Глава 14

Город гудел, напоминая разбуженный улей, и это нервировало. Арест Тима Белого обсуждали на каждом шагу, и чуяла моя душа, что ничем хорошим это не грозит.

Когда день начал клониться к вечеру, я решила, что дожидаться ночи не стану. Подумав ещё немного, сходила к Полли и одолжила у них с мужем тачку.

— Ами, дорогая, а тебе зачем? — удивилась подруга.

— Нужно пару габаритных вещей на ремонт свозить, — соврала я.

Потом накрыла тачку куском мешковины, сама закуталась в шаль — вечер был столь же пасмурным как утро, но не холодным — и пошла, вернее покатила, к храму.

Шла и понимала, что преувеличиваю и такого количества записок точно не будет, но добравшись до нужного переулка, шокировано распахнула глаза.

Очередь была огромной — от самой ниши в стене и до конца переулка. Впервые так. Раньше никогда-никогда не случалось. И как быть?

Несколько секунд я стояла в растерянности, а в итоге поняла, что соваться туда не стоит. С этой тачкой я слишком неповоротлива, да и заподозрить могут, если подойду.

Но забрать записки с такого расстояния? Это будет непросто. Я огляделась. Вокруг было ещё светло, народу много, но что делать? Я прикрыла глаза, призывая силу и сосредотачиваясь, затем сунула руку под шаль и украдкой щёлкнула пальцами.

Секунда, и мешковина, укрывавшая тачку, вздыбилась горкой, а там, вдалеке, в районе алтаря, кто-то ахнул. А я сосредоточилась снова и щёлкнула пальцами опять.

Всё! Бегом отсюда, пока не заметили! Схватившись за ручки, я покатила добычу дальше, мимо, к соседней, параллельной улице. Но бегство не помешало услышать громкий возглас:

— Оу! Вы это видели? Записки исчезли! И подношения! Они…

Верещавшая дама захлебнулась эмоциями, но её изумление подхватили остальные. Там, в переулке, словно взрыв случился — множество голосов, и все кричат, эмоционируют. М-да.

Ненавижу такие фокусы, после них у Феи Желаний работы в два раза больше. А касательно подношений — я забрала их не из жадности, просто место на алтаре освободить.

Там ведь, если не забирать, настоящий бардак начинается: цветы засыхают, булочки плесневеют, конфеты тают на солнце, а за мелкими монетами охотится каждый кому не лень — от шпаны и попрошаек, до клептоманов из числа аристократов. А я прямо не люблю, когда на посвящённом мне алтаре что-то выискивают. Шарятся там, копаются — брр!

Вот и перенесла. И сама же на себя наворчала. Просто гора под мешковиной вздыбилась ещё больше, а катить тачку стало совсем уж тяжело.

Но, опять-таки, а куда деваться? Вот я и покатила. Вперёд и вбок, мимо, и… Нет, любопытство оказалось сильнее здравого смысла. Вместо того, чтобы взять курс на собственную лавку, я опять свернула к храму и заглянула в переулок с другой стороны.

Ну а там…

Визг, гам, ажиотаж и назревающая драка. Девушки всех возрастов, увидав чудо, решили, что исполнять желания будут прямо сейчас, а повезёт той, что громче всех орёт.

Вот и сцепились. Ситуация была ещё мирной, но такой, что самое время закричать, призывая стражу. Я хотела, но в итоге промолчала — просто у меня тачка, и если кто-то из спорщиц решит «поблагодарить за вызов», далеко не убегу.

Всё! Я, наконец, решила поступить по-умному! Опять развернулась, и…

А вот дальше «ой».

Просто не вызванные стражники сами почуяли заварушку, а главная подлость заключалась в том, что впереди отряда вышагивал сам Грэм Эйнардс. Подтянутый, свежий, с широкой улыбкой на красивом на лице.

Я была убеждена, что после вчерашнего он минимум отвернётся, а мужчина не просто заметил, ещё и поздоровался:

— О, мисс Ами, какая встреча!

Прозвучало так, словно никаких неприятных откровений и не было. Словно это я не объясняла, куда Грэму пойти.

Но может дать вежливости? Или идеальная актёрская игра, чтобы сбить с толку?

— Добрый вечер, господин Эйнардс, — вежливо кивнула я и покатила тачку дальше.

Отряд прошёл мимо. Грэм лично заглянул в переулок, и я ушам не поверила, услышав:

— Эй, парни, вы тут сами разберитесь.

А потом не «парням», а одной клуше, которую подвела жажда зрелищ:

— Ами, золотко, ты куда так рванула? Подожди!

Рванула? Да если б я могла, то прыгнула в тачку и превратила ту в скоростную самоходную телегу. Дунула с места со скоростью ягуара — так, что только ветер в ушах и размытый след позади.

Но я не могла. Двух порций публичного волшебства на сегодня уже довольно.

— Хорошо-хорошо, я буду почтительней, — прилетел в спину новый возглас настигающего меня Грэма. — Мисс Ами, я просто очень рад вас видеть.

У-у-ы!

Новый начальник Департамента стражи оказался рядом, и я притормозила. Широко оскалилась, демонстрируя ответную «радость», но вместо желанного «ну прощайте, мисс Ами», услышала:

— Поговорить надо.

— О чём?

Грэм просиял:

— О погоде, конечно.

Я напряглась и не поверила, просто почуялась здесь некая ирония.

Назначенец тем временем посмотрел на тачку и, стоило мне решить, что он сейчас возьмётся за ручки, как Эйнардс обернулся и крикнул:

— Эй, боец!

От отряда готовых успокаивать население стражников тут же отделился молодой прыщавый паренёк и поскакал в нашу сторону.

— Давай-ка, помоги горожанке, — распорядился «Грэмушка».

Что? Даже не сам?

Разочарование было не то чтоб сильным, но я собралась взбрыкнуть. Передумала после того, как юный стражи посмотрел на меня большими, молящими глазами.

— Ладно, — я отошла в сторону, уступая место рулевого.

И уже Грэму, причём подчёркнуто недовольно:

— О чём же хотите поговорить?