Глава 10
Гуляли мы хорошо, душевно. Не столько пили, сколько болтали и пели. В Межмирье не существовало культуры застольных песен. Пришлось ее прививать. Местного фольклора я не знала, поэтому учили Сару и Лили тому, что осталось в моей памяти после Земли:
- Во поле берёза стояла,
Во поле кудрявая стояла.
Люли люли, стояла,
Люли люли, стояла.
Некому берёзу заломати,
Некому кудряву заломати.
Люли люли, заломати.
Люли люли, заломати[1], -
- прилежно выводила я, выросшая и воспитанная в деревне, среди мужиков и баб за сорок.
- Зачем ее ломать? - дослушав песню, решила узнать ее значение любопытная Сара. - Из-за нескольких гудочков ломать целое дерево?
- Пей, - пододвинула бокал с элем подруге уже успевшая захмелеть Лили. - Пей и просто слушай. И не думай. Инка же не думает, когда поет.
- И это тоже ненормально, - продолжила занудничать Сара. -Во всем должна быть логика!
- Будет, - пообещала Лили, подмигивая мне и насильно всучивая Саре бокал с элем. - Вот закончим гулять, вернешься домой, и будет тебе логика.
Пока эта парочка спорила, я промочила горло парой глотков красного вина из своего бокала и затянула другую песню:
Любо, братцы, любо, любо, братцы, жить,
С нашим атаманом не приходиться тужить.
Любо, братцы, любо, любо, братцы, жить,
С нашим атаманом не приходиться тужить.
А первая пуля, а первая пуля,
А первая пуля попала во коня.
А вторая пуля, а вторая пуля,
А вторая пуля в сердце ранила меня[2].
- Вот, - оторвалась от бокала Сара, - опять логики нет. Жить любо, но пуля попала в сердце.
- А с Инкой логику можно не искать, - сообщил чуть насмешливо знакомый голос за моей спиной. - Спаиваешь мою жену, Лили? Сара, ты что делаешь в этой теплой компании?
Мне под руку ткнулся пушистый шарик.
- Предатель, - сообщила я норгу, почесывая его. - Это ты Конрада привел, да? Ты, ты. Можешь не отпираться. Сара, не бледней так. Он сытый, не кусается.
- Инка...
- Угу, Конрад. Я не первый день Инка. К нам тут ведьма одна интересная учиться пришла. Вместе с дивом и дриадой.
Договаривала я уже в своей спальне, на собственной кровати. Этот стервец воспользовался порталом, чтобы перенести меня домой. Ну и сам перенесся, конечно.
- То есть спросить у меня было трудно? - поинтересовался он, садясь в кресло напротив меня.
- Не трудней, чем тебе самому все рассказать, - парировала я. - Или правда думал, что никто ничего не узнает о твоей связи с этим появлением?
- Вот примерно такую реакцию я и ждал. Ты напьешься в компании с кикиморой, появишься дома еле живая, на следующий день закатишь скандал.
- Обязательно, - многозначительно пообещала я, наглаживая норга, - могу начать скандалить уже сегодня. Ты как хочешь: с битьем тарелок или без?
В ответ - мученический вздох. Такому страданию и Станиславский поверил бы. Но уж точно не я.
Сурина:
Ночь я провела в объятиях любящего мужа.
- Трое новичков из другого мира? И все трое могут быть связаны с Инкой? - задумчиво переспросил Ирген, когда я рассказала ему о событиях этого дня. - Да уж. Мне заранее жаль и БЛиН, и Межмирье.
- Мне тоже, - проворчала я. - Эти две ведьмы, что туша, что новенькая, еще не начали работать, а больница от них уже страдает. Не хочу даже думать, что случится, когда они объединят свою дурость.
- Оборотни начнут летать, в дивы - пить кровь, - хмыкнул мой «добрый» муж. - Я надеюсь, что хотя бы кого-нибудь из этой троицы пришлют нам в помощь. Слишком много больных последнее время.
- Как только та же новенькая появится у вас, разбегутся все, даже тяжелобольные, - проворчала я. - Это ж додуматься надо -нахамить пожилой ведьме.
Утро началось «весело»: не успела я зайти в ординаторскую, как запела жар-птица. Красная тревога, чтоб ее! Кому там снова жить скучно?!
Оказалось подрались оборотни: кошачьи и псовые. Драка зацепила гномью общину. Тролли, собравшие разнимать развлекавшийся народ, тоже получили по шее. В итоге в больнице, с различными переломами и ушибами, оказалось сорок пять существ трех рас. Сорок пять безмозглых идиотов, решивших добавить работы врачам!
- Как у вас тут весело, - задумчиво произнес Парнор, когда мы с ним в паре передвигались от одной группы больных к другой. - В моем мире все намного спокойней и тише.
- Развлекайся, - недовольно дернула я плечом. - Сейчас еще и новенькая с тушей в пару встанут, вообще обхохочешься.
Туша, кстати, в лечении не участвовала. Она обнаружилась в ординаторской, с привычной чашкой кофе в руках.
- Как погуляла, Инка? - Астон плюхнулся на свое место.
- Муж догулять не дал, - хмыкнула туша, делая глоток из чашки. - Пришел, прямо с гулянки домой забрал порталом.
- Ты поэтому опоздала сегодня? - Жур как обычно устроился на подоконнике.
- Угу. На целых десять минут. Подошла уже к окончанию вашего развлечения.
- Узнала что-нибудь? - Аринор, еще один любитель кофе. Пристрастился к нему вслед за тушей.
- А как же. Сказал, мол, догадывался, что во мне ведьминская кровь, - туша смачно зевнула, прикрыв ладонью рот. - Надо, чтобы она проявилась. И чем раньше, тем лучше. А то в любой момент забеременею, и тогда проблемы могут быть у ребенка.
- Чушь! - фыркнула молчавшая до этих слов молоденькая ведьмочка. - Ребенок родится совершенно здоровым! С кровью и отца, и матери!
- Да я вот тоже решила, что чушь, - кивнула туша. - Но другого объяснения мне не выдали.
[1] Русская народная песня.
[2] Русская народная казачья песня.