ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

    Потом, спустя время, я и сама удивлялась тому, как легко удался мне побег. Наверное, мне помогали боги этого мира - или его демоны. Пока я ломала голову, как бы незаметно ускользнуть из дворца, ко мне заявилась Габриния.

    - Давайте выедем в город, - предложила она. - Зайдем в храм, прогуляемся по лавкам. Немного развеемся, а то мне уже надоело страдать здесь взаперти.

    - А нам позволят? - усомнилась я.

    - Почему нет? - удивилась она. - Его величество отсутствует, но у меня есть разрешение покидать дворец. Страже об этом прекрасно известно.

    Я вспомнила наше посещение храма Всеблагой Богини, и согласно кивнула. Вот только...

    - У меня совсем нет денег, - призналась я. - Вы не займете мне немного? Его величество дарит мне подарки, весьма щедрые, надо признать, но ни монетки на руки я пока не получила. Полагаю, он возместит вам все расходы и вернет мой долг.

    При этих словах меня пребольно укусила совесть: вряд ли Дарт захочет возвращать мои долги после побега. Получается, я обманываю простодушную Габринию и свои деньги она обратно не получит. Но обида на короля, прочно поселившаяся в сердце, быстро заставила совесть умолкнуть. "Ничего, - подумала я. - Дарт все равно содержит родственницу. Не обеднеет! А мне деньги нужны".

    - Конечно же, - прощебетала Габриния, - разумеется, я с удовольствием дам вам любую сумму.

    "Вот и отлично, - мрачно решила я. - А в предсвадебной суматохе будет не до поисков". О том, во что может обойтись мой побег самой Габринии, я в тот момент не подумала.

    Сборы не отняли много времени. Покидать дворец с вещами мне никто бы не позволил, поэтому я, отослав под каким-то предлогом служанок, просто сгребла подаренные Дартом драгоценности, завязала в носовой платок и спрятала под платьем. Вскоре вернулась запыхавшаяся Габриния и протянула мне увесистый кошель и бархатную черную полумаску.

    - Вот!

    - А это зачем? - спросила я, повертев полумаску в руках. - Разве мы отправляемся на костюмированный бал?

    - С открытыми лицами знатным нийрам можно появляться только в храме, - серьезно пояснила Габриния. - Или в домах прочих аристократов. В лавках же либо на улицах женщинам положено носить полумаски или глубокие капюшоны. Мы же не простолюдинки какие, чтобы позволять разглядывать нас всем желающим.

    Я улыбнулась.

    - А в храме разве нас не смогут разглядеть?

    - В храме должно общаться с богами, - парировала Габриния.

    Что же, так даже лучше. Меньше вероятность, что меня опознают. Хотя, если подумать, то и с открытым лицом шанс оказаться узнанной невелик - разве что наткнусь случайно на кого-нибудь из придворных. Но я сильно сомневалась в том, что приближенные Дарта разгуливают по столичным окраинам, а я собиралась укрыться именно там. Покидать город, поразмыслив, сочла глупой идеей - так выследить меня было бы проще. Затеряться легче всего среди большого количества людей, а путников могли тщательно проверять. В столицу же точно хлынул поток приезжих - поглазеть на королевскую свадьбу. Назовусь небогатой вдовой и сниму комнату на каком-нибудь постоялом дворе, а там посмотрим.

    Возможность для того, чтобы незаметно выскользнуть на улицу, представилась в третьей по счету лавке. Габриния увлеченно рассматривала многочисленные безделушки и выбрала, наконец, внушительную статуэтку из ценной породы дерева. Пожилой лавочник силился поднять ее, но едва не уронил.

    - Нет, поставьте ее на место, - распорядилась Габриния. - У вас не хватит сил дотащить ее до кареты. Вы. Да, вот вы! - обратилась она к следовавшему за нами по пятам гвардейцу. - Берите эту штуковину!

    Гвардеец замялся. С одной стороны, он не был прислугой или носильщиком и мог бы отказаться от почетной миссии тащить приобретение королевской родственницы к экипажу, а с другой - возражать Габринии не смел.

    - Постойте, нийра, - захлопотал лавочник. - Сейчас я ее надежно упакую.

    Пока вся дружная компания возилась с массивной статуэткой, я огляделась и осторожно выскользнула за дверь. Наша карета, по счастью, стояла поодаль, и кучер пререкался с каким-то зевакой. Я быстро нырнула в первый же переулок, прекрасно понимая, что времени у меня немного - очень скоро мое отсутствие заметят. Поэтому пришлось поплутать, сворачивая то в один проулок, то в другой. Все ускоряя шаг, я настороженно прислушивалась, не раздается ли топот за спиной. Несколько раз слышались торопливые шаги, и я встревожено оборачивалась - но то оказывались спешащие по своим делам незнакомцы. Они бросали на меня заинтересованные взгляды, но заговаривать не спешили. Сердце колотилось так, что я даже задыхалась. О том, что со мной будет, если меня все-таки настигнут, думать не хотелось. Но в тот день судьба явно оказалась настроена против Дарта - и мне удалось скрыться.

    Замедлила шаг я не раньше, чем начало смеркаться. Уставшие от непривычно долгой ходьбы ноги гудели, в груди кололо. Я остановилась и наконец-то как следует осмотрелась.

    Похоже, мне удалось выйти к окраине. Мимо то и дело сновали босоногие мальчишки в грязных рубахах. Я поманила одного из них.

    - Вы меня, нийра?

    - Да. Скажи мне, мальчик, если ли поблизости какой-нибудь трактир? Или постоялый двор? Или кто-нибудь, быть может, сдает комнату? Видишь ли, я приехала из южной провинции посмотреть на королевскую свадьбу, но мой дядя, у которого я планировала остановиться, скончался еще в прошлом месяце.

    Чумазый сорванец шмыгнул носом, утерся рукавом и с хитрецой взглянул на меня.

    - И вам нужно жилье, такое, чтоб хозяин оказался не шибко болтливым, да, нийра?

    - С чего ты взял?

    - Ой, нийра, да не держите вы Мерба за дурака, ладно? В таком-то платье, да еще и без багажа. Ясное дело, вы прямиком с юга заявились к покойнику в гости, ага.

    Моя легенда трещала по швам. Оставалось только надеяться на жадность маленького нахала.

    - Тебя зовут Мерб, верно? Так вот, Мерб, ты прав. Я... я сбежала от мужа. Он напился и избил меня.

    Мальчишка сплюнул.

    - Ясное дело. Баб поколачивать надо, иначе быстро на шею залезут, - со знанием дела заявил он.

    Моя рука уже потянулась отвесить ему хорошую затрещину, но я вовремя одернула себя. Нет, Лора. Этот гаденыш еще поднимет шум, с него станется. Лучше попробовать его подкупить.

    - Но теперь мне надо переждать где-нибудь несколько дней, пока супруг остынет. А то под горячую руку и прибить может. Так ты мне подскажешь, где здесь отыскать жилье.

    Мерб прищурился и хитро улыбнулся.

    - Ага, а в квартале для богачей муженек вас быстро разыщет, так, нийра?

    - Да, ты прав.

    Мальчишка сделал вид, что раздумывает, хотя глаза его горели нетерпением, а губы раздвигала ухмылка. Одного переднего зуба у него не хватало - должно быть, выпал молочный. Совсем ребенок, а уже проникся пренебрежительным отношением к женщинам. Со мной он разговаривал, сохраняя подобие почтительности, явно лишь из-за того, что богатая одежда и бархатная полумаска выдавали принадлежность к высшему сословию.

    - Ну, допустим, я знаю одно такое местечко, нийра. Но что мне будет за то, что я вам его покажу?

    - Благословение Богини, - вспомнила я о покровительнице женщин и детей.

    Мерб вновь презрительно сплюнул.

    - Да что я, баба, в храм Богини ходить? Не-ет, настоящие мужики молятся Богу-Воину, вот. Отец, правда, запрещает даже думать о гвардии и заставляет ходить в храм Покровителя, но я все равно удираю и приношу Воину орехи и яблоки.

    У меня голова пошла кругом. А кому молится Дарт, интересно? Наверное, короли тоже поклоняются Воину. Как-то не удосужилась прежде прояснить этот вопрос. Сердце вновь болезненно заныло. "Забудь Дарта! - велела я себе. - Для тебя же будет лучше, если ты никогда больше его не увидишь!"

    - Но мои дары слишком жалкие для Воина, - продолжал Мерб. - Вот если бы у меня была серебряная монета, чтобы купить достойное подношение, быть может, Воин и обратил бы на меня внимание.

    Я хмыкнула, усомнившись, что вся сумма отправилась бы в храм. В местной денежной системе оказалось очень просто разобраться, хотя она и показалась мне несколько неудобной: двенадцать медных монет приравнивались к одной серебряной, а вот за золотую надо было отдать уже двадцать четыре серебряных. В тяжелом кошеле, врученном мне Габринией, позвякивало золото и серебро, а вот меди не водилось.

    - А надежное ли твое место? Точно стоит серебряной монеты? Или пары медяков довольно будет?

    Где брать эти самые медяки, я не представляла, впрочем, как и не сомневалась, что цену Мерб не снизит. Однако же поторговаться с ним следовало.

    - Надежное, нийра, вот чем скажете поклянусь. Вы, конечно, можете в "Ощипанном петухе" остановиться, там хозяин не только выпивкой торгует, но и комнаты наверху сдает. Но всем известно, зачем в "Петух" приходят. Вам оно надо?

    - Нет, пожалуй.

    - Во-от. Еще горбатый Самвел комнаты студентам сдает, но вам тоже не подойдет. А я вас отведу в тихое место. Подумайте, нийра.

    - Ладно, - решилась я. - Веди.

    Шли мы долго. "Тихое надежное место" располагалось в приличном квартале, чистом, с ухоженными цветниками перед домами. Я засомневалась, что Мерб знает, куда ведет меня, и покрепче ухватилась за кошель, опасаясь, что мальчишка просто сдернет его с моего пояса и сбежит, а найти малолетнего нахала мне уже не удастся. Но нет, в очередной раз завернув за угол, Мерб остановился.

    - Вот! Пришли!

    - А чей это дом? - поинтересовалась я.

    - Пансион, - гордо проговорил Мерб. - Вон там, через дорогу, моя тетка живет. Повезло ей - за богатого вышла. Дядя, муж ее, с нами водиться не желает, но меня иногда зовет, когда садовнику помочь нужно. Так я всех на этой улице знаю. Горт, который пансион содержит, он неплохой мужик. Старый только уже, потому ни студентов, ни шлюх на постой не берет. У него провинциалы останавливаются, которые по делам в столицу приезжают. Тихо все, чинно, соседи не жалуются. Ну что, нийра, давайте обещанное.

    - Так дело не пойдет. Сначала надо убедиться, что ты меня не обманул. И что у Горта, если уж он действительно содержит пансион, имеются свободные комнаты. А то отдам тебе монету и останусь на улице.

    Мерб пожал плечами.

    - А смысл мне вас обманывать. Но вы не промах, нийра. Подождите-ка здесь.

    И он вразвалочку направился к крыльцу. Постучал дверным молоточком и засунул руки в карманы. Очень скоро дверь отворилась и наружу высунулась пожилая грузная женщина с раскрасневшимся лицом. Голова ее была повязана косынкой, через плечо перекинуто белоснежное полотенце.

    - Ах ты, негодник! - возмутилась незнакомка. - Чего добрых людей зря беспокоишь? Да я тебя!

    И замахнулась на Мерба полотенцем. Однако мальчишка и не подумал пугаться.

    - Ты чего, Клена? Как с мужчиной разговариваешь?

    - Мужчина! - фыркнула Клена. - Подрасти для начала. Сопляк ты пока, чтобы мужчиной называться, вот и говорю с тобой, как положено.

    - Мне с Гортом бы переговорить, - солидно заметил мальчишка.

    - Ишь чего! А кто ты такой, чтобы xозяин с тoбой разговаривать стал.

    - А я постоялицу привeл, - xваcтливо заявил Мeрб. - Вон стоит.

    Клена бросила на меня взгляд и мигом спустилась с крыльца, кланяясь на xоду.

    - Добро пожаловать, нийра, добро пожаловать. Вы уж проститe, что я вас не приметила сразу. Проходите, проходите. А где же ваши вещи?

    - Эй, не так быстро! - возмутился Мерб. - Отведи меня к Гонту! Да и она, - он указал на меня грязным пальцем, - кое-что должна мне осталась.

    Я вытащила из кошеля монету и протянула ему. Клена за моей спиной потрясенно охнула, Мерб показал ей язык.

    - К Горту веди!

    - Что здесь за шум? - раздался из глубины дома дребезжащий голос. - Клена! Кого там принесло?

    - Постоялица к нам, хозяин! - выкрикнула Клена. - По виду из благородных!

    До нас донеслись неуверенные шаркающие шаги. Мерб проскользнул под рукой Клены и припустил по коридору.

    - Стой, шельмец! Стой, кому говорят! - Клена повернулась было бежать следом за ним, но махнула рукой. - Да что уж, не догоню! Ладно, нийра, ступайте за мной, я вам комнату покажу. И скажите, где вы багаж-то свой оставили, за ним послать надобно.

    - А зачем Мербу к хозяину? - поинтересовалась я, сделав вид, будто не расслышала последней фразы.

    Клена усмехнулась.

    - Так знамо дело, денег потребует за то, что вас сюда привел. Я бы ему пирогов дала да прочь отправила, а хозяин, глядишь, и пару медяков подбросит. Не мое оно дело, конечно, нийра, да только зря вы ему целую серебряную монету вручили. Простите, коли не то сказала.

    Я сама понимала, что Мерб заломил за свои услуги слишком высокую цену, но не объяснять ведь толстушке, что деваться мне некуда? Поэтому я молча поднялась вслед за ней по узкой лестнице.

    Разумеется, выделенная мне комната не шла ни в какое сравнение с дворцовыми покоями. Узкая, с вытертым половиком перед кроватью, небольшим окном, неуклюжим шкафом и стулом. На невысокой тумбочке стояла миска, рядом с ней - кувшин с водой. Я вспомнила роскошную ванную комнату с настоящим бассейном для омовений в своих покоях и вздохнула. Ничего, зато в этой неуютной комнатушке я была свободной. Именно здесь мне предстояло начать новую жизнь Жизнь, в которой не будет придворных интриг, сплетен, Белинды с Редьярдом, Ночного Странника и Агдена, Карела, Леонсии и Габринии. И Дарта.