Глава 7

Предпоследний учебный день перед выходным всегда был особенно тяжёлый — загруженный, студенты уже устали за четыре предыдущих дня, наполненных лекциями, контрольными и самостоятельными занятиями. Почему сложный не последний, а предпоследний, спросите вы? Потому что завтра будет всего две пары, он традиционно сокращённый, а вот сегодня…Все четыре, от звонка до звонка хрономорфа!Потому у меня уже не самый лучший настрой на сегодняшний день, даже просыпаться особенно тяжело. Ещё вчера нам объявили, что найдены семь счастливчиков, владеющих аэ-де. Изначально нас было шесть, выявленных на первых занятиях, но после нашли ещё одного, причём с моего потока — Эстива Траума. От этой новости даже на построении анимаг сверкал, как начищенный студентами во время нарядов пол академического холла.— Думал, у меня нет способностей, а они есть! — шепнул мне Эстив. — Представляешь? Будем с тобой вместе ходить!— Разговоры в строю! — рыкнул эрс Гбыр, и мы тут же захлопнули рты. — Налев-во! Бего-ом марш!Пока мы преодолевали пять кругов, Траум расспрашивал, что я успел узнать об аэ-де и что мне говорил об этой науке принц. Под конец пробежки хотелось приложить его о турник — тот самый, на котором мы подтягивались минутой позже.— М-да, Рамбовский… — Остановившись возле меня, огромный мускулистый преподаватель сложил руки на груди, из-за чего тонкая ткань, особенно для раннего зимнего утра, рубашки натянулась, чудом не затрещав по швам, и покачал головой. — На Еджу за тебя бы ни одна троллиха не сразилась! Совсем хилый, слабый… Какое потомство ты оставишь?Чтобы это самое потомство оставить, мне его нужно родить, что несколько сложнее мужской задачи в этом вопросе, эрс Гбыр!Разумеется, я об этом лишь подумала, а вслух ничего не сказала, спрыгнула с турника и побрела на скалодром. Разминка сегодня далась особенно тяжело, хотя утро выдалось чудесное — морозное, даже на стёклах в комнате были причудливые красивые узоры. Новый год близится, а это не может не радовать!Умылась в тазу, почистила зубы в общей туалетной комнате и потом отправилась на завтрак. Кайла всё ещё не было, что вызывало беспокойство. Я хотела навестить его, но меня не пустили — мол, посещения запрещены, лишь уверили, что курсант Дорс идёт на поправку.До новогоднего бала оставались считанные дни, поэтому академию начали украшать к зимнему празднику. В холле поставили высокую ветвистую сосну, украсив её различными шариками, внутри каждого из которых благодаря магии можно было увидеть короткую вьюжную историю. Говорят, это традиция пошла лет двести назад из Ледяных чертогов — украшать на Новый год хвойное дерево.По коридорам уже висели магические хлопушки, которые при движении выпускали иллюзии красно-зелёных лент и конфетти. На окнах застыли ледяные узоры, а завтра обещали залить каток во дворе академии. Есть слух, что куратор Уфт даже собирается провести тренировку на льду — курсанты должны быть готовы к любым погодным условиям.К слову, о кураторе Уфте. Именно он вёл курс “Стратегия и тактика”, экзамен по которому, как нас пугали старшекурсники, Уфт принимает с особым зверством. Потому мы все слушали его очень внимательно, старательно конспектировали и обращали внимание даже на мимику — порой именно она многое говорила об истинном смысле слов преподавателя.На самом деле его лекции интересны. Как истинный стратег, он задавал нам отправную точку — делал “вброс” в начале пары, а к концу занятия мы сами должны были понять, что из сказанного было ложным, противоречило и здравому смыслу, и прочей информации, которой старательно делился преподаватель.Так было всегда, до сегодняшнего занятия. Девушки на первых партах слушали его вполуха, что ему совершенно не нравилось, поэтому мужчина заметил:— Юные леди, если вы думаете, что тактика и стратегия вам не нужна — спешу разочаровать. Это ведь наука не о войне, не о методах, которые приведут к победе, а об упрощении нашей жизни. И не ухмыляйтесь так, курсант Альянта Тайри. Благодаря стратегическому мышлению мы можем выстроить потенциальную последовательность событий, предотвратить ошибки, поймать удачу за хвост и даже, возможно, избежать серьёзной опасности.Девушки явно не впечатлились, хотя притихли, но Уфту этого было мало. Он усмехнулся и продолжил:— Стратегия — это то, что помогает достичь нужного результата. Я думаю, что не открою ни для кого секрет, если скажу, что вы прибыли сюда в надежде на то, что одна из вас станет истинной его высочества Даарта Ониксового. И каждая из вас надеется на удачу, караулит его в коридорах, поджидает за поворотами, стремится прикоснуться к нему, чтобы его дракон откликнулся именно на вас — всё это хаотичный набор действий, который может привести к положительному результату лишь при удачном стечении обстоятельств. Но если удача не на вашей стороне… тогда остаётся стратегия.Три главные красавицы подались вперёд, переглянувшись. Я уже знала их имена, как и то, из каких они семей. Лизабетта Доренс — снежная фея, платиновая блондинка, на которую я и пыталась переложить ответственность за волос, оставленный на моей подушке в лазарете. Как я успела понять, она достаточно высокомерная, но при этом честная и прямолинейная девушка, которая пользуется авторитетом у своих сокурсниц. Её отец не последний человек в попечительском совете и один из приближённых королевы фей.Альянта Тайри — снежная драконица, с чёрными волосами, в которых особенно выделялась одна серебристая прядь. Девушка не обрела пару, впрочем, если она серьёзно кем-то увлечётся и до закрепления связи останется недолго, её волосы станут белоснежными, почти такими же, как и у фей. У неё в совет входила тётя — Ориссия Тайри. Когда-то она была ректорессой другой академии, но из-за какого-то случая сменила род деятельности. Я её видела пару раз в коридорах академии — не самая доброжелательная драконица, зато со светлыми, словно седыми волосами.И последняя — Райния Омрит, ярко-рыжая, огненная драконица. Она была вспыльчива, но больше остальных желала стать принцессой, буквально выпрыгивая и набрасываясь на лорда-оникса. Не то чтобы я ему сочувствую, однако поведение этой девицы вызывало у меня неудовольствие и более того — крайнее неодобрение. Вот вроде никогда не была поборницей морали, но тут готова отправить её в монастырь!Пожалуй, это всё, о чём говорили старшекурсники и рассказывал Журик. Тот часто бывал в приёмной ректора, потому собирал сплетни, как мусор помело. И поговаривали, что к этой троице особенно нельзя приближаться, потому что их родители не будут в восторге от истинности (в случае с драконицами) и брака (в случае с феей) с какими-то курсантами боевой академии без родословной.— То есть стратегия — для неудачников? — хмыкнула Альянта, и я не видела, но была уверена, что она вскинула насмешливо бровь.— Что за дискриминация, леди Тайри? — в тон ей отозвался магистр. — Стратегия — для всех! Она помогает повысить шансы на удачу. Например, все вы прекрасно знаете, что драконы особенно чувствительны к своей паре, когда они во второй ипостаси, когда главенствует дракон, его инстинкты, жажда охоты. Если бы вы были знакомы со стратегией, то собрали бы информацию, выработали бы план и подсчитали, когда его высочество перевоплощается, чтобы встретиться с ним именно в этот момент. Этим бы вы сохранили лицо и сэкономили время.Уел, что сказать. Курсанты улыбались, явно наслаждаясь поражением прекрасных дам перед нашим невероятным куратором Уфтом. А магистр, заложив руки за спину, направился к кафедре, когда ему вслед долетел голос Райнии:— Ничего вы не понимаете в девушках, магистр! Как скучно и неромантично вы мыслите! Ведь в том, что мы томимся в прекрасном ожидании истинности с его высочеством, высматриваем его и бросаемся к нему в объятия — есть свой шарм и прелесть. Это наша тактика, с которой мы получаем удовольствие от процесса.Лицо куратора, когда он развернулся к нам, нужно было видеть. Это смятение, удивление, даже растерянность… М-да, куда уж куратору Уфту до романтических переживаний, о которых тайно мечтает каждая девушка! Именно они и даже воспоминания о них наполняют нашу жизнь счастьем и радостью.Я прислушалась к себе. Где-то там, на подсознании, что-то задребезжало. Словно вот-вот прорвётся плотина, словно у меня в прошлом тоже было что-то такое, какие-то девичьи мечты, но…Ничего, глухо. Я не вспомнила ничего.— Что ж, тогда получайте удовольствие и дальше… только с закрытым ртом и вниманием в глазах на моих лекциях, — отрезал куратор и продолжил.Выходили курсанты весёлые, так как все считали, что победа осталась всё-таки за Уфтом, однако и девушки не расстраивались, наоборот — судя по шушуканьям, стратегия им не чужда и его высочество ждёт осада! Впрочем, уверена, лорд-оникс с лёгкостью удержит оборону — всё-таки он тоже учился у куратора Уфта.Следующей парой был этикет, в который входили и придворные танцы, и светская беседа, и ведение домашнего хозяйства и много чего ещё. Разумеется, назывался предмет намного длиннее, но все звали его просто “этикетом”. Признаться, мой любимый! Я всегда с интересом слушала магистра Ариэллу Лайданэ — высокую, но при этом стройную и гибкую эльфийку. Сегодня на леди лавандового цвета платье с глухим воротом, но с нежными достаточно длинными оборками, делающими её образ невесомым и лёгким. Волосы магистр распустила, лишь пряди у висков убрала назад, оставив короткую чёлку обрамлять худое лицо с изящными чертами.— О, мои дорогие птенчики! — воскликнула она, улыбнувшись. — Проходите, проходите. Как я рада вас видеть! Лиар, радость моя, скажи, а леди у меня на занятиях будут? Что-то такое упоминал наш многоуважаемый ректор, но ты знаешь мою беспечность — мне так легко обо всём забыть!Отвечать мне не пришлось — леди вошли нестройными рядами в бальный зал академии. Магистр Лайданэ едва в ладоши не захлопала от радости. Самое интересное, её мимика была очень подвижной, она не скрывала эмоций, но умела их контролировать. Мы знали её достаточно, чтобы удостоверится в том, что леди Ариэлла прекрасно чувствует себя в светском обществе и, невзирая на всю свою живость и непосредственность, никогда не выходит за рамки. Этому она учила и нас — не чопорности, а элегантности и достоинству.— Ах, вот и прекрасные леди! — возвестила она и прошла вперёд, словно желая осмотреть каждую со всех сторон. — Сколько изысканности, утончённости… а какая грация!.. Словно лебедушки вплыли в мою аудиторию! Все такие милые, добрые, чистые! Как я люблю таких леди! А то бывают, знаете ли, холодные, чёрствые и чопорные, — тут преподавательница приложила руку к груди, словно то, о чём она рассказывала, было для неё сущим кошмаром, — как энские патифарии! Но вы — прекрасны! Уверена, ни одна из вас меня не разочарует.В этом была вся магистр Лайданэ — одними своими комплиментами она заставила девушек смутиться, потупить взгляды и строго следовать сценарию поведения, заранее изложенному магистром. Она нам говорила, что доброе слово всегда разит сильнее и быстрее, чем злые языки. Есть не только тактика силы, но и тактика лести, о чём никогда не следует забывать. К слову, магистр Уфт был очень даже согласен с этой теорией и всячески поощрял занятия у магистра Лайданэ.Парней на потоке было больше шестидесяти, а девушек — всего двадцать одна, поэтому каждый второй танец парни танцевали попарно, впрочем, как мы уже давно привыкли. Удивительное стечение обстоятельств, но мне в партнёрши досталась Лизабетта Доренс и танцевали мы вильтероский контрданс. Почти не соприкасались руками, разве что предплечьями, но при этом часто встречались взглядами.— Что, даже не сделаете мне пару комплиментов? — удивилась фея примерно спустя три минуты от начала движений.— Вы обворожительно красивы, — едва не оступившись, сказала я первое, что подумалось.Ну извините, мне не приходило в голову делать комплименты барышням, так как я сама себя к ним отношу. Тем более танцами я наслаждалась. Тело словно помнило движения, но выходили они слишком “манерными”, как говорила магистр Лайданэ, я же просто думала, что… слишком женственными они выходили, да, а не манерными.— Звучит не очень воодушевляюще.— Я знаю несколько сонетов.— Упаси боги от них, — закатила глаза Доренс.Так уж и быть, исполню роль всевышнего и промолчу до конца танца, что я и сделала. Следующие партнёрши были не столь выдающимися, хотя тоже ослепительно красивыми. Дело даже не в чертах лица или фигуре, в них самих — было во всех этих аристократках что-то особенное: умение держать себя, ухоженность, изящество манер… Словом то, что отличало благовоспитанного образованного человека от всех других. А они определённо такие.Причём многим наверняка не двадцать, а, может, пятьдесят или даже семьдесят… Драконы ведь живут тысячу лет, а то и больше, поэтому для них возраст до столетия — беззаботная юность. И выглядели они по людским меркам не старше двадцати пяти-двадцати семи, хотя тот же принц или Тияр имели такой взгляд, что да, возраст их выдавался сам собой. Умные, расчётливые, хитрые.Кажется, девушки, присланные попечительским советом, вскоре будут не против продолжить учёбу здесь, судя по тому, с какими довольными лицами они выходили из аудитории. Девушкам понравилась уже вторая пара! Это нонсенс!На обеде случилось следующее: когда уже столовая порядком опустела, один третьекурсник решил подарить розу красавице-Лизабетте, вот только та превратилась в лёд раньше, чем парень протянул руку. Лепестки и стебель покрылись такой толстой коркой льда, который, видимо, начал щипать кожу парня, что тот не удержал её. Цветок упал на мраморный пол и разлетелся на осколки.Так красиво и завораживающе ужасно!Студенты замерли. Доренс поднялась со своего места, расправила складки потрясающего нежно-голубого платья с оборками и атласными лентами и обошла стол. На третьекурсника, который, к слову, был обычным человеком, она даже не взглянула, наступила на один из замороженных лепестков — тот с хрустом потерпел поражение под её подошвой — и вышла из столовой под гробовое молчание. Недвусмысленный намёк для всех, кто ещё посмеет приближаться к нашим красоткам.А вот на третьей паре меня ждало потрясение — вместо зельеварения, которое отменили до конца этого семестра, в расписание поставили занятие по аэ-де! Не для всех, а для избранных, счастливчиков, у которых открылся дар. Остальные просто получили два часа свободного времени, чему радовались далеко не все. Многим хотелось овладеть наукой, которую преподавал принц.Я размышляла о том, что будет на занятиях. Резонанса я всё ещё боялась, несмотря на то, что на аэ-де нужно отринуть магические потоки, что уменьшало вероятность резонанса, однако… Думы о том, что мне предстоит находиться в одном помещении с Даартом, вызывали у меня странную дрожь.Я остановилась у сосны в холле и потянулась. Руки болели, так как вчера я исполняла один из нарядов — чистила снег на территории академии. А снега выпало немало за последние дни! Вот провинившиеся курсанты и машут лопатами.Приблизившись к хвойному дереву, я заглянула в один из шариков, где была спрессована магия в движении: олень с ветвистыми рогами в смешном красном свитере бил копытами и пересекал заснеженные вершины одним прыжком, пока вокруг него бушевала и “снежила” вьюга. Залюбовавшись, я не сразу заметила, как подошёл Кайл Дорс и прошептал на самое ухо:— Не забудь, Рамбовский, сегодня первое занятие. В пять утра. У меня.Вздрогнув, я выпрямилась, но парень поспешно отодвинулся и попятился к выходу, ехидно улыбаясь мне в ответ.— С выздоровлением! И я тоже рад тебя видеть! — крикнула ему вслед и буркнула: — Даже не поздоровался…Вот что он задумал, а? Ну зачем ему эти занятия? К тому же, мы ведь ещё совсем ничего не умеем. Как он собирается тренировать навык аэ-де без единой практики?Ох, точно, практика!Я сорвалась с места и побежала в зал.