ГЛАВА 15

С утра пораньше я решила прогуляться по замку. Кандидатки были заняты еще одним испытанием, на этот раз историческим, что-то по типу экзамена истории нашего королевства. А у меня появился целый свободный день.

   Белые оштукатуренные стены уступали место крашеному кирпичу, а двери из золoтистого дерева окованы чёрным железом. В этой части замка не видно ни слуг, ни стражей, что было странно.

   В другом конце коридора находились складские помещения с сотнями деревянных полок, полностью забитых товарами для домашнего обихода.

   Несколько слуг, мимо которых я прошла, бросали на меня любопытные взгляды, а некоторые улыбались. Одна из них,добрая на вид женщина, напоминающая мне мать, остановилась возле меня.

   – Чем я могу вам помочь, целительница?

   – Я просто исследую замок.

   – Госпожи Эффелин будет недовольная, если увидит, что вы здесь бродите. Есть ли что-нибудь особенное, что вы хoтели бы увидеть?

   – Ну, я.… – огляделась по сторонам. - Мне интересны артефакты, книги, может быть, информация о магии?

   – Вы можете поговорить с Джональдом, королевским целителем. Сейчас он уже в годах и временами слабоват, но у него добрая душа.

   – С удовольствием. Где я могу найти его?

   – Он будет рад компании. Пойдём, я отведу тебя к нему, – женщина повела меня по коридору. - Знаешь, сам милорд, когда был ребёнком, частенько заглядывал в комнаты для прислуги. Я тогда была маленькой служанкой, и иногда меня вызывали, чтобы отнести его обратно в детскую. Тогда он был просто принцем Огоньком.

   – У него всегда были белые волосы?

   – С рождения. У него был тяжёлый и вспыльчивый характер тоже с рождения, - она указала на пятна на стенах коридора. – Милорд сделал их, когда ему было около семи лет проявился его дар огня. Однажды слуга начал закрашивать отметины, а госпожа Эффелин накричала на него, чтобы он оставил это. Так, они и остались . Я никогда не думала, каково тем, кто знал нашего милорда в детстве, когда они узнали о страшном поступке в Стимере. Но, не будем об этом. Мы поселили Джональда на этом этаже, потому что он находится на oдном уровне с большинством жилых помещений, где он может понадобиться.

   Она остановилась у ничем не приметной двери и постучала в дверь.

   – Джональд? Можно нам войти?

   – Кто это «мы»? - спросил надтреснутый голос из-за двери.

   Я узнала этот голос. Он, тот, ктo спас меня от смерти. Самое время поблагодарить его за это. Я вдруг почувствовала острое сожаление, что не разыскала его раньше.

   – Это Дот, Джоналд. Со мной целительница избранниц. Она хотела бы поговорить с вами.

   В комнате что-то заскреблось, а затем раздалось ритмичное постукивание трости, приближающееся к двери. Она открылась,и на пороге показался худой седовласый мужчина.

   – Целительница, да? Рад тебя видеть,детка. Проходи же, в ногах правды нет.

   В покоях целителя мягкие и удобные кресла, в маленьком камине весело потрескивало пламя. Он устроился в мягком кресле и жестом пригласил меня занять кресло напротив, у камина.

   – Я могу попросить принести еще чаю, - предложил он.

   – Нет, спасибо. Я хотела сказать вам, как благодарна за то, что вы сделали для меня, спасли мне жизнь.

   – Конечно, конечно. Это то, чем мы занимаемcя, не так ли? Ну... большинство из нас, – он посмотрел на удивление проницательным взглядом.

   – Ты можешь исцелить себя? – спросила я, посмотрев на его ноги.

   – Нет, моя дорогая. Это особый дар, которым обладают только некоторые целители,и ты в том числе.

   Я кивнула, с трудом сглатывая, готовясь затронуть щекотливую тему, которую хотела обсудить.

   – Когда ты лечил меня,ты упомянул, что у тебя есть некоторые навыки риктера.

   – Не совсем. Средний специалист может определить уровень магической силы, но не конкретный дар или его грани. Для этого ему приходится полагаться на свидетельства других, которые знают одарённого человека. В моём случае талант риктера и дар целителя сочетаются, позволяя мне видеть грани способностей других целителей.

   – Итак, – я сделала глубокий вдох. - Ты знаешь обо мне.

   – Да, детка. Помимо исцеления других и себя,ты можешь делать обратное. Ты можешь разъедать и разрушать. Ты может вернуть зажившим ранам их повреждённое состояние. С такими способностями я сталкивался всего дважды в жизни. Дед милорда навсегда отключил одного из этих магов. В старые времена было больше свободы в магии. Но после всего, что пришлось пережить Его Величеству, ты можешь понять, почему он хотел ограничить магию, - морщинистые губы на мгновение вздрогнули, а в глазах заблестели слёзы. – То, что случилось в Стимере и потом в столице...люди помнят пламя, охватившее юного принца. Но они забывают, что уничтожило его изнутри. Они забывают об истинном враге.

   Я внимательно слушала пожилого целителя, который явно знал молодого лорда Иригана. Почему-то мне стало важно понять, почему он так ожесточилcя.

   – Я скажу тебе кое-что, - Джональд поднял дрожащую руку. - Я не должен говорить, но ты сохранишь это в тайне, потому что я знаю твою. Среди захватчиков был второй, с такой же силой, как у тебя. Негодяй, который мог управлять телами. Он владел нитями чёрной магии, а не золота,и он убил многих наших солдат. Он пробился сквозь толпу к отцу милорда и уничтожил его. Уничтожил его, дитя, ты понимаешь? На глазах у юного милорда. Вы не можете себе представить, какой ужас я испытал, увидев моего правителя, моего старейшего друга, чьи части тела были изъедены ржавчиной и сочились, как будто он был живым трупом. Εго кости были такими хрупкими, что могли сломаться при малейшем ударе.

   – Богиня Илейна, - выдохнула. – Я поклялась не использовать эту сторону своей магии, поклялась не причинять вред.

   – Я поддерживал в нём жизнь, сколько мог. Почти год я пытался вылечить его,и другие целители тоже пытались . Но такую магию может отменить только тот целитель, который её сотворил.

   – Я не знала.

   – Никому не было известно об истинном состоянии правителя и о том, что его вызвало. Таково было решение молодого принца. Он не хотел, чтобы целителей нашего королевства заподозрили в сокрытии такой тёмной силы. Он боялся, что люди могут запаниковать и oт страха начать охоту на целителей. Но из-за этого инцидента и бунта милорд изменил уровни допустимой магии, запретил её изучение или распространение и расширил полномочия риктеров. Когда его отец умирал, принц принял бразды правления королевством. Он был не один – его поддерживали двое кузенов и ближайшие друзья. Милорд, хотел казаться сильным. Как и его отец, - Джоналд поднял на меня заплаканные глаза.

   – Поразительно, как взгляд человека на что-то меняет воспоминания об этом. Есть ли в этом смысл? Я не уверена, что говорю понятно, – пробормотала я, соскальзывая на пол и становясь на колени перед пожилым целителем, взяв его руки в свои.

   – Воспоминания – хрупкие вещи, они особенно непостоянны, когда происходят из коллективного сoзнания. Но они также являются основой, на которой мы строим нашу правду. Когда искажённые воспоминания кристаллизуются в камень, и люди строят на их основе, будущее тоже искажается.

   После нескольких минут спокойного раздумья, в течение которых мы оба смотрели на мерцающий огонь, мы с Джональдом заговариваем о целительной магии. Я почти не разговаривала ни с кем, кто обладал бы моими способностями,и я понимала, что у меня ненасытное желaние узнать больше о способностях. Но слишком многое нужно обсудить за один вечер,и я могла сказать, что пожилой человек утомителен.

   – Мне пора идти, Джональд. Могу ли я снова навестить тебя? Мне ещё многому нужно научиться, а ты – кладезь мудрости. Я могу что-нибудь сделать для тебя, прежде чем уйду? Я была бы рада облегчить любую боль.

   – Я буду польщён, девочка. Твои способности завораживают, и если ты опробуешь их на мне, я буду рад, - его морщинистое лицо просветлело. – Магия всё равно мало чтo может сделать для старого тела, но я не откажусь от небольшого лечения.

   Я закрыла глаза, в то время как магические чувства обострились, выискивая любую боль или... сбой в работе организма. Тихое биение старческого сердца, замедление работы органов и клеток...я ничего не могла сделать, чтобы остановить естественный процесс, нo я могу облегчить боль, немного продлить жизнь.

   С помощью магии я успокоила воспалённые суставы, облегчила работу кишечника и почек, укрепила сердечную мышцу. В процессе я обнаружила в его теле несколько очагов мутантных клеток – небольших опухолей, которые неизбежно будут быстро расти. Может ли пригодиться другая сторона моей способности? С её помощью я потенциально могу разрушить опухоли, стереть клетки.

   Пока обдумывала эту возможность, почувствовала, как что-то изменилось во мне. Когда я открыла глаза, я с ужасом увидела, как линии моей золотой магии потемнели и стали чёрными.

   Я быстро забрала всю свою силу, втягивая в себя. Слава богине, глаза Джональда были закрыты и он не видел, как тёмная магия вырывалась из моих рук.

   – Мне нужно идти, но надеюсь, лечение поможет! – я вскочила на ноги, заставляя себя широко улыбнуться. – Ещё раз огромное вам спасибо!

   Я выбежала из комнаты, дрожа всем телом. Прошло так много времени с тех пор, как использовала эту сторону магии, забыла, каково это. Моя магия коррозии – это поток сладкой тьмы по моим венам, вызывающий привыкание и жаждущий мести. Как люди называли обладателей магии моего вида? Гнилушки. Я и есть гнилушка. И мне это не нравилось . Отвратительное название для отвратительной силы.

   Почему я даже на мгновение подумала о том, чтобы использовать её? Что , если бы я уничтожила не только опухоли? Что, если бы я зашла слишком далеко? Я могла случайно убить его,тем же ужасным способом, каким был убит отец лорда Иригана.

   Как, должно быть, ужасно было для молодого лорда Иригана видеть страдания отца, наблюдая, как целители тщетно пытаются спасти его. А затем он потерял в том аду своих кузенов и друзей, а также многих граждан. Он понёс огромную потерю – утратил контроль над магией, потерял своих близких, неудивительно, что он так осторожен. Неудивительно, что он воздвиг столько щитов между собой и всеми остальными. Щиты здесь для того, чтобы защитить других от его магии, да, но они также на месте, чтобы защитить раненое сердце.