ГЛАВА 17
Вышла прямо возле своего домика из лианы. Как и ожидала, Инар последовал за мной и теперь с легким интересом рассматривал все вокруг. Я же пошла здороваться со своей подругой.
Лианочка беспокойно шевелила листиками, тянулась ко мне лозами и осыпала меня белоснежными маленькими цветочками.
— Я тоже рада тебя видеть и тоже скучала, — ласково погладила пальцами зеленые стебли.
А дальше был разбор полетов. Пока ворковала с Лианочкой, мне на шею привычно скользнул Крох. Пытался язвить и хохмить, но быстро понял мой настрой и притих, прикинувшись моим воротником.
Не знаю, то ли от напряжения, то ли от расстройства, то ли наоборот от того, что это самое напряжение нескольких дней меня покинуло. Но высказалась я знатно.
Начала с самого начала, с того момента, как мы познакомились с дракончиком. Припомнила ему все его слова, действия и то как он мне врал с самой честной мордочкой.
— Одного не понимаю! — расстроено всплеснула я руками и дернула Кроха за свисающий мне на грудь хвост. — Как с таким количеством вранья ты до сих пор не облез?!
Свалившись мне на колени, эта маленькая наглость не растерялся и растянувшись, подставил свое брюшко под мою руку.
— А я тебе не врал, — блаженно протянул дракончик, смешно дернув задней лапкой.
Перестала его гладить и с возмущением уставилась в его наглую мордочку. Его не проняло, он лениво приоткрыл один глаз, слабо толкнул мою руку своей лапкой. Мол, гладь, гладь, не отвлекайся. И беззаботно выдал:
— Ну, да! Не договаривал малость. А что ты хотела? Уже представляю как бы выглядело наше с тобой знакомство. Ты только открыла свои глаза, а я тебе: «Привет! Ты сейчас находишься в другом мире, но об этом ты уже догадалась. А знаешь, это еще не все. Тут выяснилось, что ты еще и ведьма, да не простая! Одна из сильнейших и для тебя законы не писаны. Можешь убивать сколько тебе влезет, ибо мой папочка бог, понял свою ошибку и этот мир наконец — то принял ведьм, дав им возможность защищаться. Я хранитель этого мира, а вовсе не тот зверь, которого ведьма Тали вырвала из твоей груди. Но насчет этого можешь не переживать. Ты должна мне доверять потому что я хороший и буду тебе помогать. Скоро нашлю на тебя зов, что бы в своих снах ты встретила свою настоящую пару. Ты еще не знаешь, но это старший сын короля драконов. Кстааати, совсем забыл. Тебе еще предстоит стать дочерью Арика, спасти короля и королеву драконов, и обоих их сыночков. Для этого тебе придется уничтожить собственную тетку которая претворялась твоей матерью и стать моей хозяйкой. По другому никак. Или я становлюсь твоим фамильяром, или тебя нафиг разорвет от огромного количества энергии. Но и тут тебе не стоит переживать, все закончится хорошо. Ты полюбишь красноволосого ушастика, родишь ему деток и станешь великим целителем!» Ты так себе это представляешь? Да я сейчас, вижу по твоим глазам, что у тебя перегруз информации. Это я тебя еще пожалел и упустил несколько деталей. А что бы с тобой было тогда?
Сижу, пытаюсь упорядочить в своей голове информацию. С какой — то стороны он прав, моя голова бы взорвалась в тот момент, вывали он все это на меня. Но ведь мог же рассказывать все постепенно!
— А то, что ты рассказал…
— Все правда, но этой правды не будет, если вы этого не создадите. А теперь, хватит жалеть этого ушастого, — ткнул он своей лапкой в Инара. Рассказывай ему все с самого начала и только правду. У нас всего несколько часов прежде чем орки нападут на драконов. А завтра, к оркам прибавятся тролли.
Хотела было возмутиться, но смысл. Если мыслить логически, Крох сын бога и знает намного больше нашего. Доверять ему можно, ведь ничего плохого он мне не сделал. А рассказать действительно надо. Потом пусть Инар переваривает информацию, а я пойду к Арику. Раз намечается заварушка, помощник точно лишним не будет.
Вздохнула и принялась все рассказывать красноволосому. Он и так бедный все время пока мы с Крохом сидели общались, только хлопал глазами, прислушивался и тихо выпадал в осадок.
ИНАР
Шагнул вслед за ней в переход. Даже не задумался: куда, зачем? Главное сейчас быть рядом с ней.
С души словно камень упал. Ее магия с ней, с моей темноволосой ведьмочкой. Почему она ее не лишилась? Интересно конечно узнать, но наблюдать сейчас за ней намного интереснее.
Стоит, мурлычет себе что — то под свой аккуратненький, слегка вздернутый носик, а тонкие пальчики нежно ласкают зеленые лозы.
Судя по посыпавшимся на малышку цветкам, лиана отвечает ей полной взаимностью.
Пока любовался ее улыбкой и стройной фигуркой, пропустил появление высшего. Заметил его только тогда, когда он заполз на Ярину и обвил лапками ее шейку.
Отношения этих двоих для меня за гранью. Сейчас я уже не дергаюсь от того, что высший прикасается к моей девочке. Я спокоен от того, что вижу. Нет никакой страсти между этими двумя.
Ярина начинает размахивать руками, полная грудь вздымается от частого дыхания. Моя ведьмочка возмущена.
Дергает высшего за кончик хвоста. Все внутри обрывается от страха. Высший не простит такой вольности. Миг и я застываю за спиной малышки. В ней ни капли страха перед самым сильным существом на Тезе.
Высший, хитро сверкает глазами глядя на меня и растягивается на ее коленях. Подставляет свое не защищенное брюхо под ее ладонь.
Малышка обижается. Называет высшего предателем и я наверное даже могу ее понять. Тяжело принять чью — то сторону не зная абсолютно ничего. Но она моя и я всегда буду рядом, что бы ее поддержать.
Высший наблюдает за мной сквозь прикрытые глаза. Видит мою растерянность и злость. Привык всегда все знать, а тут словно младенец.
Вопросительно приподнимаю бровь.
«Какого демона тут творится?»
Прикрывает глаза.
«Все вам надо объяснять».
Указываю взглядом на свою малышку.
«Расскажешь?»
Внимательно смотрит на меня и моргает.
«Конечно. Куда ж я денусь?»
Опускаюсь на ступеньку рядом с Яриной. Она будто и не замечает. Обиженно поджимает губы и пыхтит от досады.
Кажется, что высший пытается перевести серьезный разговор в шутку. На самом же деле делает все возможное, что бы я услышал как можно больше информации.
Слушаю, затаив дыхание. Перевожу взгляд свою пару. Так вот ты значит, откуда, неучтенная ведьма. Многое становится понятным, но чувствуется очень много пробелов.
Настораживают и радуют последние слова высшего. Война. Что ж, неприятно, но все же ожидаемо. Малышка соглашается с высшим. Радуюсь как ребенок. Сейчас я наконец — то все узнаю о своей паре. Во всяком случае, все необходимое, остальное наверстаю потом.
Розовые, полные губы шевелятся, с них льются звуки. Каждое слово острым клинком вонзается в сердце, кромсает душу, впивается в мозг.
Зверь внутри меня ревет от боли и ярости.
Нет.
Не может быть.
Только не так.
Только не с ней!
Вдыхаю воздух сквозь стиснутые зубы. Тяжелый, обжигающий. Трудно дышать, невозможно принять, страшно осознать ужасную правду.
Она замолкает. Но каждое ее слово клеймится в моей душе.
Зверь внутри меня как никогда силен. Рвется наружу.
«Растерзать, отомстить за страдания своей пары».
Ему не важно, что он хочет убить собственного брата. Он заслужил, а значит, не достоин столь близких, родственных чувств.
Я уже и сам не понимаю, что чувствую к своему младшему братишки. Как же так? Он никогда не был жесток. Он был не в себе. Пытаюсь его хоть как — то оправдать, но ничего не выходит.
«Она моя! Она неприкосновенна!»
Беснуется внутри меня зверь.
Рычит скаля огромные клыки.
— Ты не виноват, — ложатся тонкие пальчики на мой сжатый кулак.
Медленно поворачиваюсь и смотрю в ее глаза. В них сочувствие, тихая боль, страх, настороженность. Это не то что можно исправить, воспоминания не то, что можно стереть. Это все останется с ней навсегда.
И все внутри обрывается от дикой, раздирающей боли.
Зверь внутри меня скулит.
«Надо успокоить пару. Обнять, показать какие мы сильные. Она должна знать, что мы можем ее защитить!»
Сильнее сжимаю кулаки. Черные ногти распарывают кожу ладоней. Теплая жидкость с запахом металла, что оседает на языке, медленными, ленивыми каплями омывает траву под моими ногами.
Нельзя обнять, нельзя прикоснуться. Так хочется, но если она отшатнется, если он увидит страх в ее глазах. Это его убьет.
ЯРИНА
— Молодец, — тихо шепчет мне Крох. — Подробностей он бы не вынес.
Киваю, соглашаясь с его словами.
Я сижу на расстоянии вытянутой руки от Инара, Крох все так же, на моих коленях.
С опаской оборачиваюсь к принцу, не хотелось бы, что бы он услышал слова дракончика и потребовал рассказать все в красках.
Инара сейчас не узнать. Он рядом, но полностью погрузился в свою боль. Не слыша и не видя ничего вокруг.
— Ты ни в чем не виноват, — касаюсь рукой сжатого кулака.
Поворачивается ко мне. Медленно. Слишком медленно. Поднимает глаза, а в них…
Перехватывает дыхание от боли и вины, что не просто плещутся в его глазах, они переливаются через край мужскими, скупыми слезами. Две блестящие дорожки.
Не знаю, что сделать, что сказать, что бы стереть или хотя бы приглушить его боль. Не понимаю как такое возможно, но кажется, а может быть так оно есть и на самом деле. Его боль отражается во мне, оседает в сердце. Я чувствую ее как свою. Не в полной мере, в этом я уверенна. Но мне хватает и ее отголосков, что бы едва не согнуться пополам.
Сильнее сжимаю свою руку на его кулаке. Переводит взгляд вниз и снова, медленно, очень медленно, отстраняется от меня, от моего прикосновения.
Теперь я чувствую уже свою боль. Я ему неприятна? Между мной и братом, он выбрал последнего? Впервые пожалела, что не чувствую притяжение пар во всей силе. Так было бы проще. Многое стало бы понятным.
— Давай девочка, вытаскивай своего мужчину из этого состояния, — весело сверкнул глазами мой дракончик. — Пока он сам себя не покалечил.
И показательно так, перевел взгляд своих огромных глаз на руки Инара.
Сжатые кулаки, тяжелые, темные капли. Действовала не задумываясь. Подскочила так быстро, что красноволосый резко дернулся. Осмотрел внимательным взглядом меня, близ лежащую территорию и вновь опустил голову.
— Инар, — зову, стараясь что бы голос не дрожал.
Ноль реакции с его стороны.
Перевожу растерянный взгляд на Кроха. Внутри борются два желания. Страх перед неадекватным поведением мужчины и желание залечить его раны, успокоить.
— Дерзай маленькая, — указывает лапкой на Инара. — Этот скорее сам сдохнет, но тебе вреда не причинит.
Стою, все еще в нерешительности. Руки подрагивают от страха. От страха довериться, открыть свое сердце и вновь ошибиться.
— Есть два варианта, — шепчет дракончик мне на ухо. Я так задумалась, что даже не заметила, как он забрался мне на плечо.
— Он сейчас пойдет убивать. Ни он, ни его зверь не успокоятся, пока не отомстят за свою пару. Потом он вернется и будет ходить за тобой тенью. Будет заботиться, оберегать, но близко не подойдет. Он уже сейчас себя корит, еще немного, окончательно уверится, что недостоин своей пары. Все, что последует далее, будет началом конца этого мира. Старший убьет младшего, затем и сам истает от вины перед тобой. Король никогда не станет прежним. Королева не перенесет смерти трех, самых близких ей существ. Драконы перестанут быть сильными и со временем совсем исчезнут как раса. Сейчас самое время вспомнить о своем обещании. Долги Яриночка, надо отдавать.
— Что мне надо сделать, — мой голос безжизненный.
Чувствую, что меня загнали в угол, с той лишь разницей, что это угол выбрала я сама. Мне теперь в нем и жить.
— Надо всего лишь сделать выбор, — шепчет мне на ухо. — Я тебе расскажу, — шепчет искушающее и меня вышибает из моего тела.
— Открой глаза. Смотри, — все тот же, успокаивающий шепот, которому я доверяю, за который хватаюсь как за единственное спасение.
И я открываю, смотрю на дверь такого родного дома.
— Ярина?
Резко оборачиваюсь и смотрю в самые любимые на свете глаза.
— Степушка, — шепчу, протягивая руки к своему мужу, своей опоре.
Он тут же сжимает меня в объятиях, шепчет о том, как сходил с ума, как переживал за меня. Ведет в дом, спрашивает, где я пропадала. Почему за все эти дни даже не позвонила?
И я взахлеб рассказываю ему обо всем. С самого начала. О предательстве Галины. О том как оказалась в другом мире. Рассказываю, ничего не тая.
Степан слушает внимательно, гладит по голове, укачивает в своих объятиях и шепчет:
— Все будет хорошо.
Я ему верю, всегда верила как себе. По этому засыпаю в его объятиях.
Степан аккуратно укладывает меня на диван. Накрывает пледом, в его глазах боль и растерянность. Мечется по комнате как зверь в клетке, а потом сам себе кивает головой и направляется в другую комнату, к телефону.
— Сейчас он позвонит и к тебе в гости приедут занимательные дядички, в белых халатах и больничной робе. Уже догадалась какой номер он набрал?
Несмотря на доверие к Кроху, не могу поверить в то, о чем он говорит. Это не правда!
Сейчас Степушка вернется, отнесет меня на кровать, ляжет рядом, обнимет и все у нас будет хорошо.
Крох молчит, он знает как мне тяжело. И я смотрю дальше. Смотрю как Степан садится напротив меня, в кресло. Как смотрит непонятным взглядом. В нем сожаление, расстройство, волнение. Он нервничает, ерошит ладонью свои короткие волосы.
Звонок в дверь заставляет вздрогнуть. Степан уходит, а спящая я начинаю просыпаться от приглушенных голосов. Сажусь на диване, потирая руками сонные глаза и натыкаюсь взглядом на Степана. За его спиной тихо переговариваются два амбала и высокая, сухая как жердь женщина с бесстрастным лицом.
— Степ? — тяну жалобно, смотря в его мрачное лицо.
— Все будет хорошо, — делает попытку улыбнуться. — Тебе сейчас немного нездоровится. Врачи, — кидает на пришедших нервный взгляд. — Они тебе помогут. Да, — кивает он головой, словно убеждая себя в правильности принятого решения. — Так будет лучше.
Разочаровываться в людях, больно. Разочаровываться в близких еще больнее.
— Крох, — шепчу своему маленькому чуду. — Забери меня отсюда.
Нет слез и истерики, только огромная дыра там, где раньше теплилась искорка любви к моему мужу.
— То, что ты мне показал… — тяжело сглатываю.
Чувствую, как вырастает маленькое тело дракончика, как меня обхватывают полупрозрачные крылья. Смотрю на себя с высоты, как там, в пещере.
— Теперь ты можешь меня читать, — говорит Крох моим голосом и на меня обрушивается море чувств и эмоций.
Он никогда не обманет, он действительно любит. Полюбил давно. Не за что — то, а просто потому что я это я. Он не бог. Не смог бы меня отправить на Землю. Но он бы попросил отца, тот бы ему обязательно помог. Малыш знал, насколько сильно я хочу домой, но так же он знал и то, что там, дома я никогда не буду счастлива. И тем ни менее, он позволил мне самой выбирать.
— Смотри, — шепчет мне подняв голову, глядя на меня, моими же глазами.
Снова меня выбивает из тела. Я на поляне. Знаю это место. Совсем рядом граница ведьминых земель.
— Это то место, в котором ты будешь лечить. Твоя лиана не такая уж и вредина.
Смотрю во все глаза на огромное, двухэтажное здание, созданное, как и мой домик из зеленых лоз лианы. Смотрю на то, как распахиваются двери. Красноволосый эльф выходит, держа меня на руках.
— Так не может больше продолжаться, — бормочет и продолжает идти.
— Осталось еще совсем немного и все закончится, — пытаюсь успокоить его слабым, уставшим голосом.
— Ты же знаешь, я не могу тебе запретить, — прижимает меня к себе еще сильнее, зарывается носом в мои волосы и шумно дышит. — Я не могу ничего сделать, но если с вами что — нибудь случится…
Замолкает, тяжело сглатывает, пытаясь справиться со своими чувствами.
— Все в порядке, — улыбаюсь, накрывая своей рукой еще плоский живот. — С нами все будет хорошо, ведь у нас есть ты.
В этом видении совсем другой мужчина. Совсем другая реальность. Совсем другие чувства и эмоции. Именно они заполняют образовавшуюся у меня в груди дыру. Нежность, доверие, любовь.
Тот мужчина, с которым я прожила не один год, который, как я думала, меня любил, навесил на меня ярлык безумной. Не поверил, не захотел разобраться. Он сам принял решение, сам решил мою судьбу.
А тот, который знал меня лишь несколько недель, тот который казалось бы чужой. Верил мне безоговорочно. Не принимал за меня решений, не диктовал свои условия. Стоило мне сказать всего лишь несколько слов и он мне доверил самое главное. Заботу о своем, еще не рожденном ребенке.
— Выбирай, — шепчет мне на ухо Крох. — Я приму любое твое решение.
— Хочу быть счастливой, — шепчу в ответ, с улыбкой на губах.
— Моя ведьмочка, — с толикой гордости тянет Крох и я оказываюсь у ступенек своего домика.
Теперь уже не раздумывая, делаю шаг к Инару и схватившись за его огромные кулаки, начинаю нежно, но настойчиво разгибать его пальцы.
— Девочка моя. Малышка. Единственная, — шепчет мне, пока я залечиваю его раны. — Прости меня, моя хорошая. Я все исправлю. Больше никто. И пальцем… — срывается его хриплый шепот. — Все смою его кровью.
— Не надо, — качаю головой. — Он твой брат.
И действительно понимаю, не хочу смерти Свазора. Тем более не хочу, что бы его убил собственный брат.
— Он виновен, — упрямо поджимает губы Инар. — Заслуживает смерти.
— Он не виноват, — сама в это верю с трудом, но сейчас, главное, что бы поверил Инар. — Виновных мы накажем. Обещай мне, что не тронешь Свазора, — обнимаю ладонями его лицо, пристально глядя в глаза. — Видеть его больше никогда не хочу, но и убивать не надо.
— Мое чудо. Моя светлая ведьмочка, — сипит из последних сил и резко притягивает меня к себе.
Обвивает руками мои бедра, утыкается лицом в мой живот и стонет, громко, по звериному отчаянно, с такой болью, грустью и отчаяньем. Что мое сердце разрывается от переживания.
— Яринка, — снова шепчет вездесущий Крох. — Он не может справиться со своим зверем, который жаждет мести. Решайся ведьмочка. Реки крови или крики страсти.