Глава 48

Следующий день для меня прошёл как в тумане.

Я практически не разговаривала с Агатой, которая, казалось, даже и не знала о том, что со мной случилось. Она вела себя как обычно: хотя нет, ведьмочка была задумчива и рассеяна. Сидя за своим столом, она бестолково рассматривала мешочки с травами. Её мысли витали где-то вне нашей комнаты. На губах блуждала странная улыбка. Словно она слегка тронулась умом.

Эйфория, влюблённость.

Немного завидуя её беспечности, я погрузилась в чтение.

Прошёл ещё день, и по Академии пошли тихие шепотки, но никто ничего толком не знал. Я слышала за своей спиной разговоры, упоминание своего имени. Но ничего конкретного: одни только домыслы.

Старательно записывая в тетрадь лекцию по методам управления воздушными элементалями, с каким-то безразличием наблюдала, как над нашими головами мечется воздушный дух, сметая с парты канцелярию. Видя, как хватаются за свои тетради одногруппницы, я просто рунорезом начертила на листке узор и положила перед собой, обезопасив своё имущество от пакостного элементаля. Учитель Энью заметила это и одобрительно кивнула.

Наверное, в другой день я бы образовалась молчаливой похвале, но не сегодня.

Еле отсидев ещё две лекции, я удрала от Агаты и, минуя столовую, понеслась в комнату. Всё, что я сейчас хотела, это быть подальше от остальных. В каждом тёмном углу мне мерещилось лежащее тело.

— Студентка Миленина, — догнала меня на лестнице секретарь, — вас к ректору.

— Я не хочу! — мой голос походил на визг, я и сама его испугалась. — Простите, — шепнула виновато.

— Ничего, Злата, — женщина тихонько взяла меня за руку, — это нормально. Пришли дознаватели, тебе нужно будет просто рассказать, что ты видела.

— Я не хочу ничего рассказывать, — в горле пересохло от страха.

Сама не знала, почему робела. Вроде и не видела ничего, а идти боялась.

— Надо, Злата. Надо. Я послала за профессором Альтовски. Он должен там быть с тобой. Ты, главное, не бойся их. Говори, как было и держи себя в руках.

— Держать в руках? — не поняла я.

— Дознаватели, они как пиявки, — нехотя произнесла женщина, — просто разговаривая с ними, нужно следить за своими эмоциями. Отвечай на их вопросы и не ведись на провокации.

— Это звучит страшно, — сжав ладони в кулаки, я глянула на лестницу.

— Ничего не бойся, пойдём.

Сглотнув, я поняла, что никуда мне не деться. Опустив голову, поплелась за миловидной женщиной, словно на казнь.

Снова галерея портретов. Все смотрели на меня с неким интересом. Любопытством. Хотелось обернуться и громко заявить, что ничего я не знаю. Абсолютно ничего.

— Огонь горит в сердце храбрых, — услышала я тихий шёпот, словно его ветер донёс. Вскинув голову, легко нашла портрет женщины. Она одобряюще улыбалась мне.

— Я не Валевски, — зачем-то произнесла я. — Не ваш потомок.

— Мой. Моя дочь, моя кровь, моя сила!

— Нет, — я покачала головой, — я Миленина.

— Имя просто звук. Кровь и магия единственное, что важно. Ты моя дочь.

— Злата, — громко позвала меня, прошедшая вперёд секретарь, — не отставай.

Ещё раз взглянув на рыжеволосую женщину на портрете, я заторопилась в приёмную.

Их было трое. Дознавателей. Взрослые мужчины представительного вида. В чёрных сюртуках и перчатках. Указав мне на стул, они молча смотрели, как я присаживаюсь. Казалось, у них один взгляд на троих. Змеиный. Мне моргнуть было страшно в их присутствии. Только спустя пару мгновений я поняла, что глаза их и правда нечеловеческие. Зрачок вертикальный, пугающий до одури.

— Злата Миленина, — гортанно произнёс один из них. Я кивнула, заметя огромные клыки как у волков.

"Оборотни" — шепнул мне внутренний голос.

Метнув взгляд на присутствующего в кабинете ректора, заметила недовольство на его лице. Что помощи и поддержки от него ждать не стоит, и так было понятно.

— Что вы, госпожа Миленина, делали вчера в коридоре первого этажа, ведущего в северную башню.

— Шла, — я понимала, как глупо звучит мой ответ, но, казалось, что от страха у меня мозг прогуляться вылетел.

— А куда вы шли? — невозмутимо продолжал допрашивать меня черноволосый мужчина.

— В библиотеку, — моя челюсть затряслась, а во рту стало совсем сухо.

— В библиотеку в столь поздний час, — бровь мужчины приподнялась.

— Вы так любите читать? — этот вопрос произнёс уже второй дознаватель.

Я перевела взгляд на него. Шатен, с невероятно зелёными глазами. Словно кот. Только вот такому "кис-кис-кис" точно не скажешь, горло перекусит.

— Да, я люблю читать, — выдавила я из себя.

— Но всё же в такое время по тёмным коридорам и одна. Подозрительно не находите?

— Да, — я кивнула и не знала, что говорить дальше.

— Какую же книгу вы так спешили взять? — на третьего мужчину я вовсе не взглянула, у меня уже руки дрожали. Вот чего они спрашивают? Что за странные вопросы?

Дверь за моей спиной скрипнула.

— Идёт допрос, — холодно произнёс один из мужчин.

— Вы не можете допрашивать мою невесту без моего на то дозволения! — услышав знакомый голос, я разом выдохнула и успокоилась.

— Вашу невесту? — зеленоглазый был удивлён. — Ректор Валевски не сказал об этом ни слова.

— Я её официальный опекун. Муж моей матери не одобряет мой выбор, но это его не отменяет. Злата Миленина — моя будущая супруга, и говорить она будет только в моём присутствии и никак иначе!

На моё плечо легла тяжёлая ладонь.

Не удержавшись, я схватилась за неё, словно утопающий за спасательный круг. И всё равно мне сейчас было, что он там говорит. Пусть обманывает по поводу свадьбы и всего прочего. Главное, чтобы стоял рядом. Ко мне мгновенно вернулась моя уверенность в себе, смелость.

Подумаешь, какие-то там оборотни. Я ни в чём не виновата. Я просто нашла Курату. Её смерть, то какой я увидела её, выбило меня из колеи. Напугало, заставило потерять себя. Но сейчас я словно стряхнула с себя оцепенение, и всё встало на свои места.

Темноволосый дознаватель задержал взгляд на наших руках.

— Хорошо, — он медленно кивнул, — будь по вашему, господин Альтовски.

— Эрик, — услышав окрик ректора, я вздрогнула. — Ты зашёл слишком далеко!

— Мы, кажется, уже всё обсудили, Андрэ. Своего выбора я не отменю!

А вот тут мне стало снова не по себе. Что происходит вокруг меня? Малодушно захотелось обратно в свою родную квартиру, чтобы дверь на замках и я под одеялом.

— Свои семейные вопросы решать будете без нас, — рявкнул грубовато один из оборотней, тот самый третий. Заострённые черты лица делали его похожим на крысу. — А сейчас четко отвечаете, что вы, госпожа Миленина, делали поздно в том коридоре? И, пожалуйста, без лишних слов!

— Шла в библиотеку, — ровно произнесла я и сжала руку Эрика сильнее.

— Почему одна и в такое время?

— Я отрабатывала.

— Где вы могли отрабатывать практически ночью? — он словно зарычал.

— Не смейте повышать голос на мою невесту! — рявкнул Эрик и резко подался вперёд. По его руке поползла рябь и появилась чёрная чешуя.