могла их превратить.

—   Думаю, ей нравится стирать, —  на полном серьезе сказал принц.

—   Да уж догадалась, —  буркнула я.

С чего бы ей иначе становиться на скользкий путь грабежа и разбоя!

—  Вот я и принес побольше вещей, чтобы была занята делом и не безобразничала.

Несмотря на мое недовольство стиралкой, принцем и жизнью вообще, я была вынуждена признать, что тут мой сообщник прав: занять это неугомонное существо любимым делом —  лучший способ справиться с неугомонностью.

Пожужжав еще пару минут, стиралка распахнула пасть и наконец вернула украденное.

Я с замиранием сердца развернула свой многострадальный текстиль и вздохнула. Теперь мои шторы были обильно усыпаны теми самыми легкомысленными розовыми бантиками, а еще бабочками и сердечками.

Для студенческой комнаты не слишком уместное украшение, оно было гораздо больше подошло для кукольного домика или спальни для маленькой девочки. Будь мне лет пять, я бы от души порадовалась этой красоте. Хотя сейчас тоже порадовалась, в конце концов, могло быть и хуже.

Принц внимательно разглядывал кукольное безобразие.

—   Помнится, они выглядели иначе, верно?

Я хотела съехидничать, ответить, что кое-кто очень уж внимательно разглядывал интерьер моей комнаты, но передумала. Принц вряд ли оценит мою искрометную шутку, к тому же такие шторы были бы заметны в любом интерьере.

—   Она их трансформировала, —  подтвердила я. —  Так что советую угощать ее чем-нибудь ненужным. Если, конечно, тебе не нравится ходить в розовом камзоле с бантиками.

Стиралка обиженно фыркнула и даже притопнула ножкой. Все время забываю, что она отлично понимает человеческую речь.

—   Ерунда, —   отмахнулся принц. —  У меня этих камзолов полно. А если и трансформирует, приложу к своей научной работе в качестве иллюстрирующего материала. Кстати, отличная мысль! —  Он с каким-то нехорошим интересом посмотрел на шторы, которые я все еще держала в руках. Я на всякий случай спрятала их за спину. —   Тебе они очень нужны?

—   Разумеется, —  отрезала я.  —  Ко мне в окно и так лезут все, кому не лень, а без штор еще и заглядывать будут.

Я быстро направилась к окну, взгромоздилась на стул и начала демонстративно вывешивать шторы на крючки. Нужно было поторопиться, пока принц не объявил, что именем закона или еще чего-нибудь там он их конфискует.

—   А ведь были еще и чулки, —  вспомнил он.

Я едва не грохнулась со стула.

Чулки, конечно, были, и даже есть до сих пор. Я их засунула в самый дальний угол шкафа, чтобы случайно никому не попались на глаза. Только видеть их в числе иллюстрирующего материала я совершенно не хотела.

—  Лучше отдай ей свои камзолы. Уверена, эта творческая натура обязательно внесет туда свои изменения.

—   А если не внесет?

—   Тогда принесешь мне новые шторы, а эти, так и быть, забирай.

—   Точно, —  обрадовался принц и с энтузиазмом начал доставать какие-то вещи из баула и запихивать в стиралкино нутро. Похоже, эти двое и правда нашли общий язык. Стиралка даже не думала безобразничать, не пыталась куда-то бежать, а вместо этого радостно заурчала, пережевывая предложенное угощение.

—   Ты, наверное, голоден? —  предположила я. —  А у меня как назло шаром покати… Может, пока сходишь куда-нибудь перекусишь? Все равно она часа два будет стирать.

Идея в кои-то веки остаться в комнате одной мне очень нравилась. Привести в порядок растрепанные чувства, запустить веник, прочитать заклинание от пыли… Не то, чтобы у меня в комнате был беспорядок, но ежедневная уборка давно вошла в привычку.

—   Ничего, —  отмахнулся принц. —  Сегодня я угощаю.

Я с подозрением покосилась на баул. Неужели кроме грязного белья там имеется и какая-то еда? Негигиенично, однако.

Но принц не полез в баул. Достал из наплечной сумки небольшую коробочку.

—   Вот, —   гордо заявил он.

И это еда? Максимум, что там могло поместиться, —  это пара шоколадок. А аппетит у принца отменный!

—  И что же это? —   недоверчиво спросила я.

—   Сухой паек, —   гордо объявил он. —  Сбалансированная еда для походных условий.

Я все еще смотрела на коробку недоверчиво. Еда, может, и сбалансированная, но очень уж маленькая.

—   Просто набери воды в кастрюлю, —  велел принц. —  В самую большую кастрюлю.

Хм, любопытно. До сегодняшнего дня я не считала воду подходящей едой. Возможно, принц сумеет меня удивить.

Я быстро притащила требуемое —  здоровенную кастрюлищу. Никогда бы такую не купила (зачем она мне?), но это был комплект, продавался с огромной скидкой, а остальные четыре имели вполне приличные размеры.

Есть у меня десяток нелюбимых заклинаний, требующих особой концентрации. Я сосредоточилась и направила из кухни струю воды прямо по воздуху. Кастрюля быстро заполнилась доверху, и я с нескрываемым злорадством уставилась на принца: ну и что вы будете делать с этой огроминой, ваше высочество?

Однако принца ничуть не смутили размеры посуды: он высыпал туда содержимое коробки — подозрительный фиолетовый порошок, —  прошептал какое-то заклинание и… Сперва плавающая на поверхности фиолетовая взвесь набухла и утонула, вода загустела, превращаясь в несъедобного виде кисель, забурлила.

В следующее мгновение я уже изумленно смотрела на здоровенную кастрюлю, доверху заполненную рассыпчатой гречневой кашей, перемешанную с крупными кусками мяса и нарезкой овощей. Дымок, который поднимался от кастрюли, был весьма ароматным и аппетитным.

—  Обалдеть, —  прошептала я восхищенно. – Только кто же все это съест?

—  Ну да, паек рассчитан на пять человек…

Я с сомнением покосилась на кастрюлю. Да этого и десяти будет много!

—  Ну, скажем так, на пять голодных боевых магов, которые застряли где-нибудь в лесу, —  смущенно поправился принц.

Мне оставалось только вздохнуть и пойти за тарелками.