Глава 32

Остаток дня прошёл как в тумане, а вечером выдержка закончилась. Заперев лавку, я перешла сначала на кухню, где съела целый противень запечённого мяса, а потом, сбрасывая на ходу одежду, отправилась наверх.

Блузка в сторону. Юбка бесформенной массой опадает на пол. Мягкие туфли летят, едва не сбивая в полёте настенный светильник. Нижняя сорочка осела на первой ступеньке лестницы, трусики упали на последнюю. Я добралась до шкафа с напитками и откупорила бутылку вина.

После первых двух глотков стало легче, и я выдохнула. Дошла до спальни, распахнула платяной шкаф.

Первую секцию занимали мои подчёркнуто-строгие платья, вторую — платья поярче и помоднее, но их я не носила. Последняя секция была отдушиной из разряда «очень личное». Такими нарядами человеческие портнихи не занимались, их я шила сама.

Порывшись в вешалках, вытащила самое любимое — тёмно-зелёное. Натянула на себя эту по факту тряпочку и, шагнув к напольному зеркалу, крутанулась несколько раз. Полностью открытая спина, глубокое декольте, длина на ладонь ниже попы… В таком образе даже самая смелая развратница не выйдет, но я-то фея! В нашей культуре голые коленки всегда были в порядке вещей.

С распущенными волосами я выглядела почти так же, как во времена своей юность. Одна нестыковка — в заповедных лесах не водилось проигрывателей, а у меня был!

Сделав ещё глоток, я вернулась в гостиную, открыла футляр и поставила пластинку. Пространство наполнилось тягучей музыкой, и я закружилась по комнате. Проблемы, как и дурное настроение, отступали, но не быстро. Примерно на середине бутылки, когда в голове уже запорхали бабочки, я наконец поняла, чего не хватает.

Конфеты. Сладкого хочу!

Покачиваясь и прихлёбывая из бокала, я спустилась на кухню. Заглянула в шкафчик, вытащила самую большую коробку с шоколадными ракушками и уже собиралась вернуться в гостиную, как заметила в окошке мужское лицо.

Окна кухни выходили на внутренний двор! Там никого и никогда не бывало, и быть не могло, поэтому я подпрыгнула от испуга.

Миг. Сердце перестало стучать, а потом забилось с тройной силой, набирая обороты бешенства. Просто во внутреннее окно моего скромного, но в целом защищённого жилища, заглядывал Грэм Эйнардс.

Его глаза сейчас напоминали две плошки. Главный стражник смотрел то на декольте, то на юбку, которая можно сказать отсутствовала. Он был в изумлении, а я…

Я застыла на несколько долгих секунд, а в итоге направилась к двери. Отодвинула засов, распахнула её и шагнула в ночь, на узенькое, состоящее из двух ступеней крыльцо.

Сразу повеяло холодом и сыростью — в небе собирались тучи, луна то появлялась, то исчезала.

— Что? — рявкнула я.

— Э-э-э… — ответил Грэм.

Он не вздрогнул, не устыдился. Стоял, как по голове ударенный, и, не отрываясь, пялился на меня.

Я смущаться не собиралась — это моя жизнь, моё личное пространство, в которое я Грэма не приглашала. И я была зла. Очень-очень зла!

— Что ты здесь делаешь? — не вопрос, рычание.

Эйнардс сглотнул и продолжил пялиться то в вырез декольте, то на ноги.

— Это частная территория, — пришлось перейти к объяснениям. — Внутренний двор моего дома, который огорожен забором. Как ты здесь оказался?

— Вы, — хрипло поправил стражник. — Ты ж сама сказала, что мы теперь на «вы».

Желание убивать стало запредельным, но меня отвлекли.

— Перелез, — Грэм с трудом перенёс внимание с груди на лицо. — Это не сложно, забор-то не высокий.

О, Небо, как мило!

— Я стучал, звонил, звал, а ты не открывала, — продолжил Эйнардс, — поэтому решил, что что-то случилось и перелез.

— А может меня просто дома не было? Такая мысль в твою гениальную голову не приходила?

— Приходила, — заявил Грэм внезапно. — Но на втором этаже горит свет, а твоя соседка, Полли, убедила, что ты дома. Она же подсказала попробовать с другой стороны. Мол, у тебя в жилых комнатах какая-то изоляция, чтобы улицу не слышать.

Я аж онемела от такого признания. Ну Полли, ну зараза. Фиг ей теперь вместо подарка на день рождения. Верно говорят — с такими друзьями и враги не нужны.

Упоминание подруги немного сбило ярость, поэтому сказала я почти спокойно:

— Вон отсюда.

Я указала на тот самый забор. Пусть лезет обратно. Уходит так же, как пришёл.

Но…

— Не могу, Золотце. Я по делу.

— По какому ещё делу?!

— Государственной важности, — Грэм «бессильно» развёл руками.

Пока я дышала, пытаясь справиться с бурей эмоций, Эйнардс опять принялся разглядывать моё предельно неприличное платье. По человеческим меркам я перед ним вообще как голая стояла.

Ну и ладно. Ну и пусть!

— Хорошо, — наконец приняла решение я. — Иди к лавке, сейчас открою.

Грэм очень удивился. Выразительно посмотрел на дверь в кухню и выдал «гениальное»:

— Да ладно тебе. Можем поговорить и так.

Он даже сделал шаг вперёд, намереваясь пройти, но я не дала — загородила проход грудью.

— К лавке! — мой голос перешёл в шипение. — К центральному входу!

Я не шутила и стражник, вздохнув, подчинился. Отправился вновь штурмовать забор.

Минут через пять я, накинув длинный шёлковый халат, впустила его в торговый зал и уставилась злобно. Дико хотелось взять ту самую сковородку и ударить его по голове раз сто — бум-бум-бум!

Только сковородка осталась на кухне, а я была здесь, и значит никак. Но! Когда Грэм заговорил, стало ясно, что за сковородкой можно и сбегать. Просто глава Департамента стражи, как выяснилось, явился для того, чтобы передать мне новую партию конфиската.

Очередные волшебные вещи, которые они изъяли у криминальных элементов и желали продать.