Глава 12

Очень давно, когда я был мелким и все мои проблемы заключались в выклянчивании мороженого и неожиданных побудках перед походом в садик, бабушка сказала мне непонятные слова… Таща меня за руку рано утром в садик, она неожиданно остановилась и, повернувшись ко мне, сильно сжала ладонь, было больно, но я не заплакал, потому что дедушка предупреждал, мужчины не плачут.

«Запомни, Дима, всё давно предопределено, ничего не происходит просто так!» Разумеется, тогда я ничего не понял, но запомнил всё слово в слово и даже как бабуля нахмурилась в то мгновение. Эта фраза часто всплывала у меня в голове, когда мне было больно.

Я начал понимать гораздо позднее, когда повзрослел, но всё равно не верил. Не может такого быть, каким образом предопределено моё будущее? Откуда они знают, что я буду делать завтра или через год? Но слова, «ничего не происходит просто так», раз за разом всплывали в памяти.

Я вспомнил о них, когда перетаскивал Митрича через первый в его жизни портал. Раз мне его подсунули, значит, для чего-то нужен? Или моё больное воображение расшалилось? Сейчас это не особо важно, будет понятно позднее, мне почему-то казалось, что станет лучше в любом случае. Хотя бы потому, что человек скотина коллективная, как бы я не избегал общества, меня всё равно будет к нему тянуть.

Первое, что я сделал, это притащил Митрича в свой новый коттедж, несло от него похлеще немытой псины, потому загнал в ванну и выдал новые вещи.

Вот бы мать с отцом обалдели, бомжа в дом привёл, а племяш бы оценил: «Зачёт, дядька, дай пять!» Воображение нарисовало его довольную физиономию.

Я не собирался его тут оставлять, двойной риск: может свалить, и я могу спалиться. А в заводи, как бы странно не прозвучало, риска намного меньше. Гулять по локации он не будет, по крайней мере, пока не прокачается, а в остальном, я его прикрою.

Понятно, что мой поступок не особо честный, я не оставил старику выбора, обозначил для него профессию, которая больше нужна мне.

С другой стороны, что ждало получившего суть престарелого бомжа? Знакомство с сателлитами лошадей? Возможно, я слишком сильно их ненавидел и списывал на ублюдков все грехи человечества, но тут уже ничего не поделаешь, я всего лишь человек.

Переодетый и отмытый Митрич, стал похож на нормального человека. Правда, ошарашенным ходил, никак не мог понять, почему какой-то крем работает похлеще бритвы. К тому же моё имя изменилось с Грибника на Феникса, я снял прожорливое колечко, посчитав, что в нём уже нет надобности.

— Богато живёшь… Феникс. Или как тебя по-настоящему кличут?

— Феникс. Грибник и любое другое имя, камуфляж. Охотятся за мной, вот и прячусь. Не спрашивай кто, у тебя и без того вопросов хватает, как-нибудь расскажу.

Старик понятливо кивнул, а затем задал вопрос по делу.

— Инструмент какой есть, по сапожному делу? Свой-то я пропил.

— Потом прикупим, пока он тебе без надобности. Дома кто остался? — старик грустно усмехнулся.

— Нет у меня дома, пока жена была, держала меня как-то в узде, а как померла, так… с год, как сын выгнал, по приютам да подвалам мыкаюсь.

— Хорош сынок, ничего не скажешь, — скривился я.

— Да я его понимаю, тяну же их вниз, внуки опять же видят, неправильно это.

Я помолчал, кто я, чтобы судить. Сын потом поймёт, когда его дети примерно так же сплавят, и хорошо если в дом престарелых.

— Ну что, готов увидеть другой мир?

— Так что, взаправду, что ли, я думал ты…

— Сектант, — перебил я и усмехнулся. Портал и фокусы видно не доказательство. — Ты ещё тварей не видал, портки запасные прихвати, часто менять придётся.

— Да я, пацан, что ли, зелёный? — вдруг оскорбился тот. — Я на войне был, больше года, с учебки сразу в горы.

— Афган? — с уважением поинтересовался я.

— Да, снайпер я.

Опа! — заработала соображалка. Кажется, я знаю, чем он будет заниматься в свободное от работы время.

Мы спустились в подвал, я загрузил всё заготовленное барахло: обывательскую бижу, патроны и кое-что новенькое, несколько баулов самых дешёвых носков. Для себя заказывал, но раз уж подвернулся Митрич, будем развивать его. Цинки и мешки появлялись, чтобы тут же пропасть, старик смотрел на это действо раскрыв рот.

— Тронулись!

Я открыл портал в закуток золотоносной шахты, активировал светляка и пояснил.

— Проход закроется, когда я окажусь на той стороне, либо отработает пять минут и всё равно закроется.

Митрич какое-то время с опаской заглядывал внутрь, затем догадавшись, вошёл, я последовал за ним.

— Штурвал как в старом бомбоубежище, — прокомментировал он, глядя на дверь.

— Это и есть проход в другой мир, обыватели его не видят.

— Так это ж выходит, они все теперь обыватели? Сын, внуки!

— Все да ни все, игроков полно, сам же видел, — старик кивнул. — Большинству на тебя плевать, а кто-то захочет захомутать, обнулить… убить то бишь, для получения прибыли…

— Ты меня захомутал?

Я усмехнулся, получается сам себя подставил, правда — наше всё.

— Типа того, но я дал тебе выбор, возвращаешься или идёшь со мной, помнишь?

— Да… так мне ж куда, на паперть возвращаться? Лучше с тобой пойду, хоть и непонятно… бесовщина какая-то, — на что я махнул рукой.

— Пусть бесовщина. Пошли, — крутанул штурвал, готовясь атаковать.

К счастью, на пороге оказалось пусто, я вошёл первым.

— Фу, как в подвале моём пахнуло… Чего это? Адаптация…

— Это заводь — преддверие в другой мир, там могут другим воздухом дышать, а система нас адаптирует, — пояснил я.

В коридорах было пусто, где-то порыкивал ушан, в промежутках слышался писк крысовара. Старик, к своей чести, бежать не собирался. Я выдал ему одно из простых мачете, рукоятка крепко сидела в руке бывшего бомжа.

— Это тварюшки те вякают? — не глядя на меня, спросил он.

Странное дело, взгляд Митрича изменился, появилось что-то вроде циничной злости, довольно неожиданная метаморфоза. Но если брать в расчёт горячую точку, про которую он упомянул, всё встаёт на свои места, на пороге опасности он вернулся к жизни.

Я с юности слышал выражение, афганский синдром, молодые люди, окунувшиеся в горнило войны, возвращались к мирной жизни, не у всех получалось адаптироваться. Многие пускались во все тяжкие и погибали уже при мирной жизни: наркотики, алкоголь, всё, что даёт ложное чувство свободы. Видимо, Митрича это коснулось, жена всю жизнь его сдерживала. А сейчас, спустя множество лет, ему не нужно притворяться цивилизованным.

Интересное умозаключение, это я сам догадался или в передаче какой слышал?

Писк тем временем приближался, и очень скоро из-за поворота показался первый крысовар, за ним ещё один. Уровни у них невысокие, так что я не беспокоился, поглядывал на свежеиспечённого игрока и прикидывал варианты развития событий.

Заметив нас, твари сорвались в весёлый галоп, а Митрич, не глядя на меня, занёс мачете для удара. Крысовары умом не отличались, потому атака была прямой и незамысловатой, я приготовил палицу, старик меж тем, хекнул, и рубанул первую тварь. Удачно, крыса потеряла половину морды и по инерции ударилась в ногу старика. Тот пошатнулся, вторая тварь решила воспользоваться неустойчивым положением игрока и запрыгнуть на грудь. Свистнул воздух, ударная часть палицы трансформировалась в шипастое бревно, несчастный крысовар отлетел с хрустом и чмоканьем, затем буквально стёк со стены.

— Бесовщина, — выпрямляясь, прокряхтел Митрич, причём здоровенные дохлые твари, его вообще не впечатлили. — Пишут, получено двести единиц свободного опыта…

— Всё, верно, я тебе говорил, система платит за уничтожение тварей. Ещё предметы выпадают, кольца, браслеты, вещи могут выпасть.

Бывший бомж смотрел на меня с подозрением, примерно как рыбак на другого рыбака, когда тот слишком широко расставил руки, рассказывая про удачный улов. Я не стал обращать внимания на скепсис в его взгляде.

— Раз получил двести очков опыта, можешь подняться на второй уровень, сделай, станешь сильнее.

Старик перестал сверлить меня взглядом, глаза сделались стеклянными.

— Посмотри на прогресс, он должен быть больше ста процентов, — Митрич кивнул. — Нажми на единичку… уровень.

— Ох, мать… Пишут, что получил второй уровень, четыре очка каких-то дали.

— Это свободные очки характеристик, глянь на свои, основных четыре, интеллект, сила, ловкость, выносливость. Распределять очки можно только по ним…

— Глаза в последнее время подводят, меткости не вижу, — удивил меня старик, видно, от внуков слышал.

— За меткость отвечает ловкость, нажми на неё, — по слегка округлившимся глазам, стало понятно, что у него получилось.

— Во! Меткость теперь пятьдесят, — довольно произнёс он.

— Ты что, всё в ловкость закинул?

— Так получилось, щёлкнул и всё, так там уже была единичка, после того, как с сабелькой помахал, написали.

Я усмехнулся.

— Ну, теперь ты меткий, разницу заметил?

Митрич какое-то время помолчал, оценивая своё состояние, поцокал языком, посмотрел на стены.

— Вроде ярче стало, ноги болят и спина, — заключил он.

— Это временно. Ты главное не всё в ловкость вкладывай, не забудь про силу и выносливость, сам понимаешь, что они значат. А интеллект отвечает за тёмную материю, она нужна для крафта, прокачки профессии, — пояснил я, глядя на непонимающий взгляд. — И ещё для навыков, прокачивать надо все характеристики!

— Я тебе нефтяник, что ли, прокачивать⁈

Я вздохнул, придётся попотеть.

— Может тебе пистолет пока выделить?

— Этих-то, бычков из пистолета? — засомневался старик.

Прикинул варианты, можно ли бывшему бомжу доверять огнестрел. Меня так просто не пробьёшь, крепость тела не позволит, и щиты никуда не делись, заодно можно проверить на лояльность. Достал оружие, проверил обойму и протянул Митричу. Хотел было поинтересоваться, справится ли, но глядя, как он ловко отщёлкнул обойму, вставил и перезарядил, решил промолчать.

— Чудной какой-то, пистолетик, — он посмотрел на меня. — И написано так много, патронов больше вмещается, так не бывает… Всё равно слабоват для таких крыс.

— Я из него и покрупнее тварей валил, а если попасть в нужную точку, то и динозавра уронишь!

— Скажешь тоже, динозавра, где такого найдёшь?

Вспомнив разрушителя, я рассмеялся в голос. Переубеждать не стал, потому как из коридоров донеслось попискивание, твари меня услышали. Митрич на это не реагировал, лишь непонимающе сверлил меня взглядом. Тут до меня дошло, это я, игрок пятьдесят шестого уровня с обострённым до безобразия слухом, он просто не слышит. Однако это скоро исправилось, старик повернулся ухом к коридору.

— Гости, что ли⁈

— Целься в центр лба, — ответил я.

Три твари появились одновременно, и вот здесь, старик меня удивил. Хлопок. Оторвавшийся вперёд крысовар покатился кубарем, подсекая тварь, что бежала слева. Хлопок. Правая кувыркнулась, следующим выстрелом, он прибил третью тварь.

— Хороша игрушка, почти бесшумная, — уважительно произнёс Митрич, рассматривая пистолет.

— Пользуйся, — выдал ему несколько запасных обойм. — Я думал снайперы, только с винтовок горазды.

— А у нас патронов до хрена было, офицеры по-всякому изгалялись: пистолеты, винтовки, если промахнёшься, пятьдесят отжиманий, — представив, я хмыкнул. — Я не сильно здоровый был, вот и не мазал.

— Хорошо, значит, проще будет… Ну что, если с мелочью познакомился, двигаемся к убежищу⁉

— Постой, а мне тут написали, ничтожное кольцо получено. Как его достать?

Пришлось учить, заодно рассказал про полезность характеристики, выносливость.

— Интеллект плюс один, — заворожено произнёс Митрич.

— Надень на палец, но учти, умнее это тебя не сделает, а десяточку к тёмной материи получишь.

Пока старик возился с кольцом, я упаковал тушки крысюков в хранилище и открыл портал в дот, пропустил нового жильца и вошёл следом. Тот удивлённо осмотрелся.

— Так это же долговременная огневая точка, я как будто опять в армию вернулся, — подытожил он.

— Это мой дом. Снаружи твари и не те безобидные крысы, что ты расстреливал в лабиринте, здесь звери посерьёзнее.

— Динозавры?

— И они тоже есть, летающие.

Я замолчал, надо было выяснить последний вопрос.

— Что ты решил, остаёшься или нет? Питанием обеспечу. Только учти, в случае согласия, тебе придётся проводить всё время здесь, — я ткнул пальцем в пол. — Внизу что-то вроде мастерской, под ней спортзал, наружу пока выходить нельзя, там не только твари, но и Кеша.

— Попугай? — Митрич вздёрнул брови.

— Почти. Только размером с лошадь, — я открыл наружную дверь и вышел на улицу. — Не выходи!

Питомца не было на месте, я свистнул. Спустя неполную минуту, над головой пронеслась огромная тень, захлопали мощные крылья, поднимая целые тучи пыли.

— КРА! — пет приземлился рядом, тут же начав пританцовывать на задних лапах. Пернатая голова при этом, находилась на высоте больше трёх метров.

ПироГриф Уровень 58

Условно — Агрессивная Социализация

— Да ты настоящий монстр! — восхитился я. — И где качаться успеваешь?

— КРА!

— Господь всемогущий! — донеслось из открытой двери. — Да как же это? Разве бывает?

Кеша отреагировал мгновенно. Это я для него кормилец, и кто-то вроде родителя, а вкусно пахнущий двуногий, что прячется в пещере, всего лишь небольшая закуска. Поэтому он метнулся к двери с целью выцарапать его как кильку из консервной банки.

— Стоять! — пет остановился, и повернул ко мне голову, во взгляде читалось недоумение. — Это ни еда, это друг! — я старательно рисовал мысленные образы: себя, Митрича и самого Кешу — мир, спорт, жвачка.

Судя по взгляду, до пета не доходило, и я решил не продолжать.

— Митрич, спрячься подальше и голоса не подавай!

Он, в общем-то, и так помалкивал. А я, чтоб заполнить паузу, скинул на траву всех собранных крысоваров, решив позднее добавить несколько тушек кур. Кеша тут же забыл про двуногого в пещере.

— Друг! — на всякий случай сказал я и вернулся в дот.

Бывший бомж увлечённо копался в куче драного шмота и косился на выход. Я ухмыльнулся и проговорил:

— Винтовка в другом углу, — надо было его отвлечь, слишком много потрясений для старика. — Патронов валом, окна для стрельбы есть.

Митрич бросил неблагодарное дело и, озираясь по сторонам, заковылял в сторону оружия. Защёлкали механизмы, старик что-то одобрительно пробормотал, я не стал торопить, к тому же он нашёл цинк с патронами и выглядел как счастливый подросток.

— Чудная какая… Эх, руки уже не те, подрагивают.

— Я уже говорил, это пройдёт. Поднимай уровни, до двадцатого несложно… Перед тем как раскидывать характеристики, хорошенько подумай, чего ты хочешь добиться, но развиваться нужно гармонично.

— Ты, наверно, не понимаешь, как это всё тяжко, — неожиданно выпалил Митрич. — Качаться, характеристики, ещё какой-то крафт, я давно не пацан, долго доходит, тяжело соображаю, а туда, — он ткнул пальцем в сторону давно закрытого портала. — Не хочу. По горло бомжатской житухой насытился. Внуки, когда проходили, даже в мою сторону не смотрели, а сейчас я для них совсем никто, — старик устало вздохнул и уселся на цинк.

— Никто тебя не торопит и не гонит. Так… — я подошёл к куче литературы, выбрал несколько книжек. — Вот светляк, как свободным опытом разживёшься, обязательно изучи. Это щиты, их после. А вот это, — я скинул на пол баулы с носками. — Чтобы ты не скучал и заодно опыт зарабатывал, — старик с интересом посмотрел на сумки, затем перевёл взгляд на меня.

— Одного меня оставляешь?

— Ненадолго, завтра вернусь… И не ухожу, пока, — вспомнил, что нужно сделать спуск в мастерскую и спортзал.

Выгрузил бутыли с водой, консервированную пищу, затем объяснил старику, что такое крафт. Он при мне улучшил две пары обывательских носков, на этом тёмная материя закончилась. Я нашёл в запасах несколько колец с интеллектом и скоростью восстановления, положил перед ним горсть таких же эликсиров. Потом вспомнил про накопитель, дал самую мелкую на десять тысяч, на первое время хватит. Затем наказал качнуть следующий уровень, опыта с убийств тварей должно было хватить, и закинуть по два очка в выносливость и силу, чтоб поуверенней себя чувствовал.

— Всё, старый, зарабатывай. Остальные характеристики распределяй по уму или лучше спроси.

Тот пробухтел что-то про старого жеребца и с интересом взялся за носки.

Я же, пошёл творить свою магию — фортификация. Провозился несколько часов, но результат того стоил, теперь в мастерскую, а следом и в спортзал, вела узкая каменная лестница, вдвоём никак не разойдёшься, этого и не надо.