Глава 14

Так вот, она какая! Принцесса Цинь. Ее высочество. Имя редко используется, кажется, оно звучит как Сяомин. Но мне, естественно, нельзя к ней так обращаться. – Ваше Высочество? – позвала я, снимая капюшон. – Значит, именно ты моя дальняя родственница? – задумчиво проговорила принцесса, обходя меня вокруг и рассматривая, держа свечу в руках, а второй рукой отодвигая подол плаща. – Удивительно похожая, но такая худая. А шрамов у тебя нет? Я растерянно покачала головой. Надеюсь, что нет, хотя и неизвестно. Ведь я не видела это тело со спины и с боков. Не довелось рассмотреть себя в больших зеркалах, только в отражении озера и в небольших бронзовых зеркальцах, которые были тусклые и непривычные для меня. – Ладно, велю сначала служанке тебя осмотреть и сравнить. Отмывать придется, конечно, – с презрением сама с собой говорила принцесса. Будто перед ней был не живой человек,  а пугало. Я недовольно кашлянула и сложила руки на груди. – Здесь слишком темно, чтобы рассматривать. Просто скажите мне, что я должна делать, и как быстро все это закончится! Цинь с изумлением вскинула брови и посмотрела мне в лицо, как будто я была статуей и внезапно заговорила. – Ты не должна так грубить мне, – проговорила она чуть более мягким тоном. Усмехнувшись, я продолжила: – Разве я не изображаю принцессу? Разве не Мое Высочество сейчас перед вами? – Мое Высочество? Так не говорят, – вздохнул принцесса. – Но тон подобран верный. Став чуть более приветливой, она предложила мне сесть на один из стульев. Сама села на свое прежнее место. Между нами оказался небольшой столик с подносом и чайным набором. Девушка налила себе чай, и по воздуху поплыл тонкий аромат. Затем она изящными движениями взяла чашку и пригубила ее. И уже после начала рассказ: – Запоминай! Ты родилась на границе империи, матери не знала, а отец тебя баловал. Он Князь Цинь,  и сейчас тоже служит на границе, командуя армией Аньси. Я кивнула, все это мне уже рассказывал Вэньмин. А далее принцесса начала называть имена своих родственников, до черт знает, какого колена, и я откровенно заскучала. Потом она перешла в тонкости политики, объясняя, с кем из министров я могу разговаривать, а с кем нет. – Погодите, – прервала ее я. – Это уже нюансы. Пока идет отбор, я вряд ли буду видеть чиновников, верно? – Неверно! – возразила принцесса. – Скоро объявят начало испытаний, и ко мне, то есть к тебе, пойдет череда чиновников, начиная от самых высших рангов, заканчивая теми, что поменьше, вплоть до торговцев и изготовителей тканей с украшениями. Поверь, со мной многие хотят подружиться, так как знают, что я стану императрицей. Вот это она завернула! Уже празднует победу, а отбор даже не начался. Я вздохнула: – Нельзя ли объявить меня уставшей или больной, чтобы никого не принимать? – Как можно? – ахнула она, изящно, прикрыв рот рукавом. – Больные не могут участвовать в отборе! Даже упоминать не смей о болезнях. Я недовольно фыркнула: – Если придет кто-то из тех, кто вас  знает, меня сразу раскроют! Так что позаботьтесь о том, чтобы ко мне никто не приходил. – Как ты смеешь мне указывать? – возмущенно притопнула ножкой принцесса  и с обидой надула губки. Но даже это у нее вышло изящно. Она вся, как фарфоровая куколка, теперь понятно, почему Вэньмин от нее без ума. Но я знала, что нужна ей, поэтому могла и дальше гнуть свою линию. Нарочито медленно я тоже налила себе чай, стараясь скопировать ее движения, которые видела до этого и проговорила, копируя ее капризный тон: – Есть много вещей, которые невозможно подделать: походку, мимику, почерк, мелкие привычные ритуалы и любимые словесные выражения. Поймите, Ваше Высочество, нам надо не ссориться, а сделать все, чтобы план удался! А потом вы будьте хоть царицей, хоть императрицей, сколько хотите, а я исчезну. – Это точно, исчезнешь, – согласилась принцесса. Ее глаза блеснули, но я подумала, что это блики от  пламени свечей. – Ладно, отдыхай. Завтра с тобой поработает мой учитель, а служанка займется внешностью.  Я же на время покину дворец, все сообщения от меня тебе будут передавать они. Помни, можешь доверять только им двоим! – И Вэньмину, – добавила я. Принцесса нахмурилась: – Не вздумай обращаться по имени! Это неприлично! И он, кстати, будет занят другими поручениями! А если случайно встретитесь, относись к нему как к другим слугам, свысока. – Ясно, – помрачнела я. Выходит, он для нее на все готов, а она к нему, как к слуге. Вот же, принцесса. – А много у вас своих людей во дворце? Ее высочество настороженно посмотрела на меня: – Тебе это знать не полагается! Принцесса покинула, как оказалось, мою комнату и исчезла в той же нише, откуда мы пришли с паладином. Я поняла, что здесь везде предостаточно секретных ходов. Не зря же древнекитайские интерьеры сравнивают со шкатулками, там тоже много секретиков и потайных ящиков. Затушив свечи, я легла спать на непривычно широкую кровать. После гостиниц она казалась роскошной. А вот привычные мне подушки, заменяли все те же твердые бруски. Но я улеглась на сложенный плащ, он все еще хранил запах дорожной пыли и напоминал мне о моем суровом спутнике. Кто бы мог подумать, что я так быстро начну скучать по нему. Утро было недобрым. – Просыпайся, девка, – грубо обратилась ко мне незнакомая женщина и начала стаскивать  с меня одеяло. – Надо поскорее отмыть тебя и приодеть как положено! Я открыла глаза, утреннее солнце уже заглядывало в открытые настежь  двери, выходящие во двор, а, по-видимому, моя новая служанка решила отыграться на мне за все. – Что ты себе позволяешь? – возмутилась я, старательно копируя тон капризной принцессы, и на лице служанки мелькнула тень испуга. Я мысленно удивилась. Неужели она подумала, что вместо меня тут все еще настоящая принцесса Цинь? Хм-м, кажется, во дворце мне будет веселее, чем я думала!