Глава 36

Деньги не пахнут? Вранье. У них есть особый запах – запах роскоши и свободы. Но издают они этот аромат не для всех. Только для избранных. Для тех, кто привык сам ковать свое счастье. Елена Морозова, настоящая, считала себя человеком достойным этой избранности. Только вот в первый раз сделала она не ту ставку. Принц оказался неправильным. Она вышла из знакомого ненавистного нищебродского подъезда и достала из сумочки телефон. Интернет классное изобретение. Фотографию погибшей дочери олигарха она нашла почти сразу. На поиски ушло каких-то пять минут. Трудно было не найти информацию, про трагедию, произошедшую с наследницей миллиардов. Орали из каждого утюга примерно месяц назад. Муж – Ларцев Руслан строил из себя убитого горем, но цепкий взгляд беспринципной женщины сразу определил фальшь и наигранность. Руслан ликовал, и она это видела. Красавчик мужик, но Тиму в подметки не годится. Зато богатый. Очень богатый. Это красивее красоты физической, и сексуальнее. А Тим со своей честностью так и будет прозябать, хотя давно бы уже мог жить безбедно с его то умом и навыками. Дурак. Хотя… Не такой уж и идиот ее бывший муженек, так оказалось. Пригрел курочку несущую золотые яички. Так вот откуда у него миллионы, которые он отдал ей не раздумывая. – Милый, – прочирикала в трубку Елена. – Я задержусь немного. Не переживай, все в порядке. Просто хочу на всякий случай навестить доктора. Да, все в отлично. Перед отъездом хочу удостовериться, что с малышом все в хорошо. И я тебя… Нет, не нужно. Не стоит отвлекаться от работы. Ну что ты… Она раздраженно отключила телефон и пошла к стоянке такси, которая находилась всего в нескольких шагах. Как раз будет время обдумать ситуацию. Руслан Ларцев… Что ж, его не так уж сложно будет найти. Интересно, сколько будет стоить чудесная новость о том, что его жена воскресла из мертвых? Еще интереснее, кто ее похоронил. Наверное наследничек не захочет чтобы правда о том, что он врал, а он врал, выплыла наружу. Информация в этом мире стоит очень дорого. И тогда ей не придется ехать черт знает куда с новым мужем, которого она не любит. Вот только ребенок этот… Ну ничего, курочка по зернышку клюет. Тут отщипнет кусочек, там отхватит ломоть. Если все пойдет по плану, и не подведет исполнитель. Можно будет жить припеваючи. Доить сразу двух коров. Одной. – Об этом я подумаю позже, – оскалила белые зубы Елена, усаживаясь в такси. – Что? – пожилой таксист спросил не повернув головы к своей пассажирке. – Мне нужен адрес концерна “Лёд”. Это будет местом назначения. Водитель забил в поисковике навигатора запрос. Через минуту желтый автомобиль бодро двинул в сторону исторического центра города. Лена откинулась на спинку сиденья, прикрыла глаза и улыбнулась. Жизнь налаживается. Тимофей Морозов – Тим, я думаю, ты должен приехать. Срочно, – голос Чипа искаженный расстоянием мне не нравится от слова совсем. Рядом стоит Снегурочка. Смотрит мне прямо в душу. – Повод? – не хочу ее пугать, хотя у меня самого колени дрожат от непонятного предчувствия какой-то гадости. Тяну губы в фальшивой улыбке, стараясь показать моей фальшивой жене наносную беззаботность. – Твой сын. Он у меня. Спит на заднем сиденье. Препарат, который ему вкололи непонятный какой-то. Нужен врач. А я не могу приволочь чужого ребенка в больничку. Возникнут лишние вопросы, которые мне не нужны. – Если с его головы… – Ты дурак? Если бы я не пас вас от самого дома, хрен бы ты его в бассейне нашел. Очнись. Мужик, который его пытался забрать какой-то левый. Не профи. Я его срисовал сразу. Взять не смог, спугнул. Побоялся парня твоего оставить одного. Этого точно не Ларцев нанял. Он бы хрен такому додику доверился, ну и я бы в курсах был. Думай кто, Тимоша. Кому ты еще дорожку перешел? Я не знаю. Растерян адски. И эти глаза… Тамара смотрит на меня с таким ужасом. – Тим, что там? Что с Вовкой? – Все в порядке, – шепчу я, и тут же рычу в трубку, – к Семе вези его. Я буду через пятнадцать минут. Чип, пожалуйста. – Да не блажи. Пацан дышит, пульс в норме. Сема, это лепила из роддома? Ладно, выдвигаюсь. Я бегу к двери, на ходу хватаю куртку с вешалки. Не глядя. На автомате. – Я с тобой, – она почти визжит. В панике. Останавливаюсь у самой двери. Прижимаю к себе подрагивающее тело женщины, которая стала моей жизнью. – Лена, ну куда ты? А Настенька? Все в порядке. Ты слышишь? – Что с ним? Что с моим сыном? Да не молчи же. Черт тебя подери, – она хрипит иступлено. Она мать, настоящая. Прав Вовка, она мама Снегурочка. – Что с моим сыном? Почему Чип? Почему он везет его к Семену? – Просто захлебнулся немного Вовка. Все в порядке, – я лгу, чувствуя себя и дураком и предателем одновременно. Она не верит ни одному моему слову. – Закрой дверь на замок и никого не впускай. Поняла? Я приеду… Мы с Вовкой скоро вернемся. Ты меня слышишь? Веернемся к вам с Настюшкой. Заботься о дочери. Пожалуйста, приди в себя. Ты ей нужна. Она лишь кивает. И глаза ее полные слез какие-то безжизненные, ей страшно до одури. И я ее понимаю. Ей будет страшно все это время, пока она будет ждать в неведении. Черт, я вернусь и… Больше нет времени играть в семью. Мой сын пострадал, значит в опасности вся моя семья. Моя семья. – Я приеду и мы решим как жить дальше, Лена. Я должен тебе рассказать… – Тим, что происходит? – ее голос безжизненный и тусклый. И я так хочу успокоить мою Снегурочку. Но времени катастрофически мало. – Никого не впускай, ты меня слышишь? И жди. Мы скоро дома будем с Вовкой. Поняла? Снегурочка, посмотри на меня. Обещай, – у меня язык не поворачивается назвать ее именем чужой женщины. И врать я страшно устал. – Обещаю, – она даже улыбнуться пытается, кулачок сжатый поднимает, в знак поддержки. Но я вижу как ей страшно. Мне тоже страшно. Чертовски.