Глава 9

– Ну как устроилась?

Тетка перехватила меня у самых ворот академии, когда я собиралась в город, пополнить нервные запасы. Попытка убийства, странное поведение руководства и первый рабочий день подкосили, требовалось срочно повысить настроение. В Меробейте с этим легко, полно магазинов, кондитерских и прочих милых женскому сердцу мест. Правда, я собиралась заглянуть еще в два, не столь романтичных. Во-первых, на почту, осторожно справиться у бывших соседей, не разыскивал ли кто. Во-вторых, в магическую лавку. Зелье правды – вещь противозаконная, но готовится из обыденных ингредиентов. Самый главный – знания – не продавали, ненужных вопросов не возникнет.

Обернувшись, я помахала Патриции. Надеюсь, выражение лица не слишком кислое. Делиться с теткой хроникой побед и поражений не собиралась. Можете считать черствой, неблагодарной, но все свое ношу в себе. Да и не маленькая девочка, чтобы нуждаться в сочувствии и поддержке. Та же Патриция ее у меня попросила, уговорив остаться. Темные ведьмы сильные. Иные не выживают.

– Спасибо, все хорошо. Даже лучше, чем в Баши. Чистые комнаты, вкусная еда, вменяемое начальство.

Патриция недоверчиво уставилась на меня, словно видела насквозь. Я спокойно выдержала ее взгляд, даже бровью не повела.

– Орланда, я к тебе со всей душой…

Тетка недовольно поджала губы.

– А я что?

Вспомнила о планах с вареньем и расплылась в улыбке. Ох, не стоило, вышел оскал.

– Вся в отца пошла! – сокрушенно пробурчала Патриция, подойдя ближе. – Никогда его не видела, но уж точно не в мать.

Пожала плечами.

– Я просто ведьма и просто устала. Думаешь, легко приструнить десятки студентов, привыкших к свободе. Когда там умерла Гермия? Пару месяцев назад?

Вроде спросила вскользь, для разговора, и навострила уши. Тетка попалась в ловушку, ответила:

– Так в апреле, двенадцатого числа.

Ничего себе! Первое письмо ректора пришло в июле. Логично: я значилась в конце списка кандидатов на вакантную должность.

– Я к тому и говорю: распоясались, отвыкли учиться. Темные ведьмы сменялись одна за другой, декан обмолвился, все сбегали.

– Надеюсь, – Патриция коснулась моей руки, заглянула в глаза, – ты останешься?

– Время покажет.

Я не любила обещаний. Сегодня обстоятельства одни, завтра – другие, а ты уже связан словом.

– Хотя бы с Леонтием ты поладила. – Видимо, тетя прочитала что-то такое в моих глазах, раз успокоилась. – Не верь той гадости, которую о нем пишут! Он мужчина не без греха, когда жена с любовником сбежала, пустился во все тяжкие, но чтобы насиловать!.. У него всего одна студентка была, жил с ней полгода.

– Таки была? Права Ванесса, слухи на пустом месте не возникают, недаром некромант так нервничал.

– Только тсс! – Патриция огляделась и приложила палец к губам.

Она увлекла меня подальше от главной аллеи, за сарай с инструментом и строго продолжила:

– Не смей на него косо смотреть! Мала еще, не доросла до заслуг Леонтия Грира. И моралистку из себя не корчи, тут без тебя хватает. По обоюдному согласию у них было. За Катариной он три месяца ухаживал, а не сразу в койку поволок. Я думала, до свадьбы дойдет. Не срослось, слишком разные.

Сощурившись, я заметила:

– Ты слишком хорошо осведомлена о жизни декана темного факультета.

Патриция нахмурилась и подозрительно промолчала. Ясненько, ясненько…

– Так это ты ему обо мне рассказала, а Леонтий потом до ректора дошел? Мол, имеется еще одна темная ведьма, давайте попробуем.

Тетка недовольно засопела. Глаза ее метали молнии.

Патриция не была бы Патрицией, если бы не бросилась в атаку:

– Не все себя в старые девы готовят! Я женщина красивая, имею право на любовника.

От удивления я даже рот открыла. Ну Патриция, ну шкатулка с сюрпризом! Леонтий ведь младше, а она его окрутила! Хотя даже сейчас, войдя в пору зрелости, тетка удивительно хороша, сама бы за ней приударила.

– Тетя, – вкрадчиво полюбопытствовала я, – ты замуж за него не собираешься? Только честно! Вдруг нужно срочно платье шить и подарки готовить.

– Ну тебя! – отмахнулась Патриция. – Вечно ляпнешь дурость!

– Сама ведь сказала…

– Дело прошлое, – резко оборвала тетя. – Еще по академии разнеси, мало Леонтию славы! Раскинь мозгами-то: какая жена, какая свадьба?

– Если ты намекаешь на разницу в возрасте и положении…

– Романов меньше читай! Лисбет их очень любила, вечно томик под подушкой держала. В итоге что вышло?

Патриция тяжко вздохнула и ненадолго замолчала.

– Взрослая ведь, должна понимать, иногда бывает одиноко. Я личную жизнь не устроила. Сначала не с кем, потом ты появилась. Какие там женихи? А ласки иногда хочется. Словом, бывали у меня мужчины, так, женщиной себя почувствовать, не более. С Леонтием случайно вышло.

Погрузившись в воспоминания, я попыталась отыскать среди теткиных гостей будущего декана. Заходили к нам многие, но по служебной надобности. Посиделок Патриция не устраивала, и до недавнего времени я считала ее убежденной старой девой.

Нет, не помню. До поступления на темный факультет мы с Леонтием не пересекались.

– Знаю, что ты высчитываешь! Сразу после побега его жены все случилось. Ты на вечеринку ушла, а я его встретила. Такой потерянный. Слово за слово…

– …и в койку, – ядовито продолжила я.

– Не завидуй! Внешность у меня, – тетка взъерошила волосы, густой огненной волной опавшие на плечи, – с возрастом не согласуется, почему бы Леонтию со мной не остаться, раз сама предложила.

– Один раз и все? – не унималась я.

Сбежала жена… Леонтий обмолвился, что это случилось десять лет назад. Ну да, третий курс. Я тогда мечтала о субъекте, который того не стоил. А некромант тем временем утешался с Патрицией. Ему явно повезло больше.

– Вот дочь виверны! – беззлобно выругалась тетка. – Успокойся уже, сводница! Между нами пятнадцать лет и ноль общих интересов. От некромантии меня и вовсе тошнит. А сама, часом, на Леонтия глаз не положила? – начался допрос с пристрастием. Вот кто меня за язык тянул?! – Слишком уж интересуешься.

Сумела, выкрутилась:

– Так статья ведь. Опять же, он мой начальник, не хочется неприятных сюрпризов.

Патриция не поверила. Ну и ладно! Зато вопрос о моральном облике некроманта закрыт, хотя бы тут можно выдохнуть.

Обстоятельно попрощавшись, отправилась по своим делам. Решила начать с почты, затем загляну в кондитерскую и под конец, перед закрытием, наведаюсь в магическую лавку. Тогда точно не столкнусь там с кем-то из академии.

* * *

С письмом разделалась быстро. Неприятная морось загнала всех в кофейни, у окошка отправки толпилось лишь пара человек. Точного обратного адреса я предусмотрительно не оставила, вывела: «Меробейт, Старый город, Верхняя часть, до востребования». Если вести дурные, обезопасила себя от преследований кредиторов и разгневанных клиентов, а если хорошие, читать о ценах на мясо и детях кузины племянницы молочника не стану.

Теперь можно за сладким.

От предвкушения потекли слюнки. Триединая, неужели я снова попробую пралине?! В Баши о подобном приходилось только мечтать, там я довольствовалась яблочными пирогами. Жаль, пирожные придется брать в долг, но декан заверил, что меня не уволят, устрою праздник живота.

Детские воспоминание привели к кондитерской Жиля на одной из извилистых улочек. В летнее время хозяева умудрялись ставить веранду, сейчас столики убрали до весны, торговля велась внутри.

Толкнув дверь под вывеской со шляпой, полной карамельных тростей, словно окунулась в прошлое. Помню, когда мне было лет десять, хотелось скупить абсолютно все, но я знала счет карманным деньгам и ограничивалась эклерами. По праздникам брала коробку тех самых пирожных с пралине.

Сейчас все меняется, все меньше остается подобных заведений с раскрашенными прилавками и букетами цветов на столах. И ведь каждый день свежие! Откуда только берут?

Позабыв о студентах и магии смерти, шагнула через порог. Ноги сами несли к витрине. Там крутились тарелки с произведениями искусства – образцами свадебных тортов. Марципановые фигурки женихов и невест как живые. Невольно улыбнулась, заметив в руках одной из мастиковых красоток метлу. Хозяин помнил о соседстве с академией, учитывал специфику тамошних профессий.

– Готовитесь?

– А?

Неохотно оторвавшись от созерцания прекрасного, обернулась. Голос я узнала и гадала, как быстрее пробиться к кассе, получить свое и уйти. О кофе с пирожными за столиком придется забыть. Ничего, съем в академии.

Тигрий смотрелся франтом в сером пальто и длинном синем шарфе. Лоску добавляли кожаные митенки, красноречиво намекавшие на наличие моторной кареты. Не хватало двух красоток под мышкой, и образ прожигателя жизни готов.

– Не извольте беспокоиться, свадеб не намечается. Простите!

Бочком протиснулась мимо ректора. Внутри закипала злоба. Испортить такой момент! Сладкоежка его положения мог заказать всю кондитерскую на дом, еще и перевязанную бантиком.

– От мучного полнеют! – полетело вслед предупреждение.

– Вот и не ешьте, – прошипела я, активно работая локтями, – неповоротливые посетители не желали пропускать сердитую темную ведьму. – А то летать не сможете.

– Физические нагрузки сжигают любые пирожные. Настоятельно рекомендую.

Это он сейчас на то, что я толстая, намекает?

Нахал!

– Благодарю, но я в советах не нуждаюсь. Зато могу дать один вам: купите книгу по этикету.

– Я ваш ректор, – рыкнул Тигрий.

Игривость слетела. Передо мной стоял дракон, раздумывающий, наказать или простить жертву. Только на меня подобные штучки не действовали. Вздернув бровь, я полюбопытствовала:

– Какие-то новые законы вышли? Раньше служебное положение прав на издевательства не давало.

Зрачок ректора заискрился, но дракон промолчал. Так-то лучше!

– Вот эти два, пожалуйста. – Я таки протиснулась к кассе и наугад ткнула пальцем в витрину с пирожными. Маленькую радость, и ту дракон украл! – Да, в коробку, мне еще по делам. Спасибо.

– Орланда, вы же другие хотели.

Вот прилип! Единственное, чего я хочу, – видеть вас строго в рамках учебного процесса.

Сделала вид, будто вместо ректора пустое место, и горделиво прошествовала к выходу. Сейчас открою зеркальную дверь, выдохну и… Дверь действительно открылась, только несколько раньше, чем требовалось, и я получила по лбу. Это еще полбеды – от неожиданности я выронила коробку, и она полетела на пол. Выстраданные пирожные! Да что за день сегодня собачий!

От души выругалась, проигнорировав гневный взгляд матери с ребенком, по вине которого лишилась сладкого. Подняв коробку, убедилась – есть там нечего. Корзиночки превратились в труху, крем размазался по картонке. Одно пирожное и вовсе валялось на полу, ярким пятном напоминая о клейме неудачницы.

– Не надо так убиваться!

Тигрий присел рядом и попробовал крем с коробки.

– Лимонный. – Он облизнул палец.

Позабыв о досаде, я изумленно уставилась на него.

– Что? – Пришло время дракона понервничать.

– Вы как бы ректор, а я как бы подчиненная. – На меня напало косноязычие.

Его действия с кремом. Сам мог бы догадаться.

– А мы как бы ничего не делаем, – передразнил Тигрий и помог мне встать. – Сейчас купим язвительной темной ведьме новые пирожные, и все вообще будет в порядке, – подмигнул он.

Всучив мне остатки картонной коробки, ректор направился к кассе. Перед ним почтительно расступались. Как же, сам Крылатый лорд пожаловал!

– Как это – купим? – Я запоздало сообразила, что он собирается сделать. – Мне ничего не надо! Слышите, я не возьму!

Тигрия мои слова волновали меньше комариного писка. Он долго советовался с продавщицей и наконец забрал перевязанную алой лентой коробку. Подобную пошлость я снести не могла и, выкинув помятую коробку в мусорное ведро, сбежала.

Нет, что он себе позволяет?! Это… это ухаживание! Да я!.. Пусть свою алую ленточку себе на шею вместо галстука повяжет!

Гонимая ненавистью ко всему драконьему роду, в мгновение ока оказалась у магической лавки и дернула за шнурок так, что едва не вырвала язык колокольчика.

Нужно срочно успокоиться, прибереги эмоции для пятницы. Сегодня рандеву с Леонтием не состоится: банально не успею подготовиться.

– Что вам угодно? – Моим вниманием сразу овладела сухонькая старушка с разноцветными глазами: один зеленый, другой серый.

– Добрый вечер!

Вспомнив о приличиях, я растянула губы в улыбке. Владелица лавки не виновата, что мне испортили настроение, не надо выливать на нее ушат недовольства.

Старушка посторонилась, и я прошла вглубь магазинчика, разглядывая полки. Банки, закрытые ящики с надписями со старинными засечками, ухающая сова в клетке. Кому-то здесь страшно, а мне, наоборот, уютно.

– Что-то конкретное ищете? – Женщина следовала по пятам, зорко следила, чтобы ничего не пропало.

– Да. К сожалению, своих заготовок нет, недавно переехала.

Старушка понимающе кивнула и направилась за прилавок, к латунным весам с двумя чашами. В детстве они напоминали мне бараньи рога.

– Унцию цветов незабудки, – начала перечислять я. По известным причинам свериться с рецептом я не могла, оставалось надеяться на собственную память. – Золотник ноготков ящериц, полпинты вытяжки ландышей, щепотку кварцевого песка…

Поскрипывали весы. Одна гирька сменяла другую, в одинаковые коричневые бумажные пакеты сыпались ингредиенты будущего зелья.

– Серебряную пыль. Можно упакованную, самый маленький флакончик. И змеиную шкурку, – закончила я.

– Какой змеи? – деловито уточнила хозяйка.

Хорошая лавка, не шарлатанка содержит.

– Годовалой гадюки.

Женщина метнула на меня подозрительный взгляд, но, забравшись на стремянку, потянулась к коробке.

– Все?

Я утвердительно кивнула. На сколько же потянут покупки?

Застучали костяшки счетов, зашевелились морщинистые губы.

– Пятьдесят восемь шестьдесят, – наконец выдала хозяйка.

В лавке товар в долг не опускали, пришлось протянуть одолженную у тетки ассигнацию и высыпать из кошелька остатки мелочи. Дорого же обходится правда!

– Вот вы где!

Звон колокольчика впустил не только дракона, но и колючий осенний ветер.

Я порадовалась, что стою к ректору спиной, иначе бы он заметил мое смятение. Нужно срочно придумать, зачем меня сюда занесло. Точно, покупала травы для практикума! Пока добьешься у казначея подотчетной суммы, ведьмы давно академию закончат.

– Вы так поспешно сбежали… Разлюбили сладкое?

– Только купленное вами.

Тигрий колкость проигнорировал и с интересом попытался заглянуть в мою холщовую сумку. Не позволила, вовремя прикрыла рукой.

– Час поздний, вас лучше проводить.

Именно так, мне не предлагали, а ставили перед фактом.

– Половина девятого? – от души расхохоталась я.

Даже детей так рано не укладывают.

– Ужин?

Пресловутая коробка с алой лентой возникла на прилавке. Пришлось принять: не швырять же при посторонних в ректора? Но забрала я ее со столь зверским выражением лица, что любой Крылатый лорд отменил бы приглашение. Увы, мой оказался отмороженным, то есть совершенно непробиваемым.

– Я вам на улице одну вещь скажу, только не обижайтесь, – заинтриговала Тигрия.

Ну не могу я в лавке орать, не так воспитали.

– Удачной волшбы! – напутствовала меня владелица лавки.

Наверняка приняла нас за влюбленную парочку. Только этого не хватало! Завтра очередной правдоруб раструбит про амуры в академии. Леонтий хотя бы со студенткой жил, а я вообще ничего не делала.

– Крылатых лордов всегда на темных ведьм тянет? – Стоило закрыться двери, я ринулась в атаку. – У вас неконтролируемое влечение? Я никак понять не могу, почему вы не оставите меня в покое.

– Я вас не трогаю, просто извиняюсь. С драконами такое иногда случается, – съязвил собеседник. – Рад, что пирожные вы забрали. Я ставил два против одного, что вы наденете коробку мне на голову.

– Угу, и вылечу из академии без метлы, – мрачно пошутила я, вышагивая вверх по улочке. – А извиняться вы уже извинились, теперь нагло клеитесь, полагая, будто любая падет к вашим ногам.

– Нет, я умру от любопытства… Скажите, кто вас обидел?

– Жизнь в вашем лице.

Хватать меня за руку не следовало, потому как у меня имелась вторая, а в ней – сумка. Увы, дракон уклонился и ловко обезоружил. Учился на собственных ошибках.

– Мужчинам нравятся строптивые женщины.

Он провоцировал, поэтому я лишь стиснула зубы. Пусть довольно улыбается, сверкает янтарными глазами. При свете фонарей они как живое пламя, только не яростное, а спокойное, мирное.

– А если серьезно, – Тигрий отпустил меня, и я поспешила увеличить разделявшее нас расстояние, – я хотел с вами поговорить. Давайте сядем в карету. Ужинать со мной вы не станете… Или передумали?

– Я не поклонница «Меробейтского вестника», – намекнула я на колонку анонима.

– Про господина Грира и остальных все – ложь. Кто-то намеренно стравливает преподавателей, пытается взбаламутить семьи студентов. Причина во мне: банально хотят сместить с должности.

Вот так поворот! А не лжет ли господин ректор, с чего вдруг ему откровенничать?

– Академии нужна темная ведьма, – ответил на мой немой вопрос Тигрий, – и я пойду на все, чтобы вы остались. Даже ужин.

– В таком случае я поем. – Желудок как раз напомнил, что его лишили обещанной пищи. – И задам пару вопросов. Декан отказывается на них отвечать, может, милорд соизволит.

– Вряд ли. – Ректор убил надежду на корню. – Я и так сказал слишком много. А поесть поешьте, только без меня. Можете записать на счет академии.

Бросив меня посреди вечерней улицы, Тигрий зашагал прочь, к оставленной на углу моторной карете. Оставалось только гадать, было ли среди его речей хоть одно слово правды, да и вообще, какие цели преследовал дракон. Жаль, ему зелья не подольешь! А очень хотелось.