Глава 70. Слепой целитель

Лорд Лоренцо немедля подошёл к шкафу, словно резко помолодел. Он достал что-то оттуда по памяти, не иначе, как судил Колин, и, задрав Мие рукав, вколол ей. Мия завизжала и как дикая попыталась убраться, но за другое плечо её уже держал лорд Данте, а сыновья маркграфа Гилберт и Аргенум держали её за ноги. Семья действовала слаженно и стремительно.

Мия рычала и клацала зубами.

– Что вы ей ввели? – спросил Колин, стараясь смотреть на лорда Лоренцо, а не страдающую Мию.

– Некротический яд, – отчитался пожилой дракон. – Единственное, что способно убить перевёртышей.

Гилберт поднялся, оставив брата одного держать лодыжки Мии, и выбежал из гостиной.

– Но ведь этот яд и взрослого дракона в могилу сведёт! – Колин в ярости сжал кулаки и кинулся вперёд.

– Именно потому ей и подсадили этих тварей, – ровным голосом ответил лорд Лоренцо, перехватив его. Естественно, у него не получилось, и Колин прижал старика к полу. Однако никто из Арамуров не побоялся его гнева, все они остались на своих местах, сосредоточенные на работе, кроме младшего сына Кая, которые наблюдал за всеми широко раскрытыми драконьими глазками, так и не обратившись назад в мальчика.

– Кто вообще такие эти ваши перевёртыши? – Колин, вспомнив о том, какое высокое доверие оказывала его семья Арамурам, заставил себя отпустить Лоренцо и нервно взлохматил волосы. – Почему я впервые о них слышу?

– Это вам не у меня, а у своего старшего брата надо спрашивать. Он привёл нам поражённого им больного в первый раз, – лорд Лоренцо невозмутимо поднялся, обхватил влажное от пота лицо Мии ладонями и зашептал заклинание, так быстро, что Колин улавливал только одно слово древнего языка – «выход».

Затем лорд Данте перевернул Мию со спины и приподнял, леди Диана перехватила её волосы, убрала со лба и щёк, а Гилберт вернулся в гостиную с тазом. Мия издала болезненный звук, неестественно выгнулась в последний раз, а потом её стошнило.

Тогда Колин впервые увидел перевёртышей. Небольших чёрных червяков с невероятно острыми зубками, которые стремились впиться в кожу любого поблизости, однако им не дали покинуть таз: Аргенум аккуратно выжигал содержимое, не задевая Мию.

– Больного? Мой брат? Вы о чём? – Колин ничего не понимал, и это бесило. Всё не должно было быть… вот так! Как вообще они оказались в подобной ситуации, когда он изначально всего лишь шёл к своей любимой попаданке на свидание?

Маркграф Данте аккуратно уложил девушку на диван. Младший принц с облегчением наблюдал за тем, как части драконьего облика возвращаются в её человеческий вид. Сейчас Мия выглядела меньше и слабее, чем когда-либо, но, по крайней мере, не в незавершённом превращении и не в агонии.

Лорд Лоренцо повернул голову в сторону Колина и уставился на него незрячими глазами.

– Пойдёмте, мой принц. Нас ждёт долгий разговор.

Колин не хотел покидать нуждающуюся в его заботе Мию.

– Идём, – повторил старый дракон, подтолкнув его в спину. – Не думаю, что сейчас для девочки есть комнаты безопаснее этой.

Глядя на вытирающую девушке рот леди Диану, принц не мог не согласиться. Нет никого, кто более яростно опекает кого-то, чем драконица-мать.

Когда они оказались в коридоре, лорд Лоренцо прошёл несколько дверей и завёл Колина в кабинет.

– Что вы знаете о противостоянии нашей империи двуликим мастерам проклятий, мой принц? – спросил старик, уверенно сев за стол.

– Причём здесь они? – принц привалился к стене у двери.

– Притом, что перевёртыши – их изобретение. Грубо говоря, они – это искусственные магические нити, подселённые в тело дракона и нисколько не отличные от природных вплоть до тех пор, пока дракон не попытается обратиться. Из-за ментальной магии, не дающей девушке трансформироваться, они не причиняли никакого вреда. Признание Мии членом нашего рода привело нити в действие, и это пробудило перевёртышей, влияние которых Диана вовремя распознала.

Лоренцо постучал пальцами по столу.

– Освобождение Мии от ментальной магии непременно привело бы к тому, что она бы захотела перевоплотиться, у драконов в крови желание летать, а так же обращаться во время эмоций, которые трудно сдержать. Я могу сделать вывод, что кто-то хотел либо чтобы девочка никогда не узнала правды и послужила определённым целям, либо, если хотя бы часть всё же вскроется, умерла. Потому что спасти от перевёртышей практически невозможно без некротического яда. Перевёртыши – живые существа, и могут быть только убиты. Уничтожить их, но спасти носителя – невероятно трудно. Мне удалось это лишь однажды – именно тогда я лишился зрения.

– Но я думал… – растерялся Колин.

– Что целитель не уследил за собственным здоровьям? – хекнул мужчина. – Нет, моё зрение послужило на благо империи.

– И чьё спасенье обошлось вам столь дорого?

– Вашего старшего брата, принца Регарда.