ГЛАВА 24 (часть 2, черновик)

На городской стоянке для воздушных судов гостей поджидал роскошный белоснежный дирижабль со знаками принадлежности к императорскому дому. Двигатели находились в отдельных мотогондолах, а пассажирская гондола, как на «Чайке» и «Черном вихре», размещалась внутри сигарообразного корпуса. Боковые паруса делали судно похожим на огромную птицу.

Войдя по широкому трапу в пассажирский салон, Марвел растерялась. Здесь стояли мягкие диваны и кресла для отдыха, на окнах висели шторы, на полу лежал светлый ковер. Экипаж состоял из десяти человек. Как только гости заняли места, услужливый официант предложили закуски и напитки. Марвел обратила внимание, что кабина пилота, как и хвостовой отсек, были отгорожены от салона для пассажиров шторками. А еще она не слышала во время полета ни шума моторов, ни звука вращающихся лопастей, хотя скорость была приличной, и дирижабль долетел до столицы всего за три часа. Судно приземлилось на стоянке неподалеку от дворца в открытый эллинг. Опытные рабочие и встроенные пристыковочные артефакты позволили сделать посадку точной и мягкой. А у выхода из эллинга гостей ожидали водители техномобилей.

— Марвел, ты с нами? — окликнул ее Глеб Ликанов. — Мы с ребятами хотим прогуляться по городу до начала приема.

— Лира Уэлч едет со мной! — Декан Морган подхватил студентку под руку и повел к мобилю необычной вытянутой формы.

Марвел виновато улыбнулась друзьям и последовала за деканом. Она заметила, что Фредерик Эштон уже уехал, а семейство Стерлинг-Пирс направилось к ожидавшему их огромному белоснежному техномобилю. Принц Алексис коротко кивнул брату, и они с невестой в сопровождении двух широкоплечих стражей проследовали по аллее к зданию дворца. И лира Онория, и Тесс Клэр, в отличие от Марвел, выглядели роскошно, словно заправские столичные модницы: бархатные накидки, подбитые мехом, были небрежно наброшены на плечи, оригинальной формы шляпки украшены перьями, а ботильоны подобраны в цвет нарядов и расшиты нитями и бусинами, словно бальные туфельки. Марвел же в костюме адептки академии и сером суконном пальто напоминала сиротку. Но лер Морган сразу же решил это исправить, попросив водителя отправиться на центральную улицу с дорогими магазинами. Студентка предпочла бы заглянуть в соседние эллинги с дирижаблями или отправиться на вокзал, чтобы посмотреть на новую модель паровоза. Но кто она такая, чтобы спорить с императорским отпрыском, который, похоже, спланировал не только их поездку в центр города, но и всю дальнейшую жизнь.

Из окна мобиля Марвел рассматривала городские улочки: по обочинам широких дорог стояли пяти и даже семиэтажные каменные дома с вальмовыми крышами, каминными трубами, полукруглыми и ланцетовидными окнами в пол. Среди них непривычно смотрелись высокие стеклянные башни, похожие на мачты. Райнер объяснил, что в таких зданиях в Белавии располагаются конторы служащих. На центральных улицах первые этажи домов уже сверкали яркими вывесками, а фонарщики зажигали фонари, хаотично расставленные вдоль каменных пешеходных панелей. На город опускались сумерки, и теперь в свете огней он смотрелся иначе. По навесным монорельсовым путям передвигались двух и четырехместные кабины, по дорогам из брусчатки разъезжали мобили и паробасы, водители нетерпеливо нажимали на клаксоны, поторапливая зазевавшихся прохожих. А в небе парили огромные крылатые пассажирские дирижабли, обмениваясь друг с другом сигнальными огнями. До слуха доносились далекие гудки паровозов и пароходов: столица Белавии славилась своими вокзалами и портом. На этом фоне особенно странно смотрелись конные экипажи, которые двигались по специально выделенному ряду вслед за паробасами. За два месяца, проведенных на острове, Марвел отвыкла от шума колес и гомона толпы, заполонивших сейчас центральные улицы.

Этот город походил на зажиточного клерка: в дорогом костюме, довольный собой и вечно куда-то спешащий. Но Марвел знала, что где-то там, чуть дальше от столицы, возвышаются мануфактуры с копотью труб и уставшими рабочими, а в маленьких поселках до сих пор на улицах зажигают масляные фонари, и низкие деревянные дома обшивают ржавыми железными листами, украденными с кладбища дирижаблей и паробасов. Но сейчас об этом не хотелось думать. Сегодня Марвел с жадностью впитывала городские звуки, всматривалась в лица пестро одетых прохожих и с любопытством разглядывала витрины магазинов.

Мобиль остановился возле дома с железными часами на фасаде. Как только стрелка замерла на семи, раздался нежнейший звон колокольчиков, и жакемары на циферблате пришли в движение. Марвел, словно ребенок, залюбовалась на это чудо и рассматривала фигурки мастеров, поваров, модисток и стражей порядка. Каждый был занят делом, отбивая в движении секунды и минуты. Райнер позволил ей досмотреть представление до конца и лишь затем открыл дверь в модное ателье. По сравнению с провинциальным магазином, который Марвел посещала в городке возле академии, здесь от каждого наряда веяло роскошью и хорошим вкусом.

— Я могу вам помочь?

К ним подошла пожилая дама в строгом платье. Словно она была не продавцом в ателье, а гувернанткой.

— Да, — тут же отозвался Рай. — Прошу подобрать моей невесте платье для приема, еще понадобится накидка, ботильоны. Ну и прочее.

Под «прочим» декан Морган, скорее всего, подразумевал нательное белье, и студентка Уэлч смутилась, покраснев.

— Какие ткани и цвета вы предпочитаете? — поинтересовалась служащая.

— Лучше шелк и изумрудный цвет, — ответил декан.

А Марвел про себя отметила, что ее наряд на балу Моргану пришелся по душе.

Через полчаса адептка Уэлч уже рассматривала подготовленные продавцом платья. Взгляд задержался на одном из них, действительно чем-то схожим с ее прошлым нарядом, но цвет был насыщенней, фасон откровеннее, а рукава и лиф отделаны дорогим кружевом в тон ткани. Уловив задумчивый взгляд девушки, Морган указал продавцу именно на это платье. В цвет к нему подобрали изящные ботильоны. Шляпку в форме маленького цилиндра, украшенную вуалеткой, принесли черную, под цвет бархатной накидки. Декан Морган расплатился за наряды, чем окончательно смутил адептку, а затем в соседнем магазине, напоминающим лавку с яркими новогодними игрушками, приобрел для невесты колье с изумрудами. Серьги Марвел не носила, а от кольца отказалась, заметив, что ее вполне устраивает прежний подарок. (35b63)

На самом деле ей хотелось покинуть магазины как можно скорее. Она чувствовала себя неуютно, словно бродяжка тайно проникла в богатый дом, примерила дорогое платье и ее сейчас вот-вот разоблачат. Марвел прекрасно осознавала, что все это великолепие не для нее, и этот город не для нее, и мрачный мужчина с неожиданно нежным взглядом тоже не для нее.

По дороге в особняк девушка уже не любовалась улицами и домами, ее не забавляли мобили и дирижабли в небе, она лишь думала о том, чтобы поскорее наступил вечер, прошел прием, и все быстрее закончилось.

Вскоре вдоль дороги потянулись кованые решетки заборов, за которыми виднелись роскошные особняки. У одного из таких остановился техномобиль, а декан Морган открыл дверь, помогая Марвел выйти. Он подхватил покупки и направился к полукруглым мраморным ступеням.