ГЛАВА 8 (часть 2, черновик)

После обеда адептка Уэлч корпела над учебниками, но никак не могла запомнить имена императоров Белавии. Да и история с престолонаследованием последнего правителя была темной. Марвел все же решила заглянуть к леру Вольпе и получить консультацию.

Ей повезло: в библиотеке было малолюдно. Лишь за дальним столом сидела адептка с факультета артефакторики, а на верхнем ярусе задержался юноша в поисках какой-то книги.

Она не нашла библиотекаря возле бюро, зато расслышала странные звуки: чавканье и причмокивание.

— Лер Вольпе, вы здесь? — громко поинтересовалась адептка.

Мужчина тут же появился из-за стеллажа, в руке он сжимал надкусанный пончик.

— Что ж такое, лира Уэлч? Вы как не придете, постоянно меня отвлекаете от дел! — возмутился библиотекарь. — Давеча вмешались в беседу с юным Рэмом, а в свой первый визит потревожили мой сон… в смысле, вторглись в мои философские раздумья. И вот сейчас опять!

— Простите великодушно, — пробормотала Марвел. — Я подожду, а вы доедайте спокойно. То есть, работайте. Не буду вам мешать.

— Да ладно, чего уж там, — смилостивился библиотекарь, спрятал лакомство и натянул очки на лоб. — А вы по какому вопросу?

— Мне нужна консультация по истории Белавии. Я немного запуталась в вопросах передачи власти. Почему трон занял император Алитар из младшей ветви престолонаследников, а не представители старшей ветви?

— Потому что старший престолонаследник — принц Агнус — погиб, — тут же пояснил библиотекарь.

— Да, я об этом прочитала. Но у него же остались дети!

— Их судьба печальна, — вздохнул лер Вольпе. — Не успел принц Агнус испустить последний вздох, как от горя скончалась его дражайшая супруга, уроженка Риджинии лира Ливия. Детей принца — шестилетнюю Августу и годовалого Алана — решили отправить в монастырь. Но по дороге случилось непредвиденное: маленький принц умер от лихорадки, а гувернантка с принцессой бежали. Поиски длились в течение месяца, но, увы, беглянок так и не нашли. Как вы понимаете, империя не может долго находиться без правителя, поэтому по закону трон занял младший наследник — ныне правящий император Алитар.

— Погибли почти все члены семьи принца Агнуса! — Марвел была поражена. — Но в учебнике об этом ни слова! Лишь то, что принц и его супруга скончались от продолжительной болезни.

— А что вы хотели? О подобном в учебниках обычно не пишут, — пожал плечами библиотекарь и подошел к студентке ближе, прошептав: — Тем более, когда подозрение в покушении на принца и его семью падает на близкого родственника.

Лер Вольпе многозначительно повел бровями, как бы намекая на то, что правящий император Алитар приложил руку к гибели принца Агнуса и его семьи. А ведь подобные слухи Марвел слышала и за пределами Белавии. Разумеется, девушка не стала поддерживать крамольные мысли собеседника и нахмурилась. Лер Вольпе, осознав, что сказал лишнее, закашлялся, одернул шелковый жилет на животе и нервно провел пальцами по золотым пуговицам. Марвел так и не смогла разглядеть, что там за гравировка, потому что библиотекарь резко отвернулся и направился вглубь зала к одному из стеллажей.

— Так-так-так. Бе-бе-бе…. ла-ла-ла… и-и-история… — расслышала она странный напев, больше похожий на бормотание.

Наконец-то лер Вольпе остановился возле стеллажа и указал пальцем ввысь: на одну из верхних полок.

— Там синяя книга с серебряными вензелями. Достаньте ее!

Марвел взобралась по витой лесенке и на одной из верхних полок обнаружила толстую книгу в синей обложке. На корешке адептка прочитала надпись: «Новейшая история Белавии». Только адептка сошла с последней ступени, как мужчина выхватил из ее рук фолиант, протер пыль рукавом жакета и понес добычу к одному из дальних столов. Лер Вольпе уселся в удобное кресло с красной бархатной обивкой. Перед собой он положил книгу, а Марвел указал взглядом на соседний стул. Заодно пододвинул ей чистые страницы и угольный карандаш.

— Не люблю ни перья, ни автоматические ручки, которые недавно вошли в моду. Ведь то, что написано карандашом — можно исправить. А вот пером нацарапаешь, словно приговор выносишь. Ничего уже не изменить.

Марвел никогда не рассматривала ведение записей в таком ключе. Она вообще не задумывалась о подобных мелочах: главное, есть чем записать лекции, и хорошо. Философия — не самая ее сильная сторона, а вот логика, пожалуй, да.

Лер Вольпе все листал страницы, то причмокивая, то чему-то улыбаясь. А когда Марвел попыталась задать вопрос, зашипел:

— Не мешайте, моя дорогая! История требует бережного отношения. Особенно та ее часть, где говорится об убийствах. — Наконец-то мужчина остановился на нужной странице: — Вот! Пишите: фолиант «Новейшая история Белавии», страница двести семнадцать. Начиная с третьего абзаца. Та-а-ак. Здесь говорится о правлении императора Анастаса. Кстати, обратите внимание на то, что всем детям престолонаследников давали имена, начинающиеся с буквы «А». Исключение составляют бастарды.

Марвел тут же вспомнила о декане Моргане и его младшем брате Алексисе. Интересно, дружат ли они? Ведь в газетных листках об этом не прочтешь.

— Между прочим, в Белавии передача власти возможна и наследницам, — прищурился лер Вольпе. — Итак, про правление Анастаса Безумного вы прочитаете сами. Лишь нужно отметить, что прозвище он получил не зря. Императору было свойственно совершать странные поступки. Ведь это он умыкнул любимую четвертую дочь канцлера Ронара из Ингвольда, что в итоге привело к войне.

— Война из-за женщины? — поразилась Марвел.

Нет, она, разумеется, читала о подобном, но всегда полагала, что в реальности правители гораздо умнее. Да и в учебниках по истории Белавии указано, что война с империей Ингвольд началась по политическим мотивам.

— Безумный Анастас девушку-то умыкнул, но в жены взять не успел. Хотя… — Библиотекарь прикрыл глаза, словно о чем-то задумался. А потом покачал головой: — Нет, даже если бы женился — война все равно бы началась. Ингвольд давний враг Белавии, нужен был только повод, вот он и появился.

— Правильно ли я понимаю, что это произошло двадцать лет назад? — переспросила студентка, не забывая делать пометки.

— Двадцать один. Война была короткой, длилась всего несколько месяцев. Но, боюсь, она не последняя.

Марвел с интересом слушала библиотекаря, потому что о соседнем Ингвольде знала мало. В маленькой Атрии, граничащей с Дарданией и Белавией, уважали традиции и почитали магов, относясь с особенным пиететом к целителям. Не то, что в Белавии, где магия являлась средством для усовершенствования механизмов и рецептур. А уж про Ингвольд и говорить нечего: империя пошла по пути технического прогресса, в редких случаях признавая стихийную магию, а всех провидцев и целителей там считали колдунами и шарлатанами.

— …в той битве Ингвольд отвоевал у Белавии западные земли, а мы забрали у них несколько островов. — Голос лера Вольпе бесцеремонно прервал размышления студентки. — Сигналом к окончанию войны послужила смерть императора Анастаса на поле битвы и гибель дочери канцлера. Узнав о смерти любимого, девушка сбросилась с башни.

Марвел про себя отметила, что это не история, а сплошной любовный роман. Но все же сделала запись в тетради. Главное, чтобы рассказ оказался правдой, а не фантазией лера Вольпе.

— С тех пор наши страны враждуют, Ингвольд регулярно засылает к нам шпионов, — важно вещал библиотекарь. — Белавии есть чем гордиться! За эти годы мы нагнали вражескую империю по техническому развитию, да еще используем магию для усовершенствования механизмов. И все это благодаря нынешнему правителю.

— Императору Алитару? — уточнила Марвел.

— Да. — Библиотекарь кивнул, а девушка вновь принялась записывать. — Вся правящая ветвь и большинство аристократов — маги-стихийники. Встречаются и целители, но редко. Про провидцев и говорить нечего: раз-два и обчелся. У прочих жителей Белавии магия слабенькая, а то и вовсе нет. Вот и приходится надеяться на способности, развивать механику и алхимию.

— А-а… — Марвел хотела полюбопытствовать, какой дар у правящего императора и его сыновей, но лер Вольпе опередил.

— А теперь подходим к самому интересному. И, возможно, неоднозначному вопросу нашей истории, — Мужчина замолчал, бросив загадочный взгляд на собеседницу. Прокашлявшись, продолжил: — На момент гибели императора Анастаса в стране осталось два наследника, его двоюродные племянники: принцы Алитар и Агнус. Оба стихийные маги, воздушники, красавцы. Они вобрали в себя лучшие фамильные черты: высокие, статные, темноволосые, взгляд синих глаз покорил не одно девичье сердце. Но и характер у обоих не сахар. Мне рассказывали о жестоком нраве принца Агнуса. Говорят, он поколачивал жену.

— Это доказанный факт? — Студентка решилась прервать речь рассказчика.

— Все сведения я получил из бесед с бывшими слугами принца, — Вольпе понизил голос, а Марвел, вздохнув, зачеркнула последнее предложение. — Полагаю, при сдаче экзамена вам не стоит озвучивать подобное ректору Стерлингу.

Именно это адептка Уэлч и собиралась понять: где же правда в словах библиотекаря, а где сплетни и домыслы. Похоже, она сделала ошибку, когда решила обратиться к нему за консультацией. Но делать нечего, придется дослушать «лекцию» до конца.

— Нынешний правитель, император Алитар, тоже имеет крутой нрав. Что и говорить  — бывший военный, — приосанившись, продолжил речь лер Вольпе. — Алитару было около тридцати, когда он устремился сражаться с Ингвольдом вслед за двоюродным дядей, императором Анастасом. Все выслужиться хотел и затмить истинного наследника, принца Агнуса. Кстати, нынешний правитель служил вместе с лером Дюршаком — начальником полиции. Отсюда и поблажки. Где это видано: в академии произошли убийства, а полиция все списала на несчастные случаи!

Библиотекарь перевел разговор на интересующую его тему. Мужчина раскраснелся, сжал кулаки. Он явно недолюбливал ни полицейских под руководством Дюршака, ни императора. Хотя участие последнего в войне с Ингвольдом вполне объяснимо: принц Алитар на тот момент возглавлял армию. Но Марвел не стала прерывать пламенную речь лера Вольпе, наоборот, поинтересовалась, какую именно халатность в расследовании допустила полиция.

— Ну как же? Гибель лиры Вудсток и происшествие с лером Вильямсом списали на несчастные случаи. А смерть старого Марка и вовсе сочли закономерной. Якобы он умер от сердечного приступа. Эх, — библиотекарь протяжно вздохнул, а Марвел вспомнила, что именно о Марке Плиссе недавно судачили адепты-алхимики.

— Лер Плисс работал комендантом в мужском общежитии?

— Именно! Наши комнаты расположены здесь, на нижнем этаже, рядом с книгохранилищем. В тот вечер мы с Марком собирались почаевничать. Я освободился в одиннадцать и зашел по-соседски. Кухарка как раз снабдила меня яблочным пирогом. Дверь в комнату была приоткрыта, а на полу лежал мой друг: на его лице застыл ужас, зрачки почернели, на губах пузырилась пена. Вы же студентка академии, лира Уэлч, и должны понимать, что это означает.

— Я понимаю, лер Вольпе.

Марвел не была алхимиком или лекарем, те на втором курсе проходят сложные яды. Но она выросла среди целителей и знала, как действует яд аконита — на вид безвредного растения с милыми фиолетовыми цветочками. После отравления происходит полное онемение тела, зрачки жертвы на несколько минут чернеют, но позже не остается никаких следов насильственной смерти. Все выглядит, как сердечный приступ. На это и рассчитывал преступник.

— Я позвал лекаря Писквиля, он маг жизни. Но пока я добежал до лазарета, пока он добрел до комнаты Марка, было поздно. На следующий день приехал дознаватель Ляпс. Он меня даже слушать не стал, мальчишка! Сразу выдал официальную бумагу, что смерть коменданта Плисса наступила по причине остановки сердца.

— Возможно, у вашего друга действительно больное сердце? — предположила адептка.

Одно дело студент Вильямс или юная Алегрия Вудсток, случившееся с ними и, правда, выглядело подозрительно. Но Марк Плисс пожилой человек.

Библиотекарь же разошелся и продолжал утверждать обратное:

— Поверьте мне, лира Уэлч, это самое что ни на есть убийство! Только нужно понять, кому это выгодно. Я все пытаюсь вспомнить наши последние беседы. Но ничего примечательного Марк не говорил: вспоминал службу у принца Агнуса, сетовал, что тот был жесток не только со слугами, но и с супругой. Дружище Марк настолько боялся бывшего хозяина, что он ему везде мерещился — даже среди наших адептов…

— Вспоминал службу у принца? — уточнила Марвел.

— Конечно! Лер Плисс служил в замке много лет. А когда произошла трагедия с принцем и его супругой, старый слуга, в отличие от прочих, остался смотрителем замка. Так и сторожил опустевший дом, пока здесь не открыли Академию магических наук, — объяснил библиотекарь, а затем о чем-то задумался.

Марвел с жалостью глядела на мужчину. Возможно, лер Вольпе принимает желаемое за действительное, а, столкнувшись с равнодушием полицейских, принялся распространять немыслимые сплетни.

Библиотекарь тем временем достал из кармана жилета огромный клетчатый платок, высморкался и всхлипнул:

— Что-то я слишком увлекся воспоминаниями. Расчувствовался. Вы не возражаете, лира Уэлч, если мы продолжим лекцию по истории Белавии в другой раз?

— Конечно, — с облегчением вздохнула Марвел и покосилась на книгу. — А вы не возражаете, если я заберу фолиант в комнату и подробно изучу?

— Да-да, но только обязательно верните. Это редкий экземпляр, — закивал лер Вольпе. — В нем, конечно, нет таких подробностей, которые могу поведать вам я. Но все же книга толковая, все события даны в хронологическом порядке.

Марвел не была уверена в том, что ей нужны подробности в изложении библиотекаря.  Пожалуй, она разберется с историей Белавии самостоятельно.

Забрав книгу, Марвел поспешила в свою комнату готовиться к экзамену, который состоится всего через несколько дней. Но чуть позже вспомнила, что так и не спросила у лера Вольпе о странном рыжем звере, разгуливающем ночами по острову.