Глава 28

– Еще попробуй! Ну, сосредоточься и попробуй!

Так и тянуло прихлопнуть настырную бабочку, достающую меня уже минут десять, а то и двадцать! Но я сдерживалась, из-за романтичных воспоминаний и надежды на вкусный завтрак.

– Давай я тебя снова разозлю? – еще более настырный дракон те же минут десять предлагал различные варианты вдохновения, чтобы помочь мне опять узреть то самое кольцо.

Только, как назло, вновь воспылать до нужной стадии ревности у меня не получалось. Разозлить меня эта парочка умудрилась уже не раз, а вот нужный им изумруд больше не появлялся.

«Вид был сверху», «Точно, памятник!», «Морда коня вроде мелькнула», – тоже уже не в первый раз мы с драконом пытались вспомнить все, что успели заметить в шаре.

– Воды рядом не было, так что не Аничков мост, – уверенно вычеркнула я одно из самых известных питерских конных достояний. – Сделай мне чаю, пожалуйста, – переключила я Крона на более полезное занятие, чем мельтешение вокруг меня. – А ты просто заткнись, – ровным спокойным тоном выдала я Лиру. – Не надо меня злить…

– Вдруг поможет?! – Рыжий, ничуть не обидевшись, подмигнул мне, потом покосился на фея и хмыкнул: – Да ладно! Не делай вид, что ревнуешь…

– Валентина – моя жена!

Вот вроде правильная фраза, и сказано кратко и четко, как кулаком по столу. Только все равно такое чувство, что там не только прямой, но еще несколько слоев косвенного смысла припрятано. Этакое слоеное тесто.

– Совсем спятил, – угрюмо буркнул Лирмартэс, сразу перестав мне улыбаться.

Да очень надо! К цвету кожи я еще более-менее лояльна, но чешуя на плечах выглядела слишком непривычно, так что из кандидатов в любовники удаляем. А за буквально осязаемое сочувствие в глазах вообще следовало пнуть или стукнуть.

Между прочим, я в жены к Крону не напрашивалась! Это его что-то вдохновило, когда он в ноуте торчал. Кстати, о ноутах. Сейчас полюбуемся на памятники сверху, гугл нам в помощь.

Сражалась я долго, больше чем полчаса – точно. Не отвлекаясь от серфинга, выпила аккуратно подсунутую мне кружку чая, закусила неизвестно откуда возникшим бутербродом… то есть известно откуда, конечно.

– Короче, Медного всадника вычеркиваем? Он же все время на виду, золотое кольцо там точно бы заметили?

– Не факт, кольцо по смещению магически-временных пластов засекли, значит, оно здесь совсем недавно, – блеснул умными словами Крон. – Его же из нашего прошлого к вам в безвременье зашвырнули. Тут если сам крадешься, споткнулся – и пара столетий мимо. А когда летишь, то и пара десятков за секунду просвистят. – Судя по мрачному лицу фея, подобные путешествия проходили у него под категорией «кошмары».

– Ладно. – У меня тоже глаз начинал подергиваться, едва пыталась представить, каково это – перелететь через тысячелетия, когда все близкие уже умерли. – Что там у нас еще? Памятник Николаю Первому тоже не подходит, там на голове ровнее все было. Памятник Петру на Садовой тоже головой не вышел… Или Александр Невский, или Николай Третий, – бубнила я, перепрыгивая из одного окна браузера в другое, пытаясь представить, какой был бы вид, окажись я на куполообразном шлеме Александра или на плоской шапке Николая. – Но так коня не видно, – признала наконец, устало откидываясь на спинку стула. – И с Николая кольцо птицы сразу бы унесли…

– А по-моему, как раз вот он и был. – Когда я очередной раз прыгала между окон, Лир ткнул пальцем в «медный» памятник Петру Первому. – И коня видно, и скатиться вниз сложно, если зацепился удачно, и птицы не сопрут.

– Могу слетать посмотреть, – оживился Крон и тут же недовольно нахохлился: – Но трогать не стану. Мало ли из чего там ваша медь… а мне потом ожоги лечить, если с концами не убьюсь.

Я растерянно похлопала глазами, пытаясь понять, откуда выпрыгнуло такое условие. Плохо то, что вообще-то на дворе была ночь, и мне очень хотелось спать, а не вспоминать, как медь может навредить моему крылатому гадству.

– Железо для фей смертельно, – чуть оттопырив нижнюю губу, пояснил Крон.

Наверное, очередной раз разочаровался, убедившись в моем фантастическом невежестве относительно фэнтезийных тварей.

Точно! Поэтому корпус ноута пластмассовый…

– А ключи?! – вспомнила я.

– Они не железные, а из латуни! – судя по интонации, такой откровенной химическо-металлической безграмотности даже от меня не ожидалось.

Зато мне было чем отбрить эту высокомерную язву:

– Значит, и медь с бронзой тебе не страшны. Нет в них железа. А вот дожди… – Я взглянула за окно. И так темная темень словно стала еще темнее, несмотря на тускловато мерцающий свет фонарей. Это тучи скрыли звезды. В марте сложно угадать, что именно посыплется на тебя с неба – град, снег или дождь. Но если где-то та-а-ам, на голове Медного всадника, притаилось золотое колечко, вполне вероятно, что его смоет, скинет вниз и, возможно, изумрудинку посетит северный лисе́ц.

– Ну что, полетели народ пугать? – Лир, стремительно подскочив, чуть не уронил табурет и ломанулся к входной двери.

– Так и поскачешь по всему городу, босиком и в шелковых шароварах? – с ехидством поинтересовалась я, заодно наблюдая, как мой фей с каменным выражением лица надевает ботинки и накидывает на себя плащ. На дракона-то он налетел еще в верхней одежде, но, пока я мучилась, выбирая нужный памятник, успел раздеться. И в отличие от своего крупногабаритного друга совершенно не жаждал оказаться под дождем в футболочке и джинсиках.

– Драконов греет внутреннее пламя! – гордо объявил рыжий, с насмешливой ухмылкой выразительно покосившись на Крона.

– Гномий самогон тебя обычно греет, – недовольно буркнул фей. – Как напьешься, такой горячий…

– Можно подумать, я его в одиночку пью. – Усмехнувшись, Лир зачем-то послал мне воздушный поцелуй, прежде чем вывалиться за дверь от пинка увеличившегося Крона.

Ладно, возвращаем в список любовников. Будем играть на контрасте.

Тоже сноб на всю рыжую голову, но немного иного формата. И грубиян, в отличие от аристократически-наглого фея. А чешую у него на плечах я бы потрогала… любопытно же! И еще очень интересно, есть ли у него что-то отчешуенное под штанами. Сзади или спереди… М-м-м!

Забравшись в кровать, я немного пофантазировала, радуясь, что дома наконец-то никого и можно спокойно поспать. Но стоило устроиться поудобнее, как мне начали мерещиться шорохи. Потом послышались негромкие голоса, то ли из кабинета, то ли от соседей… Вроде бы кто-то засмеялся. Живя на первом этаже, я привыкла, что иногда вдоль окон проходят люди и разговаривают. Но вдруг это не люди?!

Поэтому я, как сторожевой Мухтар, лежала и не отводила взгляда от двери в кабинет, отражающейся в зеркальном шкафу.

Если бы у меня где-то в доме завалялся лист железа, я бы поставила его у стеллажа, перегородив проход из черной дыры, и успокоилась. Наверное. Хотя дракону на этот лист чихать, как я понимаю. Так что нет, железо не панацея. Чугунная дверь?! Да! Замуровать стену за стеллажом в железный ящик. Сейф такой, внушительный.

Вилькартас, судя по всему, совсем мышей не ловит. Вроде бы глаза есть, увидеть врага в состоянии, говорить тоже может, вот и орал бы… м-да. И загребли бы нас за нарушение ночного спокойствия, дружной иномирной семьей прямо в обезьянник.

Так что вся надежда на липерболию! Надо бы, кстати, провести ревизию, что там она вернула, а что забрала.

Опять накинув на голое тело халатик, я сходила на кухню, вооружилась чугунной сковородкой на всякий случай, чтобы если что, то наверняка! Она и против фей, и против оркфеланов, и против драконов поможет. Направилась в кабинет, открыла дверь и… застыла.

Не знаю, как другие фантастические твари, а драконы сегодня точно сковородкой по тупой голове получат! Это ж надо было додуматься?! Придурок зеленый! Косплеер чешуйчатый! Да чтоб у него крылья отвалились! Сила есть, ума не надо?! Не пройти ему нормально через щель было, понимаешь!

Эта… рыжая бестолочь… взяла и переставила мой стеллаж! Так что теперь вход в Чернодырию светил на меня своей беспредельной тьмой. Убью… как вернутся, возьму и убью, молча. Возможно, сразу обоих. Для надежности. А щель железными листами заделаю, как и хотела. Потом плитами, толстыми. Потом… дракона прибью к стене гвоздями!

Никакого дохода от этих фантастических тварей, расходы одни!

Правда, тут моя жаба, скромно шаркая лапкой, вежливо покашляла и кивнула в сторону тумбочки с кредитницей. Пришлось признать, что из одной твари я доход вытрясла. Вот за его счет ремонт и устроим!..

Жаба опять вежливо покашляла, отрицательно мотая головой. Ага, и то верно. С какого такого перепугу я буду тратить свои деньги? Дракон чей? Крона. Вот пусть Крон ремонтом и занимается!

А я вот сейчас хищную липерболию выманю… только пока не придумала как.