Глава 33. Проклятья в снегу

Погода за окном бушевала, как привидения в тринадцатую пятницу. Снег заметал двор, старшекурсники с боевой специализацией его сгоняли и так по кругу. Какой-то идиот решил растопить высокий сугроб и угодил в глубокую лужу, стремительно леденеющую. У меня болела голова, в то время как я сидела на самом нудном предмете из существовавших в академической программе – математике плетений.

В то время как древний язык записывал тексты заклинаний и инструкции к их созданию, математика плетений помогала воплотить заклинание в реальность. Будь то чары, проговаривающиеся вслух, или те, когда не издаёшь ни звука, – за каждыми стояло собственное плетение. Нужно было в правильном порядке тянуть и переплетать магию внутри себя, прежде чем выпускать. И делать это быстро, потому сначала плетения понимались, потом заучивались.

Я дочерчивала очередное плетение, принадлежащее проклятию глухоты, которое мы сегодня переводили на паре древнего языка, когда увидела, что бриллиант на «помолвочном» кольце на безымянном пальце из белого стал чернильно-чёрным. Такой цвет подаренного Колином артефакта обозначал, что только что меня пытались проклясть, и артефакт успешно перехватил чары.

Я обернулась и увидела, как Джейн Завэр что-то шепчет на ушко Мелиссе Шайнингскотт. Последняя поймала мой взгляд и махнула рукой:

– Мия, давай к нам! Профессор Клэтч не вернётся до конца пары. Чего одной сидеть?

Наблюдая за обстановкой за окном, я была вынуждена с ней согласиться. Профессор Клэтч успела объяснить и начертить нам несколько плетений на доске, прежде чем её вызвали из аудитории, чтобы вместе с другими преподавателями наложить защищающие от непогоды чары. Её не было уже десять минут, и приглядывал за нами только её кот, лениво посапывающий с приоткрытым глазом.

Я поглядела на кольцо. Захотела кое-что проверить. Да и всё равно Лора и Лиззи лежали в своих комнатах, больные.

– Почему нет? – пожав плечами, я подхватила тетрадь ручку и рюкзак и пересела с первого ряда к Мелиссе и её подругам на четвёртый.

Так мне открылся обзор на тетради Джейн и Мелиссы: в них не было ни одного чертежа плетения. Вряд ли проклясть попытались они.

– Ты поняла, почему здесь мы используем нити магии, проходящие в правой ноге, а не руке? – спросила у меня Мелисса. – Сколько раз перечитываю инструкцию – никак не пойму.

– А ты всё правильно на древнем языке записала? – первая мысль, которая пришла мне в голову.

– Я списала один абзац у Джейн, когда выходила поправить причёску. Проверишь? – предложила Мелисса.

Я посмотрела в тетрадки обеих:

– У вас тут ошибка. Переведено верхний ручной поток, а надо – нижний ножной.

Джейн нахмурилась, забирая у меня свою тетрадь по древнему языку:

– Спасибо…

Мелисса же предпочла сначала сделать правильный чертёж плетения, только потом внести правку в перевод.

Камень в кольце снова очистился и окрасился. При этом я внимательно наблюдала за Мелиссой и Джейн – они следили за моими объяснениями, и вряд ли на самом деле попутно проклинали меня. Теоретически они могли плести чары и читать немое заклинание, но точно ли у них мастерства на такое хватило бы? У двух первокурсниц? Проклинали меня уже не в первый раз, но обычно не привлекали при этом к себе моё внимание. Хотя… обычно они вообще со мной нормально не разговаривали.

– О нет… – в ужасе выдохнула Мелисса, глядя в окно.

Не успела я обернуться, как стекло треснуло и осколки полетели внутрь.