ГЛАВА 39

СОНЯ

Время летит быстро, и я стремительно продвигаюсь в реабилитации. Врачи уже обещают, что через пару недель чувствительность в ногах полностью восстановится. Теперь предстоит ездить в больницу каждый день. Бабушка стала приходить почаще, я скучаю по нашей уютной квартирке и времени, проведённом в ней.

С Верой Васильевной в пятницу попрощалась и мне грустно... Новая сиделка Лариса, мне не понравилась. С первых минут не замолкала, восхищаясь «красивым хозяином» и пересчитывая всех «достойных мужиков» на территории. Обязанности она выполняет плохо. Сегодня с утра её нет в моей комнате, и это сильно раздражает. Но я ничего не говорю Алевтине Петровне, не хочу отвлекать по пустякам. Знаю, что у семьи Барановых сейчас идут суды за компанию, и им не до моих мелких проблем.

С Денисом почти не вижусь. Они с Люци появляются только поздно ночью, я просыпаюсь и тихо жду, когда они улягутся. Мне нравятся совместные ночевки, в такие дни и сон крепче, и сны красочнее. Опечаливает только, что наутро мы постоянно ссоримся из-за какой-нибудь ерунды. Он вспыхивает мгновенно, словно спичка. Ссоры начинаются без причины — взгляд, одно случайное слово, и вот уже скандал. Иногда сама не понимаю, зачем ругаемся, но всё происходит, как по накатанному сценарию.

С визитами зачистила моя подруга Юля. В её искренность я не верю, но, мне не хватает общения. Первое время обижалась на девочек, что они не нашли времени навестить меня в больнице. Понимаю, век любой профессиональной балерины короток. Стоит один раз сойти со сцены, и о тебе забывают. Это ощущение одиночества и ненужности, кажется, впиталось в мою кожу. Неприятно осознавать, что обо мне забыли. А Юлька, приезжает и ладно, хоть новости рассказывает из мира балета. В её искренность не верю, мне есть с чем сравнивать. Раз побывав в компании друзей Дениса, для меня многое встало в дружбе с девочками на свои места.

Люцифер пушистый обаяшка вольяжно вошёл в комнату. Тринадцать килограммов грации в одном коте. Запрыгнув на кровать, он приблизился к моему лицу и, поднявшись на задние лапы, громко мяукнул.

— Привет, мой хороший, — улыбнулась на приветствие, потянувшись к нему. — Я тебя утром ждала, думала, позавтракаем вместе.

Погладила и потрепала его вислоухое ушко. Люцифер с удовольствием растянулся возле меня, поймал мою ладонь и слегка закусил её зубами. Засмеявшись, я посмотрела на него:

— Какой же ты наглец! Ждёшь, ласки? А песенку мне споёшь?

Начала чесать ему живот, и он довольно замурлыкал в ответ.

— Так и знала, что он у тебя, — прозвучал голос Алевтины Петровны, заглянувшей в спальню. — А мы с ног сбились, ищем. Люцифер, марш на кухню к Зое. Паршивец такой, его на прививку должны везти, а он в ласке купается.

Кот лениво поднял морду, прищурился и недовольно шевельнул усами.

— Нечего на меня так смотреть. Иди на кухню, — строго добавила старушка, а я не удержалась и тихо засмеялась, наблюдая за их «общением».

Люцифер послушно спрыгнул с кровати, приблизившись к ней, притормозил возле ног и недовольно махнул хвостом.

— Иди, иди. Ишь какой характерный, огрызается.

Она достала телефон и, приложив к уху, проговорила:

— Зой, он у Софии. Отправила вниз. Встречай.

— Как дела, Сонь?

— Обещают, скоро я почувствую свои ноги, — зажмуриваюсь, представляя, как я снова хожу.

— Рада за тебя. Сонь, раз я зашла, у меня предложение. На полное восстановление уйдёт время, — садится на диван. — Я поговорила с Людмилой, и она подсказала мне интересную идею. А раз уж в МГУ я спонсор много лет, предлагаю подумать над высшим образованием. Расширим твою специфику, связанную с балетом, поверь, в жизни пригодится. Вопрос с деканом «Факультета психологии» обсудила, и он согласился зачислить тебя на курс «Психологии спорта» или, по-другому, «Клинической психологии». Ты балерина и знаешь всё о физическом и эмоциональном напряжении. Твои знания будут полезны для работы с другими артистами, спортсменами или людьми, переживающими травмы и стрессы. Ты и про стрессы, и травмы знаешь не понаслышке.

— А как же совмещать балет и учёбу? — задумчиво спрашиваю.

— Для начала учёба, а время всё расставит на свои места. Не переживай, занятия онлайн, ездить в университет пока не придётся. Я всё устрою.

— Неожиданно как-то, — промолвила я. — А пригодится ли мне…

— Сонь, в жизни иногда удивительные вещи происходят, ты начни, а по ходу дела видно будет.

— Можно я подумаю? — спрашиваю растерянно.

— Подумай, конечно, но помни, что уже два месяца лекций прошло, придётся нагонять материал.

Ошеломленно замолкаю от предложения Алевтины Петровны освоить новую профессию. Новая учеба, как гром среди ясного неба. Никогда раньше и подумать не могла, что моя жизнь пойдёт в таком неожиданном направлении. Всегда казалось, судьба неразрывно связана с балетом, до конца дней буду существовать в этом мире сцен, репетиций, музыки и изнурительного труда ради одного мгновения на сцене.

Но теперь всё изменилось. Ещё более удивительно то, что Алевтина Петровна упомянула МГУ — учебное заведение, о котором я знала разве из книжек или разговоров.

Юля ворвалась в комнату и прервала нашу беседу, аромат её духов мгновенно заполнил все уголки комнаты, обволакивая пространство так же, как её яркий, вызывающий вид. В коротком, обтягивающем платье, в тонких капроновых колготках, с кудрями, уложенными в мелкие локоны, и губами, на которых горела яркая помада, она выглядела вульгарно.

— Ой, Сонька, какая я уставшая и счастливая, ты не представляешь, как я блистала на сцене! — затараторила, не утруждая себя паузами. — Триумф! Все глаза прикованы только ко мне! Представь, я главная в «Лебедином озере», а публика смотрит только на меня, затаив дыхание! Каждый мой пируэт — как вспышка!

Юля явно преувеличивала, старвлась задеть меня. Мимоходом кивнув Алевтине Петровне, она даже не попыталась проявить вежливость и уважение, как будто старушка часть мебели.

— Сонь, ты подумай, — Алевтина Петровна встала с места, её глаза выражали недовольство. Она метнула короткий, брезгливый взгляд на Юлю. — В понедельник зайду за ответом. И не забывай отдыхать... от посетителей, в том числе.

— Спасибо, я подумаю.

Юля не понравилась ей, как, впрочем, и бабушке. Но других подруг у меня нет. В душе всё кипело от обиды — Юля могла бы не рассказывать так красочно о тех постановках, в которых совсем недавно танцевала я. Она заняла моё место, и это разрывало сердце на куски. Я захлёбываюсь в волнах горечи.

— Поздравляю, — бросаю через силу, пытаясь скрыть своё раздражение, но не справляюсь. Искренности в моём голосе не хватает.

— Ой, спасибо! У меня даже взяли интервью! Представляешь? Как у солистки известной академии балета! — Продолжает она, не замечая ничего вокруг, поглощённая собой, с восторженным придыханием в голосе.

Едва сдерживаю себя, тянусь к медицинской кнопке и нажимаю на неё, надеясь, что Лариса появится и хоть как-то отвлечёт Юлю своим присутствием. Но та, как будто не видя, что её не слушают, тараторит всё подряд, рассказывая только о себе и своём «триумфе». Где же Лариса? Совсем обнаглела и забыла, что работать должна…

— …А где Денис? — вдруг врывается вопрос в мысли. — Сегодня же воскресенье, он что, не дома?

— Он мне не отчитывается! — резко отвечаю.

Моё раздражение уже не скрыть. Теперь становится понятно, почему Юля так часто сюда приезжает. Она явно положила глаз на Дениса, намечая его как новую жертву для отношений. Внимательно осматриваю подругу. Эффектная, она действительно может понравиться Денису. И, кажется, его типаж.

— А у тебя как дела? — вспомнила обо мне подружка.

— Ничего нового, — отозвалась и нажала ещё раз на кнопку.

— Глупость спросила, что у тебя может произойти, — рассмеялась и поправила волосы.

Надеется увидеть Дениса, и меня это бесит. Ревную я! Хоть он и не мой парень!

Краем глаза заметила движение в дверях и, повернув голову, встретилась с моим океаном.

— Блять, позже зайду, — покосился на Юлю и стал закрывать дверь.

— Денис, подожди! — подскакивает с дивана подруга и бежит за ним. — Мне помощь твоя нужна, — скрывается в коридоре.

Дверь снова открывается, и входит Лариса. Вовремя! Как же все сегодня раздражает!

— Я могу спокойно попить чай? — недовольно смтрит на меня.

— Вас не чаи наняли гонять, а работать. Я хочу подышать свежим воздухом, помогите собраться.

— На балконе?

— В саду! И поживее!

Мысли клубятся в голове, будто тяжёлые грозовые тучи: куда они ушли? Что за дело у Юли? Что ей понадобилось от Дениса? Каждая мысль, как игла, впивается в сердце, сжимая его и наполняя неприятным чувством, которое только растёт и тянет за собой желание топнуть ногой от злости. Ревность — противная вещь, похожа на ржавчину, разъедающую изнутри. С каждой минутой становится всё труднее лежать на месте и сохранять спокойствие. Мысль, что они могут быть сейчас где-то вдвоём, вызывает тошнотворное чувство, которое перекрывает все остальные эмоции. «Я должна увидеть их», — пронеслось в голове. Надеюсь, что если выйду в сад, то увижу их там, и всё встанет на свои места…