Глава 8

— Хочешь сказать, что ничего не получилось? — нахмурился Эйгар, глядя на стоявшего с виноватым видом жреца.

— Мой шайраддан, ее кровь спит. Семь дней не тот срок, за который можно пробудить память крови. Нужно время…

— Нет у нас времени! — почти зарычал шайраддан. — Ты же знаешь, что Тэрдрик только и ждет, как бы вызвать меня и смешать с золой, которой полны его горы. Он просит разрешения прибыть в Фьеррадан, чтобы засвидетельствовать почтение моей шайранне, как он пишет. Но я-то знаю, что его почтению цена четверть дохлого ягненка, а движет им лишь любопытство и желание найти ту брешь, через которую он сможет на меня повлиять! И этим слабым местом может оказаться как раз Риона!

— Но девушка…

— Если Риона не понесет в ближайшее время, Тэрдрик объединится с другими шайрами. Сейчас их останавливает только личная неприязнь к нему. Они не хотят подчиняться этой ящерице! — Эйгар раздраженно потер ногу. Кожа, несмотря на использованные мази жреца, все еще ныла. — Скажи мне правду, Белхрай, сможешь ли ты пробудить в Рионе снежную драконицу в ближайшее время?

— Нет, мой шайраддан, — прошелестел жрец и убито опустил голову. Морщины на его лице обозначились еще четче.

— Значит, остался один выход. Если Драконья Жрица подсказала, как снежным продолжить свой род, поможет и с Рионой.

— Но она снова потребует плату. Вы уже расстались с одним из своих сокровищ.

— Нет. Она лишь сказала, что нам поможет потомок феникса и снежного дракона, теперь пусть расскажет, как заставить этого потомка выполнить свою роль, — проворчал Эйгар, вставая.

— Вы отправитесь прямо сейчас? — Белхрай округлил бесцветные глаза.

— Именно.

— Но, мой шайраддан, вы же не до конца поправились.

Эйгар лишь отмахнулся.

— Я вернусь сегодня к вечеру. Задерживаться у Жрицы я не собираюсь.

— Вот только она может решить иначе, — задумчиво пробормотал Белхрай вслед своему шайраддану, но тот уже не услышал.

Эйгар вышел от Белхрая и отправился к северной башне, на плоской крыше которой был удобная площадка. Но не успел он ступить и десятка шагов, как к нему, откуда ни возьмись, выскочила Селлия.

— Мой шайраддан, — выдохнула она, склоняя голову. — Приветствую вас и надеюсь, что сегодня вы разделите с нами обеденную трапезу.

— Нет, Селлия, завтра возможно, но сегодня точно нет, — Эйгар попытался обойти девушку, но она ловко сделала шаг, и шайраддан снова оказался стоящим с ней лицом к лицу.

Эйгар почувствовал, как закипает в нем раздражение.

— Что-то еще? — недовольно спросил он. На хорошеньком личике драконицы застыло испуганное выражение, и она уставилась на Эйгара полными страха глазами. — Я тороплюсь, — добавил Эйгар чуть мягче.

— Я всего лишь хотела спросить у вас, мой шайраддан, как нам быть с вашей шайранной, — пролепетала она, опуская глаза.

Эйгара раздражала эта ее привычка. Риона никогда не прятала от него взгляд от страха.

— А что с ней?

— Она ленива, мой шайраддан. Все дни сидит в своей комнате и совершенно равнодушна к занятиям, к которым мы пытаемся ее склонить.

— Вот как, — Эйгар задумчиво потер подбородок рукой. — И что же это за занятия?

— Вышивание, рисование, музицирование. Но шайранна Риона не желает… — Селлия замялась, подбирая слово, — знаться с нами. Все свободное время она проводит со своей служанкой или с ее матерью, швеей. Или в конюшне. Только представьте себе: шайранна и в конюшне! Среди этих грубых животных и неприятных запахов. А один из дней шайранна Риона провела на кухне, мой шайраддан.

— Зачем? — Эйгару вдруг действительно стало интересно. Уж не отравить ли его она попытается, подбросив в еду какую-нибудь дрянь?

— Это мне неизвестно. Но она пробыла там всю вторую половину дня. И если мне позволено будет сказать…

— Продолжай, — кивнул Эйгар.

— Я бы тщательно следила за тем, какие знакомства заводит шайранна. Ведь если к нам пожалуют гости из других шайров, — Селлия особенно выделила «других», — а на конюшне их встретит сама шайранна… — драконица сделала выразительную паузу. — Я беспокоюсь исключительно о благополучии нашего шайра.

— Я понял тебя, Селлия. И разберусь с этим позже, — кивнул Эйгар. Если все действительно обстоит так, как говорит Селлия, а сомневаться в ее словах у Эйгара не было причин, придется объяснить Рионе правила поведения настоящей шайранны.

— Рада служить вам, мой шайраддан, — девушка снова склонила светловолосую голову, тщательно пряча довольную улыбку.

Пока Эйгар поднимался по лестнице, с его лица не сходило задумчивое выражение. Он поговорит с Рионой и выяснит, почему обществу высокородных дракониц она предпочитает общество швей и служанок. Селлия права — один неверный шаг, и шайр снежных снова окажется под угрозой. Риона должна вести себя безупречно, как и подобает шайранне.

Толкнув дверь и выйдя на круглую площадку башни, шайраддан чуть прищурился. Солнце в этой части Аллирии всегда стояло низко, не согревая своими лучами эти края. Эйгар частенько любил подниматься на площадку башни ночью и любоваться северным сиянием, яркие сполохи которого часто рождали эти холодные земли. Его земли. И Тэрдрику, будь он тысячу раз неладен, не удастся отнять у него их.

Мрачно усмехнувшись, Эйгар позволил своей драконьей части затопить сознание и, обернувшись огромным ящером, полетел в сторону холодного солнечного шара. Путь предстоял неблизкий.

Иларна, Великая Драконья Жрица, обитала вдали от драконьих шайров и никогда не вмешивалась в распри между шайрадданами. Она жила в Красных Горах и принадлежала к роду огненных драконов. Иларна совершала церемонии брака, проводила обряды похорон, могла дать совет или вылечить от тяжелой болезни. В двух последних случаях было одно «но» — ее услуги стоили дорого. Предыдущая ее услуга стоила Эйгару чистейшего алмаза размером с его кулак, но он не жалел.

Когда впереди показались пики Красных Гор, а затем и сам замок, сложенный из камней цвета крови, над центральной башней вдруг взвился стяг с изображением снежного дракона. Он трепыхался на ветру, приветствуя Эйгара. К Иларне невозможно было явиться тайно. Эйгар, сделав над замком круг, опустился на удобную площадку перед главными воротами. Когда он принял человеческий облик, ворота распахнулись, приглашая его войти.

Шайраддан знал, куда идти и двигался быстро. Когда он вошел в зал для приемов, к нему метнулась хорошенькая служанка.

— Шайраддан Эйгар, Великая Драконья Жрица Иларна рада принять вас в своем скромном жилище. — Эйгар бросил взгляд на обшитые красным бархатом стенные панели, резные кушетки красного дерева, на украшенные драгоценностями кубки, что выстроились на каминной полке. Жилище Жрицы можно было назвать каким угодно, но только не скромным. Служанка же продолжала: — Жрица Иларна сейчас выйдет к вам. А пока можете подождать ее в этом зале и отдохнуть от долгого полета.

Служанка предложила Эйгару кубок с вином, он охотно согласился. У Жрицы было вино на вкус любого из шайрадданов. Довольно предусмотрительно. Эйгар только устроился в мягком кресле, пригубил вина и уже приготовился к долгому ожиданию, как двойные двери, ведущие куда-то во внутренние помещения замка, распахнулись, и в зал неторопливо вошла Жрица.

Эйгар в который раз подивился ее красоте и молодости. А ведь говорили, что она одна из первых огненных дракониц и живет уже несколько сотен зим благодаря древней магии. Но по приближавшейся к нему девушке этого никак нельзя было сказать: стройная, с аппетитными изгибами и формами, сливочно-белой кожей, черными волосами, в которых не было и намека на седые пряди, и почти черными глазами с красными искрами в глубине — она выглядела ровесницей Флавианы. Кроваво-красное платье из струящейся ткани будто перетекало по стройному телу при каждом шаге Жрицы.

— Шайраддан Эйгар, — чувственно-маняще улыбнулась Иларна. Мелькнули похожие на белые жемчужины зубы. — Чем обязана столь великой чести?

Эйгар поднялся и прикоснулся губами к протянутой для поцелуя руке.

— Мне нужны ответы, Жрица.

— Но знание дорого стоит, шайраддан, — снова улыбнулась она, устраиваясь в кресле напротив.

— В прошлый раз оплата была весомой, — хмыкнул Эйгар, сделав в глоток холодного вина.

— Но ведь вы пришли за новыми ответами, не так ли? — Иларна выгнула соболиную бровь, хитро посматривая на Эйгара. — Новые ответы — новые траты.

— Это касается напрямую предыдущей моей просьбы.

— Значит, слухи правдивы, шайраддан Эйгар, — ленивым голосом с чувственной хрипотцой произнесла Верховная Жрица. — Ваши поиски увенчались успехом.

— Как посмотреть, — уклончиво ответил Эйгар.

— Я вся внимание. Если в моих силах помочь вашему шайру и лично вам, я это сделаю.

— Как вы и говорили, я обнаружил девушку-полукровку в мире людей. Но дело в том, что она… Ее кровь не желает пробуждаться, — Эйгар нахмурился.

— Пробуждаться? — непонимающе переспросила Иларна. — Говорите яснее, шайраддан, ведь мы с вами знаем друг друга ни одну сотню зим.

Эйгар задумчиво повертел кубок в длинных пальцах, глядя, как прозрачное вино в нем оставляет разводы на стенках.

— Девушка не выносит моих прикосновений. Они могут убить ее. Уже чуть не убили.

— Вот как! И что же вы хотите от меня, шайраддан? Я не могу заставить девушку влюбиться в вас. Это не в моих силах. Если бы такое зелье существовало… — Жрица резко замолчала. — Настоящая любовь неподвластна никаким зельям. Я могу смешать эликсир, что разбудит вожделение, вызовет болезнь, призовет сон, затуманит сознание, но суть любви слишком сложна, чтобы ее можно было выделить в эликсир. Боюсь, что вам придется обойтись своими силами с вашей шайранной.

— Мне не нужна ее любовь. Мне нужно ее тело. И это тело должно выносить наследницу шайра. Вы же знаете, что первой у снежных всегда рождается драконица.

— Это мне известно, — кивнула жрица. — Но кровь полукровки должна пробудиться сама. Белхрай пытался обучить ее? Заставить услышать зов снега?

— Семь дней потрачены впустую, Жрица. Я больше не могу ждать. — Эйгар не стал говорить, что иначе он не сможет сдержаться и его вспыльчивость действительно убьет девушку. Особенно если Риона будет продолжать нападать на него. — Необходимо, чтобы девушка понесла. А ее кровь рано или поздно отзовется.

Иларна побарабанила ноготками по мягкому подлокотнику кресла. Жрица о чем-то глубоко задумалась. Белый лоб прорезала маленькая морщинка.

— Думаю, что смогу помочь вам, шайраддан, — наконец кивнула она. — Следуйте за мной.

Иларна легко поднялась и, покачивая бедрами, двинулась к двери, которая была спрятана в одной из ниш около огромного камина. За дверью обнаружился темный коридор, но как только Жрица стала продвигаться вперед, факелы перед ней начали вспыхивать. Эйгар чуть поморщился. Он ненавидел огонь и все, что с ним связано. И если бы не острая необходимость, обошелся бы без услуг Драконьей Жрицы. Не удержавшись, он дохнул на один из факелов и тот, зашипев, погас. Эйгар мрачно улыбнулся.

Жрица толкнула дверь в конце коридора, и Эйгар ступил в темную комнату, где пахло свечным воском и какими-то травами. Иларна хлопнула в ладоши, и помещение озарилось светом множества свечей. Пламя их изогнулось, будто приветствуя Жрицу.

Эйгар осмотрелся. На многочисленных полках выстроились в ряд флаконы с разноцветными зельями, на стенах висели пучки трав, а массивный стол был завален свитками и древними фолиантами. В зеркале в старинной золотой оправе отражался сам шайраддан и Жрица.

Иларна подошла к одной из полок и, на секунду задумавшись, взяла два флакона. Повернувшись к Эйгару, протянула ему их.

— Эти эликсиры помогут вашему щайру.

— И что мне с ними делать? — спросил Эйгар, принимая пузырьки. Они оказались чуть теплыми, как и пальцы Жрицы, которые она положила поверх пальцев Эйгара. От Иларны исходил удушливо-сладкий запах каких-то благовоний. Если от кожи Рионы едва уловимо пахло медом, то Иларна распространяла вокруг себя приторный аромат, от которого у Эйгара разъедало ноздри.

— Вот этот эликсир, — Жрица провела ногтем по склянке с жидкостью багрового цвета внутри, — выпьете сами. Он пробудит ваше влечение и укрепит семя. А содержимое этого флакона, — пальчик коснулся пузырька с лиловым зельем, — подмешайте в еду или вино вашей шайранне. Эликсир начнет действовать через час. На протяжении нескольких часов после девушка сможет вынести любое ваше прикосновение. Я уверена, этого времени вполне хватит, чтобы решить проблему вашего шайра. Но запомните: эликсиры действуют только в связке. Чтобы все получилось, их необходимо выпить обоим.

— А плата? — спросил Эйгар, сжимая в кулаке заветные флаконы и чувствуя, как громко бьется сердце.

— Как вы и сказали, это касается вашей предыдущей просьбы. Я лишь полностью выполнила услугу, за которую уже получила оплату, — улыбнулась Жрица, крепче сжимая руки Эйгара.

— Благодарю вас, жрица. Двери моего замка всегда открыты для вас, — учтиво ответил Эйгар, поднося к губам руку Жрицы.

— Если вы устали с дороги, можете присоединиться ко мне за ужином и остаться до восхода. Эликсиры не испортятся и не испарятся. А ожидание желаемого лишь сделает его осуществление слаще.

Эйгар чуть улыбнулся.

— Я благодарен за оказанную честь, но дела шайра требуют моего присутствия, Жрица, — твердо произнес он.

— Иларна. Зовите меня Иларна, Эйгар, — томно выдохнула она имя шайраддана, бросая на него взгляд из-под длинных ресниц. Красные искорки в глубине черных глаз ярко сверкали.

Эйгар учтиво склонил голову.

— Вы всегда желанная гостья в Фьеррадане, Иларна.

— Не сомневаюсь.

— Когда моя шайранна понесет, вы окажете честь снежным драконам и прибудете на праздник?

— Когда ваша шайранна понесет, дайте мне знать.

— Непременно.

— А если ваша шайранна будет вам докучать, прилетайте снова, мы найдем решение.

— Надеюсь, что такого не произойдет, — едва улыбнулся Эйгар.

Шайраддан скрылся за дверью, а спустя какое-то время снежный дракон белым сполохом прочертил вечернее небо, улетая к себе в замок. Иларна, наблюдавшая за его полетом через стрельчатое окно комнаты, крепко сжала руки в кулаки. Она не думала, что Эйгар окажется таким упертым. Он нашел девчонку. Поразительно. Нашел ее в мире людей.

Давая Эйгару совет относительно полукровки, Жрица даже не знала, жива ли девчонка. Да, Иларна провела ритуал, взывая к богам, но огонь, в который она смотрела, надеясь увидеть полукровку, замерз. Как толковать это послание богов, Жрица не знала, но она не могла выказать свое незнание, иначе это подорвало бы ее репутацию всеведающей драконицы. Эйгару она сказала, что девчонка в мире людей, надеясь, что шайраддан никогда ее там не отыщет, хотя Иларна была уверена, что полукровка мертва. Иначе почему пламя стало ледяным? Но Эйгар снова удивил Жрицу. Он в очередной раз доказал, что полон решимости не дать шайру снежных угаснуть.

Да, Жрица очень жалела, что нет любовного эликсира, способного привязать Эйгара к ней навеки. Тогда они бы правили Аллирией вместе. Драконья Жрица и сильнейший из шайрадданов. Чем не пара? В Эйгаре столько силы, что Жрицу просто зачаровывала аура исходящего от него величия. Но Эйгар просто помешался на своем шайре. Его ни за что не устроит огненная драконица, особенно теперь, когда нашлась полукровка, Огненный Демон ее возьми!

Иларна все смотрела и смотрела вслед Эйгару. Когда дракон скрылся за облаками, Жрица резким движением руки смахнула с ближайшей полки все флаконы. Пузырьки с разноцветным содержимым ярким веером посыпались на каменный пол. Пестрые капли эликсиров вперемешку со стеклом разлетелись в разные стороны.

Посмотрев на эти следы собственной несдержанности, она задумчиво покачала головой, а потом улыбнулась. Вот только ее улыбка больше напоминала оскал.