Глава 5

Лишь к концу второго дня фея пришла в себя. Она была очень слабой, кое-как села на кровати и смотрела по сторонам. - Как ты? - спросила я ее. - Ужасно. Пить хочу. - Все хотят. - Они к нам не приходили больше? - Нет. - Это плохо. И словно в подтверждение ее слов, открылась дверь, и вошел гоблин. Посмотрел на нас и улыбнулся ехидной улыбкой. - Вы ж мои пташки, наверное, проголодались? - щелкнул пальцами и тут же появился столик с едой. - С завтрашнего дня начинаете работать. Сегодня ешьте, - он развернулся и ушел. Эштен подошел к еде принюхался, взял кусочек попробовал. - Съедобно, - сказал он. Мы поели, я хотела расспросить фею кто она, что они с ней делали, но она легла на кровать и отвернулась от нас. Я решила с вопросами подождать. От нечего делать мы решили лечь отдохнуть. Только сон все никак не шел, что он имел в виду под словом работать? Чуть только рассвело, дверь открылась, вошел гоблин. Он посмотрел на нас. - Ты работаешь на кухне, - сказал он, тыча в меня пальцем - Ты в конюшне, - тыкая в Эштена. - А ты, - и он облизнулся. - А ты работаешь по дому сладкая, - сказал он и развернулся, чтобы выйти. Но в дверях замер и уставился на нас. - Чего сидим? Быстро встали! Мы поднялись и вышли из комнаты. Гоблин шел впереди мы за ним. - Кухня там, - сказал он, указывая рукой на дверь. Я отстала от всех подошла к двери и открыла. Он повел остальных дальше. На кухне была женщина тоже гоблин, она с мастерской быстротой резала лук. - Батюшки, фея! Надо же! - сказала она. - Ну-ка иди сюда, бери ножик. Я прошла кухню, черное закопченное помещение, с черными столами, стеллажи были тоже черного цвета, даже посуда была черной и какой-то закопченной. Все было настолько грязным, что было мерзко к чему-либо прикасаться. - Вот молодец, бери, давай, нарезай лук, - сказала женщина и отошла к бульону, который варился на плите. В черной закопченной кастрюле что-то противно булькало зеленого цвета. Мерзость! А вчера показалась их еда нормальной, с голоду я и не заметила, какой была посуда. Весь день я пробыла на кухне. Сюда прибегал еще мальчишка, он помогал чистить картошку и мыть посуду. Кормили меня лишь раз и то дали лишь бульон и корку хлеба. Уставшая и замученная я еле как дошла до комнаты. Эштен лежал на кровати и даже не шевелился, от него шел противный запах навоза. А вот девушки не было. С тяжелым сердцем я легла на кровать и уставилась в потолок. - Я видел, что они делают с Розой, - тихо сказал Эштен. - Кто такая Роза? - Девушка, которую они забрали утром. - И что они с ней делают? - Нам надо бежать и как можно скорее. Как только она умрет, они возьмутся за нас. - Она долго не умрет. - Нет, еще неделя две и она иссохнет. Магия выпьет с нее всю энергию. - Откуда у них столько желаний? - Не знаю, но я обязательно вытащу нас отсюда. А сейчас спи, ты устала. Каждое утро мы выходили и шли на свои места работать. Обратно возвращались затемно, чуть ли не заползая. Кожа на руках огрубела, появились мозоли. На все просьбы сделать все быстрее с помощью магии они говорили категорическое нет. Прошла неделя, а мне казалось, что мы здесь находимся вечность, и выхода отсюда нет. Мне разрешили подносить еду на подносах к хозяйскому столу. Мужчины сидели вальяжно, с ядовитыми улыбками на губах. Хотелось надеть супницу им на голову, но я улыбалась сквозь зубы, ставила посуду и уходила. Розу они так больше к нам и не приводили. Что с ней я не знала, не знал и Эштен. Но в один из обедов я принесла поднос с едой в столовую, за столом сидели двое гоблинов и Роза. Она была похудевшей, под глазами залегли черные мешки. На губах была запекшаяся крови. Она была лишь в тонкой маячке, доходившей до колен, под низом ничего не было, она была практически голой. На руках и ногах следы от синяков. - Открывай ротик! - сказал один из мужчин и поднес ложку с супом ко рту Розы. Она тут же открыла рот и взяла ложку. - Хорошая девочка! Сладкая девочка! Кушай! - сказал он и продолжил кормить ее с ложечки. Я взглянула на нее, но увидев безжизненный, обреченный взгляд испугалась. Эштен прав, нам нужно бежать отсюда. Не сегодня, завтра я займу ее место. Мы здесь уже две недели. Если Розу я видела поначалу, то теперь ее не было нигде. Но я надеялась, что она еще живая. Я отнесла хозяину поднос с чаем в кабинет и возвращалась назад, когда услышала крик и ругань, доносящуюся с улицы. Выглянула в окно и увидела, как два гоблина избивают Эштена. Они били его кнутами, держа за руки и не позволяя увернуться. Все рабочие оставили свою работу и смотрели, как избивают фея. Кнут прошелся по спине, рассекая кожу. Эштен подскочил, ему поставили подножку и он упал. Один из гоблинов сел ему на спину зажимая руками крылья. Второй взял меч и отрезал ему их. Эштен только и смог что издать громкий крик и тут же упал без сознания. - Ты чего тут стоишь, разинув рот? - услышала я голос кухарки за спиной. - А ну живо на кухню! Я тут же убежала на кухню. Но до самого вечера мои крылья трепыхались от воспоминаний. Ведь самое интимное место у фей это крылья. Без них мы долго не проживем. Даже просто задеть их приносит ряд ощущений, а если сжать то неимоверную боль. Поздно вечером я вошла в комнату. Эштен лежал на животе на кровати. Вся спина была в крови. Там где раньше были крылья, зияли окровавленные раны, из которых сочилась кровь. - Эштен? - я позвала его. Но он был без сознания. Оторвав кусок ткани от простыни, я смочила его водой и стала обтирать его спину. Но он так в себя и не пришел. Я легла рядом и стала смотреть на него. К утру, он так и не пришел в себя. Открылась дверь, и вошел мужчина. - Ты почему здесь? Тебе приглашение к работе надо? - Я никуда не пойду. Ему нужна помощь иначе он умрет. - Жить захочет, выживет. - Вы не понимаете, у него нет регенерации, ему нужна магия, снимите с него наручники, он все равно такой никуда не убежит. - Тебя не спросили! Иди работать! - крикнул он на меня. - Кровь не останавливается, ему нельзя без крыльев, дайте ему хотя бы магию. Прошу вас! - взмолилась я. - Ему? После того как он украл ключ от браслетов? Да и пусть сдыхает хрен с ним. Живо на работу! - сказал он и, схватив меня за волосы, вытащил из комнаты. - Мне больно! - крикнула я. - Вот и отлично! - он впихнул меня на кухню, развернулся и ушел. Со слезами на глазах я стала мыть посуду и чистить овощи. Из головы не шел Эштен, он ведь так хотел украсть ключ! Что теперь будет. Лишь поздно вечером я вошла в комнату и тут же подбежала к Эштену. Он дышал, но как-то с хрипотой. А из ран так и продолжала бежать струйкой кровь. Если ему не вернуть магию еще сутки, и он умрет.