Глава 10.4

/Валери де Лакруа/  

Комнату наполнял солнечный свет. Доминик спал на животе. Одеяло укрывало лишь его бёдра, позволяя мне рассматривать широкую спину. Взгляд скользил по белеющим шрамам. Несмотря на кажущуюся безмятежность утра, сердце было неспокойно. Всё изменилось, точнее, Доминик изменил отношение ко мне. Уже неделю мы вместе завтракали, обедали и ужинали. Вместе проводили ночи, вместе просыпались. Всё вместе, как и положено молодожёнам. Вот только я понимала, происходящее — фальшивка, итог проведённого мной колдовства. И я не знала, что с этим делать.

Доминику и так пришлось в жизни несладко. Родной дядя убил его родителей, а его спрятал ото всех в темнице, где его год истязали, добиваясь послушания. Не без помощи союзников отца он получил свободу, но потерял имя. Ему пришлось скрываться, учиться в академии под чужими документами, чтобы обрести силу и знания. Следом были годы борьбы с тиранией дяди. И вот Доминик добился своего, вернул трон, заточил узурпатора в темницу, окружил себя союзниками, женился, как и подобает мужчине его статуса. Но в жёны ему досталась фальшивка, которая ко всему прочему одурманила его и тайно от него пьёт противозачаточную настойку, игнорируя его потребность и стремление к наследнику. Так стыдно и противно от себя мне не было никогда в жизни. Только осознание вины перед ним не решало моих проблем.

Тяжело вздохнув, я провела кончиком пальца по тонкому рубцу. Доминик вздрогнул, просыпаясь, и перевернулся на бок. Чёрные глаза сонно приоткрылись и сразу наполнились теплом.

Сердце дрогнуло.

— Доброе утро, — мягко улыбнулся он.

Чувство вины усилилось в разы.

— Доброе, — улыбнулась я в ответ и, не сдержавшись, протянула руку к его лицу, чтобы отвести назад вороные пряди волос.

Перехватив за запястье, Доминик притянул меня к своей груди.

— Как спалось? — ответ не предполагался сразу, потому что он припал к моим губам в поцелуе.

Неспешном, даже ленивом, утреннем. Настоящем. Эта граница пала в первую очередь.

— Тебе, судя по всему, хорошо, — заключила я, поёжившись от побежавших по телу мурашек, когда он закопался лицом в моих волосах.

— Да, очень. С тобой меня не мучают кошмары, — признался он.

Переворот стал для Доминика тяжёлым испытанием. Он добился своих целей, но в процессе потерял много бойцов и подругу, Луну. Правда, мне кажется, что кошмары оставили его, потому что стала известна правда о её предательстве.

За эти несколько дней я узнала о Доминике больше, чем за весь срок нашего фальшивого брака. Если он казался мне суровым и холодным в начале общения, то теперь я знала его с другой стороны. Благородным, верным друзьям и своей стране, отзывчивым. В такого мужчину можно влюбиться. И я была близка как никогда к этой ошибке. Сложно уберечь своё сердце, когда Доминик так упоительно целует, когда так смотрит, когда обнимает, когда ты чувствуешь себя рядом с ним сокровищем, особенной, незаменимой.

— Чем сегодня займёмся? — немного нервно уточнила я, стремясь отмахнуться от горьких мыслей.

— До обеда я твой, — пожал он плечами. — Что ты хочешь?

Вдруг случится то, чего я боялась, и сформируется истинная связь. Интересно, насколько реально снять приворот? В гримуаре нет этой информации, зато несколько страниц вырвано. Вполне возможно, раз Виолет и оставила мне заклинание приворота, она же исключила возможность его снятия.

— Для начала позавтракать, — улыбнулась я.

Так мы и поступили, выбрались из кровати, привели себя в порядок и расположились за столом в гостиной покоев Доминика.

— Как проходит твоя работа? — поинтересовался он, отпивая чай из чашки.

Он не запрещал мне развиваться, вчера как раз прошла одна из тренировок, на которой я попробовала сочетание нескольких сигм.

— Сломала защиту полигона и немного пол, — призналась я со вздохом.

Многое отец в меня вложил, кое-что нашлось в гримуаре, но этого явно было недостаточно. И никто не мог подсказать. Как Жаклис и говорила, настоящую ведьму может сделать только другая настоящая ведьма.

— Не расстраивайся и продолжай пробовать, — подбодрил он меня. — Когда закончится череда переговоров, можно попробовать найти тебе в Акрии наставницу.

— Спасибо, Доминик, — я механически улыбнулась.

Наставница бы мне не помешала, но вряд ли предложенный им вариант возможен, учитывая мою ситуацию.

— Прошу прощения, император, — в гостиную, низко опустив голову, вошла Клэр, личная служанка Доминика. — Месье Коле настаивает на разговоре.

— Хорошо, — хмыкнул он, оставшись спокойным к вторжению, я же напряглась.

— Добрый день, — Леджер стремительно влетел в помещение. Выглядел он непривычно неопрятным и взволнованным чем-то. — О, и ты здесь, — криво ухмыльнулся.

— Леджер, если ты… — прищурился Доминик.

— Она тебя обманывает, — перебил тот его, и моё сердце в этот миг сбилось с ритма. В ушах зашумело от шока. — Да, ты верно побледнела, — и победно рассмеялся.

— Что ты имеешь в виду? — хмуро осведомился Доминик.

— За её служанкой следили. Виолет пьёт противозачаточное у тебя за спиной, — обвинил он. — Думала, никто не узнает? — язвительно обратился ко мне.

— Это правда, Виолет? — император перевёл взгляд ко мне.

— Правда, — хрипло отозвалась я. Смысла скрывать не было. — Я боялась…

— Тебе нужно было рассказать мне о своих страхах, — Доминик сжал мои дрожащие пальцы в ободряющем жесте.

— Ты и это ей спустишь? — Леджер откровенно выпал в осадок.

Да и я не могла поверить, что Доминик так легко принял правду.

— Вопрос в том, спущу ли я это тебе, — холодно ответил он. — Ты оскорбил мою жену, обесчестил её подругу, а теперь лезешь в нашу жизнь.

— Я о тебе переживаю, Дом! Ты сам говорил, что тебе нужен наследник, но спокойно позволяешь ей обманывать тебя?! Разве не видишь, что она… она… Что ты с ним сделала, тварь?! — рявкнул он разъярённо, а я вздрогнула и невольно вжалась в спинку кресла.

Леджер сделал стремительный шаг ко мне, но явно не ожидал, что Доминик бросится ему наперерез и ударит, потому даже не попытался защититься. Я не сдержала вскрика, когда он рухнул на пол. Приподнявшись на локтях, Коле изумлённо уставился на друга, словно не верил в произошедшее. Из его носа протекла алая струйка крови.

— Не смей к ней приближаться, — сердито предупредил Доминик.

Глаза его горели чёрным пламенем, оно же полыхало в глубине его рогов. Мне стало по-настоящему страшно.

— Ты… правда не понимаешь, что она тобой манипулирует? — просипел Леджер опустошённо.

— Не придумывай того, чего нет. Она моя жена, а ты собирался навредить ей.

— Но она обманула тебя.

— Она была напугана. А ты готов обвинить её в чём угодно, лишь бы снять проклятие, которое, будем честны, заслужил.

— Она лишила меня возможности иметь детей! — Леджер стремительно поднялся с пола, вперив в меня разъярённый взгляд.

— Будто ты к ним стремился, — Доминик сместился, закрывая меня от гнева друга. — Скандал за скандалом, Леджер. Постоянно. А теперь ещё и угрозы моей жене. Я не уверен, что тебе стоит оставаться во дворце.

— Что? — опешил тот. Да и я обомлела. — Ты откажешься от меня из-за женщины, которую едва знаешь? Мы с тобой знакомы много лет.

— Настоящий друг порадовался бы моему счастью.

— Доминик, — я схватила мужа за руку и развернула его к себе лицом. — Он спас твою жизнь. Ты сам рассказывал. Так нельзя.

— Спас, да, но теперь её портит. Все во дворце шепчутся о вашей связи, — процедил он зло, а глаза вспыхнули пугающим блеском.

— Это просто глупые слухи, в которых я же и виновата, — я встряхнула его за руку, пытаясь привести в чувства.

— Мне твои подачки не нужны, ведьма, — внезапно заявил Леджер, поднимаясь с пола. — Хорошо, если ты хочешь, я покину свой пост. Раз император стал идиотом и позволяет собой управлять, я умываю руки. Как ведьмы называют своих кровных слуг? Шевалье? — и внезапно улыбнулся, чуть склонив голову.

Но взгляд, что он бросил на меня, не обещал мне ничего хорошего.

— Ты забываешься… — прорычал Доминик.

Мне пришлось повиснуть на его плече, чтобы он не бросился на друга.

— Лучше уйди, — взмолилась я, с трудом удерживая разъярённого демона на месте.

Хмыкнув, Леджер повёл подбородком, стремительно развернулся на носках и покинул гостиную. А я дёрнула Доминика к себе, взяла в руки его лицо, заставляя смотреть в мои глаза.

— Успокойся, пожалуйста, — попросила я. — Он твой друг. Просто разозлился. И ты разозлился.

— Хорошо, — гулко выдохнул Доминик и вдруг склонился ко мне, чтобы поймать мои губы в плен поцелуя.

Леджер прав, воздействие видно невооружённым взглядом. Я сделала из императора Тринаты идиота. Меня точно казнят… в лучшем случае. Потому что это не приворот.