Глава 39

Всё так же нависая надо мной, Альтовски склонился ещё ниже и, словно специально, шумно выдохнул. И, казалось бы, ничего особенного не произошло, но меня пробрало до мурашек. И всё только оттого, что его тёплое дыхание коснулось кожи моего плеча. Я замерла, не зная, как реагировать. То ли возмущаться, а то ли промолчать и сделать вид, что не заметила.

— Опоила, говоришь, — хрипло произнёс он.

— Я не специально, — смущаясь, пролепетала, глядя перед собой.

Уж лучше бы молчала. Кто, вообще, дёрнул меня за язык.

— И чем же? — услышав его вопрос, даже выдохнула. Хоть как-то оправдаться смогу.

— Это не приворотное, — мой голос дрожал, — вы не думайте. Нет, я не нарочно. Помните, тогда в библиотеке?! Сок тот… клубника со сливками. Мы с Агатой думали, что это зелье, усиливающее любовь. Вернее сказать, делающее её осознанной. Но, кажется, ошиблись. Простите, мы сварим противоядие. Мы всё исправим, — затараторила я, невольно глотая окончания.

— Злата, наивность ты моя, — тяжёлая рука легла мне на плечо. — Запомни, некроманта невозможно опоить приворотным зельем. Его можно отравить, да. Но не приворожить, — припечатал он меня. — Хотя, усилить чувства, вполне может быть. Но это было бы лишним. Перебирай контрольные и имей в виду, я намерен разобраться, чем же ты так привлекла меня.

Разогнувшись, профессор Альтовски прошёлся до своего места и уселся в кресло. Взяв в руки документ, принялся читать. И вид у него был, словно ничего сейчас не произошло. Вот совсем.

Я, нервничая, продолжала свою работу. В голове роилось столько мыслей. И ничего конкретного. Может, это у него шутки такие.

И несерьёзно он, а я, романтичная фантазёрка, тут уже испереживалась и сочинила целую лавстори.

— Профессор Альтовски, а вы… — запинаясь, шепнула я.

— Эрик, — исправил он меня, не поднимая взгляда, — во внеурочное время зови меня Эрик.

Я снова впала в ступор. У меня даже мыслено язык не поворачивался его так назвать.

— Ты что-то хотела спросить, — напомнил он мне.

Тихо выдохнув, я сжала для храбрости кулачки.

— То, что вы сейчас говорили о свидании и прочее, это у вас шутки такие?

— Нет, — он перевернул страницу и дальше углубился в чтение.

Вот такой короткий ответ. "Нет", и всё. Сложив в стопку последнюю методичку, перевела взгляд на стену. Там тихо тикали старинные часы с грузиками, такие ещё у моей бабушки были. До конца отработки остался ещё час.

— Я закончила, — пролепетала, не зная, куда себя деть.

Он, наконец, отложил свои бумаги и взглянул на меня. Потом на аккуратно сложенные листы и брошюрки. Кивнул.

И снова тишина.

— Профессор Альтовски…

— Эрик, — вновь поправил он меня, — Злата, солнышко, тут грязи вокруг тебя ещё на пять лет отработки. Я, признаюсь, неряшлив, а пускать посторонних в свой кабинет не желаю. Так что, вместо того, чтобы лазить с этой сомнительной ведьмой по лабораториям и кухням, помоги мне. Отныне чистота в этом помещении твоя забота.

Я беспомощно хлопнула ресницами. И ведь не возразишь, но … Несправедливо.

— Но ведь я не сделала ничего, чтобы заслужить такую отработку, — мой голос звучал как-то жалко.

— Это не отработка, Злата, это просьба. Или откажешь? — взгляд чёрных, как ночь глаз впился в моё лицо.

И я малодушно улыбнулась. Ну, не могла я сказать "нет". Не знаю, что мне мешало: страх перед ним, или ещё чего.

Ладно, не будем себя обманывать, я струсила.

Как представила, что он мне на занятиях мстить начнёт.

Умертвия, внутренности неизвестно чьи в мисочке, ящерицы курицеголовые…

Да, слабачка бесхребетная! Но, что мне сложно три бумажки сложить на столе, да пол подмести, тем более моя метёлка с этим прекрасно справлялась.

В общем, я мысленно оправдывала свою трусость как могла.

— Спасибо, золотце, — скупо улыбнулся мужчина и снова ушёл в мир своей необъятной документации. Поднявшись, принялась наводить в этой некромантской берлоге порядок. Изредка я ловила на себе его задумчивый взгляд. Но он больше не проронил ни слова.

Возвращаясь в комнату, в одном из коридоров я заметила Агату, мило беседующую с преподавателем артефактов профессором Жандром. Моя подруга эмоционально жестикулировала и что-то доказывала пожилому мужчине. Слов я не слышала, но и так со стороны было ясно, что спор там нешуточный. Завидя меня, подруга резко замолчала.

Это показалось странным.

Шествуя по коридору, я прямо ощущала на себе их взгляды.

— Злата, — схватив меня за руку, подруга подтащила к профессору, — вот я специально уточнила у господина Жандра, может ли Альтовски запрещать тебе покидать академию на выходных и наказывать за то, что ты не подчинилась.

Я смутилась. Ну и зачем раздувать из этого события такую трагедию. Я бросила на ведьмочку весьма недовольный взгляд.

— Нет, конечно, я поговорю с молодым коллегой. Злата, вы можете в любое время выходить за пределы нашего учебного заведения.

Я кивнула и потянула слишком деятельную подругу за рукав. Учитель понимающе улыбнулся и откланялся.

— Агата, — прошипела я, — ну чего ты? Мы уже разобрались с Альтовски.

Но ведьмочку моё ворчание не проняло. Взглянув вслед удаляющемуся профессору Жандру, она медленно протянула.

— Нечего этому некроманту путаться у нас между ног! — зло усмехнувшись, она взяла меня под руку. — Есть правила, вот пусть он следует им.

Пожав плечами, я позволила утащить себя в комнату.

Весь вечер я тренировалась в изготовлении простых стихийных артефактов. Внимательно вчитываясь в алгоритм действий, размещала мигранские камни на заготовке в шахматном порядке.

Признаться, сама не понимала, что в итоге должно получиться.

Мне всё ещё катастрофически не хватало знаний этого мира. Я не понимала, как живут эти люди, на чём готовят, как стирают, чем гладят бельё. Ведь у них не было электричества.

Не выдержав, обернулась на соседку.

Ведьмочка уже спала.

Тяжело вздохнув, закрыла методичку. Надо мной завис достаточно яркий световой пульсар, освещая пространство над письменным столом.

— Метёлка, — тихо позвала я.