6

Эйфория от победы в конкурсе с криворалом кружила голову, как крепкий напиток. Я стояла, всё ещё тяжело дыша, и сжимала в руке свою новую мотыгу, которая отзывалась тёплой, едва заметной вибрацией. Казалось, весь мир у моих ног, и следующие конкурсы фигня, раз плюнуть!

— Ну что, отдышалась? — Фенька ткнула меня мокрым носом в ладонь. — Не зазнавайся, мешок с костями. «Битва урожая» — это тебе не ровные линии пахать. Тут тебя и кусать будут, и обжигать.

— Да ладно, ерунда какая, — махнула я рукой, чувствуя прилив самоуверенности. — Что там может быть сложного в сборе урожая?

— А вот ты сейчас и узнаешь, — проблеяла коза и повела меня к другой площадке, огороженной невысоким плетёным заборчиком.

Внутри располагались делянки, засаженные самыми необычными растениями, которые я когда-либо видела. Они напоминали небольшие перцы, но были ярко-оранжевого цвета и будто светились изнутри, испуская лёгкое тепло. Это и были огневики. И они… шевелились. Созревшие плоды дёргались на стеблях, а когда к ним подходили участники, отползали в сторону, словно живые существа.

— Уважаемые участники! — объявила женщина-судья с огненно-рыжими волосами, одетая в защитный фартук с нашивками в виде языков пламени. — Ваша задача — собрать за отведённое время как можно больше зрелых огневиков в корзину! Помните: они горячие, капризные и не любят грубого обращения! Сорвёте незрелый — штрафное очко! Испугаетесь — останетесь без урожая! Начали!

Я схватила свою плетёную корзину и уверенно шагнула на делянку. И сразу же пожалела об этой самоуверенности. Огневик, к которому я протянула руку, дёрнулся и лёгким, но ощутимым язычком пламени лизнул меня по пальцам. По коже пробежало жжение, будто я дотронулась до раскалённой ручки сковороды.

— Ай! Зараза! — я дёрнула руку назад.

— Не груби им! — крикнула мне через плетень Фенька. — Они же всё чувствуют! Расслабься! Представь, что гладишь ёжика!

Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в пальцах. Вокруг меня другие участники уже вовсю орудовали. Гномы, не обращая внимания на лёгкие ожоги, ловко хватали огневики и швыряли их в корзины. Эльфы что-то напевали растениям, и те послушно сами падали им в подставленные лукошки. А я стояла как идиотка и боялась протянуть руку.

— Да соберись ты уже, тряпка! — завопила Фенька. — Они уже полкорзины набрали, а у тебя ветер свистит!

Стиснув зубы, я снова протянула руку, на этот раз медленно и плавно, без резких движений. Я смотрела на огневик, пытаясь мысленно передать ему, что я не враг. Пальцы коснулись гладкой, тёплой кожицы. Огневик дёрнулся и слегка обжёг кожу, словно предупреждая. Я аккуратно сжала его и сорвала. Положила в корзину. Получилось!

Воодушевлённая, я двинулась дальше. Но процесс всё равно шёл черепашьими темпами. Пока я уговаривала один плод, другие участники собирали по три. Я пыталась ускориться, но стоило мне сделать резкое движение, как огневик тут же отвечал болезненным языком пламени. Мои пальцы горели, потел не только лоб, но и вся спина от постоянного напряжения. Я мысленно ругала себя за тупую гордость после прошлого конкурса. Здесь нужна была не сила воли, а какая-то особая, хитрая ловкость, которой у меня не было.

— Времени осталось пять минут! — прокричала судья.

Я лихорадочно оглядела свою делянку. Корзина была заполнена едва наполовину. Рывком я сорвала ещё один плод, получив за это солидный ожог, от которого на коже выступило красное пятно. Потом ещё один. Я работала на чистом упрямстве, уже не надеясь на победу, а просто не желая сдаваться и остаться с пустой корзиной.

— Стоп! Конкурс окончен! — раздался голос судьи.

Я опустила руки, тяжело дыша. Мои пальцы горели огнём, а в корзине лежало скромное, по сравнению с другими, количество огневиков. Я видела, как гном-победитель с довольным видом демонстрировал свою переполненную корзину, а эльф, занявший второе место, грациозно раскланивался перед зрителями.

— Третье место — Алёна, «Серебряный Ручей»! — объявила судья.

Третье. Не первое. Даже не второе. Внутри всё екнуло от досады. Я проиграла. По-настоящему проиграла.

— Ну, хоть не последняя, — подбежала ко мне Фенька, одобрительно похлопывая меня по ноге хвостом. — Видала, как эти коротышки орудуют? У них, наверное, кожа из железа. А ты молодец, продержалась.

Мне вручили приз — несколько небольших холщовых мешочков. Я развязала один. Внутри лежали обычные, ничем не примечательные семена моркови. В другом — семена репчатого лука. Никакой магии, ничего необычного. Просто семена. Стандартный набор для начинающего огородника. После самокопной мотыги это выглядело… жалко.

Я старалась не показывать разочарования, просто кивнула и отошла в сторонку, чувствуя, как на глаза наворачиваются предательские слёзы. Глупо, конечно. Но так хотелось снова победить.

Ко мне подошёл гном-победитель. Он был невысок, но широк в плечах, с окладистой рыжей бородой и умными, добрыми глазами.

— Не вешай нос, деваха, — хрипловато сказал он. — Для первой попытки — очень даже ничего. Огневики — они не для нежных ручек. Вот у меня, — он показал свои ладони, покрытые старыми шрамами, — вся жизнь в этих отметинах.

— Поздравляю с победой, — с трудом выдавила я.

— Ага, спасибо, — он ухмыльнулся. — Приз у меня хороший. Очень. Семена золотой пшеницы. Из неё, знаешь, самый вкусный хлеб получается, ароматный, с хрустящей корочкой. На весь Озёрный Край знаменита.

Он достал из-за пояса маленький, тщательно завёрнутый шёлковый мешочек и развязал его. Внутри лежало с десяток зёрен, но каких! Они действительно были золотыми, и казалось, светились изнутри мягким, солнечным светом.

— Красивые, — прошептала я, заворожённо глядя на них.

— И дорогие, — кивнул гном. — Штука капризная, растёт не везде, требует ласки да ухода. Но если приручишь… — он многозначительно замолчал, а потом неожиданно протянул мне мешочек. — На.

Я смотрела то на него, то на зёрна, не понимая.

— Я… я не могу. Это же ваш приз.

— Мой, потому и могу делать с ним всё что хочу, — рассмеялся гном. — Меня Бормик зовут. У меня своя ферма, «Каменный Холм», и своё поле золотой пшеницы уже есть. А тебе, я смотрю, стартовать надо. Возьми. Посади. Урожай соберёшь — семена не продавай, оставь себе и снова посади. Лет через пять, если всё правильно сделаешь, своё поле будет. Считай, инвестиция в будущего коллегу.

Я нерешительно взяла драгоценный мешочек. Он был тёплым на ощупь.

— Я… я не знаю, что сказать… Спасибо вам огромное, Бормик.

— Да брось, — он махнул рукой. — Мы, фермеры, должны держаться вместе. Удачи тебе, Алёна. Слышал, ты в «Гонке» Барнира сделала. Респект!

Он кивнул мне и, насвистывая, пошёл прочь, оставив меня стоять с простыми семенами в одной руке и с бесценным даром — в другой.

— Вот это поворот, — крутилась рядом Фенька, заглядывая в мешочек с золотыми зёрнами. — Старый Бормик редко кого жалует. Видно, ты ему приглянулась. Ну что, ещё два конкурса осталось!

Я пересыпала зёрна в ладони. Они лежали там, тяжёлые, тёплые, полные обещания будущего изобилия. Проигрыш в «Битве урожая» уже не казался таким горьким. Да, я не выиграла. Но я получила нечто гораздо большее — и семена, и… возможно, первого друга в этом мире.