Глава 15

В ванной комнате Габриэля на зеркале до сих пор красовалась кровавая надпись о выкупе. Теперь она высохла и стала темно-коричневой. Мне очень хотелось стереть ее. Но, возможно, получится сделать анализ ДНК или снять отпечатки пальцев. Я повернулась спиной к отражению, стянула грязное платье и бросила в мусорную корзину. Когда я украла его, то рассчитывала вернуть. Но я пробиралась в нем по мутной реке, потом меня вырвало чаем, и в довершение всего я несколько часов провалялась в нем в грязных доках. Так что платью конец. Я включила душ – погорячее, чтобы кожа покраснела, – и шагнула под струи. Вокруг клубился пар, обжигающая вода стекала по телу. Что сейчас со Скарлетт? И почему голос той женщины показался чертовски знакомым?.. Я не могла вспомнить. Акцент британский, но ничего примечательного. Обычный акцент – без каких-то местных особенностей. Я намылилась с головы до ног, взбила пену с ароматом сирени и смыла. Через несколько минут я выключила душ и вышла в заполненную паром ванную комнату. Вытерлась полотенцем, надела нижнее белье, джинсы и хлопчатобумажную футболку. Затем встала перед зеркалом и нащупала отражение, проверяя свою магию, – как человек, который пытается наступить на вывихнутую лодыжку. Я действовала осторожно; тело напряглось, словно в ожидании боли отвержения. Но через несколько секунд все получилось: отражение соединилось с моим сознанием. Отсюда я смогла связаться с другим отражением через тостер на кухне Габриэля и наблюдать, как закипает чайник. Я не решилась прыгнуть сквозь отражение. Пока рано. Я вспомнила, каково это – оказаться в ловушке между отражениями; по спине пробежали мурашки, и я разорвала связь с отражением на кухне. Сквозь темно-бордовые разводы я смотрела на собственное лицо как на незнакомое. Эта женщина с розовыми взъерошенными волосами – не спецагент Кассандра Лидделл. Женщина, стоявшая передо мной, – Лилива, фертная. Пиявка страха. Та, кто питается человеческими страданиями, чьи собственные чувства – наркотик для фейри. И ее разыскивает ЦРУ. У меня была тысяча идей о том, что делать дальше. Можно попробовать найти Роана и обсудить наш следующий шаг. Можно попытаться связаться с ФБР, которое, надеюсь, поможет мне выйти на цээрушников. Можно вызвать сюда бригаду криминалистов, чтобы они исследовали записку. Я уставилась на себя в зеркало, задумавшись, выйдет ли похитительница на связь снова. У меня было предчувствие, что она это сделает. Было что-то… личное в том, как она обратилась ко мне в тот раз, наблюдая за мной через зеркало в ванной, и ее магия похожа на мою. Я ведь знаю ее, да? У нее знакомый голос… Я снова соединилась с отражением, ища Скарлетт. Ничего. Как и с Роаном. Я нахмурилась и отступила, чтобы рассмотреть послание на зеркале целиком. Выглядит как детский стишок – совсем как записка Рикса. Габриэль спрашивал меня про вероятность того, что и Рикс, и похититель общались с помощью детских стишков случайно. Это сходство важно, или просто фейри всегда так общаются с людьми? Конечно, все мог устроить какой-нибудь приспешник Рикса, разгневанный тем, что я прикончила этого ничтожного недокороля. Но тогда зачем эта шарада от кукловода? Зачем нужно, чтобы я носилась по Лондону с тазовой костью? Почему просто не убить меня? Нужно кое-что проверить. Я прошла в спальню за ноутбуком и вспомнила, что он остался на кухне. Во влажной от невысохших волос футболке я прошла на кухню. Ощущение чистоты после душа было восхитительным. Войдя на кухню, я улыбнулась при виде босого Габриэля в джинсах и серой футболке. Он жарил на сковороде яичницу. Играл джаз – похоже на вариацию песни «Наима»[17]. Я села за стол и открыла ноутбук. – Привет, красавчик. Детектив улыбнулся, на его щеке появилась ямочка. Он положил кусок яичницы на тост. – Как самочувствие? Я замялась: – Нормально. – Голодная? Я кое-что приготовил. – Нет. А я уже сказала спасибо за то, что ты приехал за мной в Кент? – Да, и все-таки поешь. – Он поставил передо мной тарелку и воткнул вилку в яичницу. Я послушно откусила кусочек, проглотила, открыла на ноутбуке браузер и стала искать статьи о детских стишках, фейри и психопатах. Судя по моему опыту, две последние категории часто совпадают. – Что за музыка? – поинтересовалась я. – Приятная. – Квинтет Лорен Гарднер. – Никогда о них не слышала. – Ну да. Мы никогда не пользовались особым успехом. Я подняла глаза от экрана и улыбнулась Габриэлю. – Я так понимаю, ты участник этого квинтета? Он пододвинул ко мне чашку чая: –Был. Много лет назад. – Дай-ка угадаю… фортепиано? Он сел напротив со своей тарелкой с яичницей. – Нет, это была Лорен. Я играл на барабанах. Я посмотрела на его атлетические руки и поняла: вот почему его плечи выглядят такими мощными. – Ах, барабаны… И ты по-прежнему играешь для себя. Он нахмурился: – Откуда знаешь? – Просто… – Я сглотнула комок в горле. – Твои руки. Или это, или ты много времени проводишь в спортзале. На его щеке снова появилась ямочка. – В любом случае музыка прекрасная, – продолжала я. – Я бы с удовольствием послушала еще. Когда… – Когда спасем твою подругу. Я кивнула, отправила в рот новую порцию яичницы, со вздохом просматривая кучу бесполезных статей о темном происхождении детских стишков, и покачала головой. – Что ты делаешь? – Пытаюсь расшифровать послание в ванной. Ты сказал, что «Люси Локет» – это старый детский стишок. А в основе записки Рикса была Червонная Королева[18]. – Пытаешься составить профиль похитителя? – Именно так. Кстати, – я пощупала шишку на лбу. – Вряд ли я смогу задержаться здесь надолго. В ЦРУ знают, что я фейри. И они думают, что я замешана в исчезновении Скарлетт. Я последняя, с кем ее видели. – Что-то мне не нравится, к чему все идет. – Когда я навестила лондонское отделение ЦРУ, произошла небольшая стычка, и они попытались меня пристрелить. – Потрясающе. – И, наверное, очень скоро они выйдут на тебя и явятся сюда. Детектив откинулся на стуле, проведя рукой по губам: – Гм-м-м… – Видимо, мне лучше поискать другое пристанище. Он нахмурился: – Я сниму тебе номер в отеле. Слезы щипали глаза. Габриэль невероятно щедр. – Почему ты мне помогаешь? – Потому что я не ублюдок и не хочу, чтобы твоя подруга умерла. – Ясно. – Я уронила вилку на тарелку, не в силах больше есть. – Спасибо. У меня появилась еще одна мысль. Тебе стóит пригласить сюда эксперта – проверить зеркало на… – Утром я уже позвонил Грейси. Она взяла то, что нужно. К сожалению, она не смогла получить отпечаток. Меня накрыла паника: – Если ЦРУ начнет допрашивать ее о том, что она видела… – Она никому ничего не скажет, Кассандра. Я ей доверяю. И она не обязана предоставлять информацию иностранным спецслужбам. Я испустила долгий размеренный вздох. Детектив кивнул на ноутбук: – Ты нашла что искала? – Нет. Мне нужно знать больше. Эта похитительница. Эта женщина. Почему она выбрала Скарлетт? Ее цель именно Скарлетт? Или я? – Возможно, и то и другое. – Правильно. Но чего она хочет? Ее первое задание выглядит совсем нелогичным. Зачем ей старая кость? В этом нет никакого смысла. –Первое задание? Думаешь, будут еще? Я сделала глоток чая. – Да. Я так думаю. И очень скоро. – Почему ты так решила? – Эта женщина наслаждалась острыми ощущениями от гонки. Ей нравится, когда все происходит быстро, непредсказуемо, напряженно. Очень скоро мы получим еще одно послание. И, прежде чем это произойдет, мне нужно узнать о ней больше. Нужно найти способ поговорить с ней, договориться. Я снова повернулась к ноутбуку и перешла по другой ссылке. Мне так и не попалось ни одной научной статьи на тему психопатии, детских стишков или даже просто стихотворений. Ничего, кроме кучи дерьмовых блогов. Я все равно просмотрела их, чувствуя, как слипаются глаза, и изо всех сил пытаясь осмыслить увиденное. В голове путалось. Вот если бы закрыть глаза на несколько секунд… – Кассандра, – Габриэль схватил меня за плечо. Я вздрогнула и подняла голову. Я заснула прямо за столом. – Что? – Я заморгала. – Смотри… На кухонном окне, выходившем на улицу, начали проступать слова.