Глава 11

— Все запомнил?

Дядя Миша кивнул и вытер носовым платком блестящие капельки пота на висках.

— Тогда вперед. — скомандовал, подталкивая соседа вниз по лестнице на первый этаж подъезда.

Держа в руках бутылку с крепкой клюквенной настойкой, дядя Миша подошел к квартире бабы Нины. Как только раздалась трель дверного звонка, я притаился на лестничном пролете, держа напряженную Яну за руку и прислушиваясь к происходящему снизу.

Щелкнул звонок и следом последовал сварливый голос бабы Нины:

— Чего тебе надо?

— Нина, мы сто лет друг друга знаем… — пролепетал сосед. — Я жениться хочу!

— Умом тронулся? Так это по другому адресу. Подожди, я сейчас вызову бригаду.

— Почему это умом тронулся?

— А я почем знаю? Это ты же мне замуж выйти предлагаешь, вот у себя и спрашивай.

— Да ты что! — ужаснулся сосед. — Я на Марине жениться хочу!

— А-а-а-а, — протянула баба Нина. — Ну так совет да любовь. Благословляю.

— Спасибо.

— А теперь проваливай.

— Нина, Нина, подожди! Я ж к тебе за советом пришел. Не знаю, как лучше ей предложение сделать. Давай посидим, выпьем.

— Чего это ты удумал? Ну ладно, проходи. Только недолго. Уже поздно.

Дверь захлопнулась, и вскоре голоса затихли.

— Получилось, — прошептала Яна. — Что дальше?

— Возьми ключи. Открой машину и жди нас. Как только мы выйдем из подъезда, открой пассажирскую дверь. Справишься? — дождавшись кивка от Яны, передал ключи и проводил девочку на улицу.

Вернувшись на лестничный проем, присел на корточки и достав упаковку семечек, стал ждать соседа. Спустя пятнадцать минут вокруг меня образовались три небольшие кучки кожуры от семечек. Соседка с третьего этажа проходя мимо меня бросила гневный взгляд на кожуру и, ненадолго зайдя в свою квартиру, вернулась и заботливо поставила возле меня совок и веник. Уходить женщина не спешила и рассказала, что больше сорока лет проработала на мясокомбинате, разделывая свиные туши и дома хранит топор, доставшийся в наследство от покойного мужа. Вывалив на меня эту ненужную информацию, женщина намекнула, что мои отрубленные руки будут очень кстати смотреться рядом с этими кучками мусора.

Проводив испуганным взглядом женщину, я схватился за веник и смел в совок весь мусор, попутно подметя еще два лестничных проема. Не зная куда выкинуть собранный мусор, я открыл форточку окна подъезда и одним взмахом руки отправил содержимое в воздух. Надеясь, что кожура упала на козырек подъезда, я поставил совок и веник около двери женщины и услышал, как щелкнул замок на первом этаже.

— Влад, — услышал шёпот дяди Миши и поспешил спуститься к нему.

— Все готово, — доложил сосед, как только я вошел в квартиру. — Снотворное подействовало. Давай поспешим.

— Где она? — спросил шепотом.

— На кухне. За столом сидит.

Баба Нина сидела на стуле, положив голову на стол.

На полу рядом с ней мы расстелили большой ковер, взятый из спальни.

— И как ты предлагаешь ее спустить со стула? — почесал подбородок дядя Миша.

— Ты обхватишь ее подмышками, я возьму за ноги, — начертил в воздухе схему пальцами. — Так и опустим.

— Ну-с, приступим, — потер ладони сосед и согнув ноги в коленях, приблизился вплотную к бабе Нине. Перекинув ее руки себе на плечи, дядя Миша крепко обнял ее и сделал попытку приподнять, но рухнул на пол под тяжестью ее тела.

— Помоги мне! — зашипел сосед, пытаясь выползти из-под бабы Нины.

Примостившись рядом с ним на колени, я перевернул бабу Нину на бок, чтобы сосед смог освободиться.

Завернув бабу Нину в ковер, я взвалил ее себе на спину, дядя Миша поддерживал ее ноги снизу. Спустив ее по лестничному проему в подъезде, мы поспешили к машине, где нас уже ждала Яна. Увидев нас издалека, Яна открыла пассажирскую заднюю дверь и подвинулась, освобождая место для бабы Нины. Закинув ее на сидение, я попросил Яну пересесть вперед и сел рядом с бабой Ниной.

Дядя Миша завел двигатель, и мы тронулись с места. Путь лежал по ночному городу в сторону кладбища.

— Может я в машине посижу? — Яна повернулась ко мне лицом и жалобно пропела. — Я туда не хочу.

— А одной в машине не страшно оставаться?

— Нет.

— Поднимай пятую точку и за мной, — скомандовал, вылезая из машины.

Не дожидаясь, пока девчонка выполнит мой приказ, полез в багажник и достал два фонарика. Один перегорел сразу, стоило мне дотронуться до кнопки включения, напоследок издав неприятный треск и ослепив меня короткой вспышкой света.6dfffc

— Нехороший знак, — дядя Миша появился рядом, неся в руках детскую лопатку для песочницы.

— Где ты ее взял? — покосилась Яна на лопатку.

— В песочнице возле дома выкопал.

Швырнув сломанный фонарик в темноту, я включил второй. Обведя лучом света местность, нашел тропинку вдоль могил.

— Пойдем туда, — махнул в сторону ряда могил. — Найдем нужную, потом вернёмся за бабой Ниной.

— Влад, а сколько ей лет? — Яна шла рядом, вцепившись пальцами в руках моей куртки.

— Шестьдесят где-то. Может, шестьдесят пять.

Обойдя все ухоженные могилы, мы дошли до зарослей репейника, полностью скрывающего могилы.

— Вон там, смотри, — Яна показала пальцем на черное надгробие одной из заброшенных могил.

— Подойдем поближе, — руками раздвинув репейник, я опустился на колени рядом с надгробием. — Савицкая Клавдия Андреевна, 63 года.

— Нормально или моложе женщину найдем? — спросила Яна.

— Сойдет. Пойдем обратно.

Мы вернулись к машине и дотащили бабу Нину до могилы женщины. Разложив ковер на земле, уложили ее на него.

— Что теперь? — спросил дядя Миша.

— Берем лист бумаги и пишем наши имена. С обратной стороны имя бабы Нины. — пояснил я, доставая из кармана свернутый лист бумаги, вырванный втихаря из Яниной тетрадки и шариковую ручку, взятую у нее же.

Присев на корточки, расположил листок на коленке, вывел букву «В» и… и все. Закончилась паста. Последующие десять минут я тер ручку ладонями, дул в стержень до головокружения и ругал Яну. В самом деле, зачем хранить в столе исписанные ручки?

— Ну и что теперь делать? — развел руками, взирая на сломанную пополам в порыве гнева ручку.

— О, вспомнила, — Яна полезла в рюкзак, висевший на спине. Скорчив сосредоточенную мину, девочка достала оттуда черную подводку для глаз.

— Ты раньше ее достать не могла?!

Написав на бумажке наши имена, я выкопал в земле неглубокую ямку и положил ее туда. Достал из кармана спички и поджег бумагу.

Набрав лопаткой землю с могилы, засыпал оставшийся от бумаги пепел. Смешав их вместе, набрал полную горсть земли с пеплом и обсыпал бабу Нину. То же самое сделала Яна и дядя Миша.

Завернув бабу Нину в ковер, вернули ее в машину и отправились в обратный путь.

Оказавшись на заднем сидении рядом с бабой Ниной, я почувствовал сильную усталость. Время было далеко за полночь и глаза упрямо закрывались. Часто зевая, откинул голову назад и сквозь полуопущенные вещи смотрел в окно. Мелькали фонари, освещающие дорогу, голые верхушки деревьев и последние этажи многоэтажек, погрузившиеся в вязкий туман.

«Завтра будет дождь», — подумал, погружаясь в дремоту.

Тихие перешептывания Яны и дяди Миши отошли на задний фон, заглушенные гулом двигателя автомобиля. Я видел сон — Яну в легком белом сарафане, сидящую на скамейке около фонтана на главной площади города. Девочка ела мороженное и улыбалась, смотря в мою сторону. Я пошел ей навстречу, хотел спросить, что она здесь делает одна. Но она упорно не замечала меня. Я обернулся и увидел того парня с кинотеатра — Пашу. Он прошел рядом со мной и подойдя к Яне, обвил руками ее талию, притягивая к себе для поцелуя. В следующий миг я оказался рядом с ними и впечатал кулак в его смазливое лицо.

— Хотела бы я знать, что здесь происходит? — голос, выдернувший меня из на самом интересном месте из сна, раздался в миллиметре от моего уха. Принадлежал он бабе Нине.

Открыв глаза, я увидел разъяренное лицо женщины, перепачканное грязью с кладбища.

То, что последовало дальше я никак не мог предположить. Дядя Миша способен на самые неожиданные поступки, к которым я давно привык, но даже для меня это стало открытием. Со словами — «Я, пожалуй, пойду» он отпустил руль машины и, не сбавляя скорости, открыл дверь и вышел. Оставленная без управления, машина плавно свернула в кювет. Под визг Яны и бабы Нины она совершила кувырок и остановилась.

Кроме дяди Миши в аварии не пострадал никто. Яна и баба Нина получили пару синяков, я же отделался только нервным потрясением. Спустя два дня ко мне пришли люди в полицейской форме и любезно подвезли до участка, где я провел две недели за хулиганские выходки. И все же, я был уверен, что нам удалось снять проклятье.