Глава 10

— Никто не посмеет их тронуть здесь, пока мы все еще в землях сумрачных эльфов.

— Да, но это твои воины… — протянула я. И вдруг вспомнила одно печальное заклинание…

— Скорей, посвети мне! — потребовала я, даже забыв что обращаюсь к королю и снова раскрыла книгу, полистав ее.

— Виктория, я тебе не свеча. Ты думаешь, что можешь мне приказывать? — в голосе послышался холод.

— Почему ты такой упрямый, а? Я ведь хочу сделать доброе дело для твоих людей!

— Они умерли с большой честью, защищая своего короля. Мне кажется, этого более, чем достаточно.

Я кинула на него укоризненный взгляд исподлобья и, сжавшись, уставилась в книгу чуть ли не уткнувшись в нее носом. Сверкнула молния, и на секунду осветила старые страницы, но я не успела прочесть. Хотелось взвыть. Но вдруг над головой появился огонек.

Я подняла глаза и увидела как надо мной стоит Тео с поднятой рукой.

— Ты зря тратишь время и мою магию, засматриваясь на меня, — проговорил ровно эльф, опустив на меня глаза.

Я вспыхнула. Чего он там себе придумал⁈

— Я не…

— Делай что хотела или поедем сейчас же. — перебил меня король.

Ладно, придушить я его всегда успею! Я быстро полистала страницы и наконец нашла.

Раскрыв книгу, я повернулась к воинам и стала петь песнь упокоения.

Я не знала правильного мотива, но на мое пение никто не жаловался, так что… А песня была такая:

Жизнь коротка, и в ней сделали вы много хорошего и дурного

Но мы не станем об этом помнить

И пожелаем вам доброй дороги в последний путь отправляя с вами

Наши молитвы и эту прощальную песнь

Пусть белые крылья вас защитят от последнего падения

А впереди забрезжит свет и вечная жизнь, что ждет

Наступит для вас, с миром покойтесь.

Я начала петь, и воины, оставшиеся в живых, подхватили мое пение как могли. И я с удивлением увидела, как над телами вверх поднимались едва заметные птицы и растворялись в воздухе. Я подошла к пропасти увидев едва заметное свечение. Оттуда вылетела сияющая пташка и растворилась во тьме, немного задержавшись передо мной.

Я обернулась, меня переполняло странное чувство облегчения и радости. Я была уверена, что воины короля уже не смотрят на меня как на ужасающую кицунэ или глупую девку.

Я поняла, что когда пелась песнь не звучал только один голос.

Я перевела взгляд на короля…

… и едва не отшатнулась к пропасти! Но вовремя вспомнила, чем мне это грозит. На меня смотрел настолько ледяной взгляд, что он мог бы заморозить в мгновение, если бы мог.

— Зачем ты ее спела? — спросил он.

Я заметила что воины поспешили к своим лошадям, боясь попасться видимо под горячую. то есть холодную руку своего предводителя.

— Я… Просто хотела…

Сверкнула снова молния. Его лицо казалось еще более бледным чем обычно. Меня даже это напугало.

— В последний раз ее слышали на похоронах одной эльфийки. После этого она была запрещена в королевстве сумрачных эльфов. — я удивилась, что он объяснил.

— Почему? Кто ее запретил?..

— Я. — как может быть слово таким тяжелым, состоящим всего из одного звука. — И однажды… Когда ее попытались спеть… Этот человек лишился жизни на месте. — он продолжал пристально смотреть на меня.

— Но почему? — я попятилась и услышала как посыпались камни у меня под каблуками. Меня окатило холодной волной. Если я упаду… Мне никто не споет этой песни…

В этот раз Тео не пытался меня спасти и погасил огонь в руке Затем надел перчатку на руку и скомандовал:

— К лошадям!

Сжав книгу в руке, словно на иголках, растерянная и напуганная, я направилась к последней свободной лошади, но Тео меня остановил:

— Собираешься ехать сама? — разумеется не глядя на меня.

— Я с десяти лет на лошадях. — ответила ровно я.

— Это совершенно ни о чем не говорит, — запрыгнул он на свою.

— Это говорит о том, что я умею ездить на лошади, — огрызнулась я, впрочем, робко.

— Если отстанешь, я не буду за тобой возвращаться и замедлять ход. Это понятно?

— Прекрасно, — я погладила лошадь по спине

Смотри, сам не отстань от меня!

Сходу было сложно запрыгнуть как Тео, лошадь захрапела, поэтому я сделала еще одну попытку. Мне было досадно, что не вышло сразу, однако я все же забралась в седло, как бы там ни было, и взялась за поводья, пропустив их через кулаки. Книгу пришлось отдать на хранение одному из воинов, так как на моей лошади не было никаких мешков для поклажи, а в платье не было карманов.

— Вперед! — бросил Тео, его лошадь сразу тронулась, за ней двинулись воины, я натянула поводья и пришпорила коня шенкелем.

По небу прошлись всполохи молнии, осветив еще раз жуткое место побоища, и лошадь понеслась вперед.

Этот короткий разговор расколол вдруг внезапно возникший между нами лед. Но я не забыла о том, как смотрел на меня король несколько минут назад и вообще всего того, что произошло в этот злосчастный день. Все, чего я хотела — это поскорее слезть с лошади и забраться в теплую кровать, а потом снова расплакаться. Но мои мечты откладывались на неопределенный срок и сейчас приходилось держать себя в руках, насколько это вообще возможно в такой ситуации…