Глава 5

Когда мы оказались на узкой улочке, щеки Скарлетт покраснели в соответствии с ее именем[11]. Она убрала пистолет в кобуру – подальше от чужих глаз. Тени от готических шпилей Гилдхолла наползали на камни цвета слоновой кости. При солнечном свете волосы подруги напоминали языки пламени. – Ты не случайно привела меня в бар Неблагих. – Я пыталась… Она подняла руку, приказывая молчать, достала телефон и прижала к уху: – Фултон? Привет, это Скарлетт. Слушай, я определила местоположение… Нет, черт возьми. Я выхватила мобильник, прервала разговор и сунула телефон себе за пазуху. Ее лицо исказилось от ярости, и на секунду я подумала, что она может наставить пистолет на меня. – Какого хрена, Кассандра? Я вздрогнула. Скарлетт никогда не называла меня полным именем. – Слушай, Скарлетт, не пори горячку. Ты совсем не понимаешь, что происходит. – Это я не понимаю, что происходит? – Она наставила на меня трясущийся палец. – Ты совсем наивная, если думаешь, что можешь дружить с фейри, Касс. Да окажись на твоем месте кто-нибудь другой, я бы уже арестовала тебя, понимаешь? Я тяжело вздохнула. – Понимаю, но я – не кто-нибудь другой. Это я. И ты хорошо меня знаешь, чтобы доверять мне. Я не идиотка. – Конечно, не идиотка. Но это не значит, что ты всегда мыслишь здраво. Вспомни, как в День святого Патрика ты пыталась целоваться в метро с парнем в костюме лепрекона… – Ладно! Я не прошу доверять моему мнению о смешивании напитков. Но прошу довериться мне сейчас. По крайней мере, пока сама не разберешься. – Я скрестила руки на груди. – У тебя какое-то предвзятое, ограниченное представление. Просто дай мне немного времени, чтобы объяснить. Нужно сказать ей. Объяснить, что я наполовину фейри, и надеяться, что подруга знает меня достаточно хорошо и поймет: я не опасна. Скарлетт сделала шаг навстречу, все еще наставив на меня палец: – Если фейри вырвутся и начнут бесчинствовать в Лондоне… – Дай мне двадцать минут. – Десять! – Хорошо! – Я вытащила ее телефон из-за пазухи и вернула подруге. – Но сначала отправь сообщение этому чуваку Фултону – напиши, что ошиблась. А то ваши парни, наверное, уже ищут тебя с вертолетами. Скарлетт с минуту пристально смотрела на меня. Я понимала: она злится из-за необходимости признать свою ошибку. Она невероятная перфекционистка. Тем не менее подруга взяла телефон и, ворча себе под нос, набрала сообщение. Я тем временем лихорадочно соображала, что ей рассказать, а что скрыть. Может, это инстинкт самосохранения, но я не хотела, чтобы Скарлетт узнала о поцелуях с Роаном. Она уже ненавидела его, и у меня было ощущение, что она готова на все, чтобы защитить меня. Конечно, Роан опасен, но ведь он спас мне жизнь и помог одолеть Рикса. Просто нужно рассказать Скарлетт свою пикси-историю и потом наблюдать, как она выбирает между лучшей подругой и своими глубокими убеждениями и преданностью человеческой расе. Все элементарно. Она должна мне поверить. Холодный ветерок пронесся над камнями цвета слоновой кости на Гилдхолл-сквер, играя моими розовыми волосами. Сердце бешено заколотилось. Я пока не могу рассказать ей о себе. Слишком много всего сразу. Скарлетт снова встретилась со мной взглядом, и я тяжело вздохнула. – Я слушаю, – произнесла она. Что ж, может, ничего страшного… – Есть две вещи. Во-первых, Роан. Он помог с расследованием, которое привело нас к Риксу. Он спас мне жизнь там, в церкви, где мы поймали Рикса. Он на нашей стороне. – Я глубоко вздохнула. – Я так считаю. Ее глаза напряженно блестели. – А во-вторых? – Я была в Триновантуме. Скарлетт стояла почти неподвижно, только ветерок теребил ее каштановые пряди. – Что? – выдохнула она. – Я не могу рассказать, как туда попала, – просто скажу, что была там. И я не думаю, что все Неблагие едины. Там идет борьба за власть, они конфликтуют друг с другом. Нужно это использовать. Заводить союзников и друзей. Ты меня понимаешь? Скарлетт схватила меня за руку. – Где портал? – Не скажу. Она ослабила хватку. – Потому что ты думаешь, что я пошлю туда отряд агентов? – Да. – А еще я не могу рассказать об этом, чтобы не выдать себя: что я фейри.– И, по-моему, чтобы попасть туда, нужен провожатый-фейри. Я уже сказала, что мне помог Роан. Скарлетт уставилась на меня, изучая мое лицо. – Ты многое недоговариваешь. Я скрестила руки на груди. – Ладно. Подробности потом. Но суть ты поняла. – А что думает твое подразделение ФБР об этом маленьком путешествии в Триновантум? Ты ведь не скрыла от них, где портал. Я положила руки ей на плечи, пристально глядя подруге в глаза: – Нет никакого подразделения, Скарлетт. Только я, и всё. У нее отвисла челюсть. – Касс… ты серьезно? Ты просто случайно столкнулась с этим? – Я ничего не знала о фейри, когда впервые приехала в Лондон. В ФБР нет подразделения по борьбе с фейри. Мой рапорт в зарубежном отделении ФБР в принципе был бессмысленным, потому что мне пришлось скрыть все, что касается магии. Теперь они считают меня лгуньей. В общем-то, так и есть. Между бровями Скарлетт пролегла складка. – И ты убила Рикса… случайно? Ты знаешь, что наши парни пытались убить его четыре раза? Четыре гребаных раза, Касс. А ты нашла его в церкви с ножом и убила вот так запросто? Я нахмурилась. – Знаешь, я очень хороший оперативник. И, как я сказала, мне помогал Роан. Ты уже поняла, к чему я клоню? Насчет союзников? Среди фейри могут быть те, кто хочет нам помочь, объединиться перед величайшей серьезной угрозой. Такие, как Элвин, не являются нашими целями, и если вы возьмете штурмом бар Лероя или найдете портал фейри, то просто начнете войну. Фейри против людей. Знаешь, что произойдет, если фейри развяжут террор против людей в полную силу, Скарлетт? Они уничтожат нас. Вам нужно действовать как раньше. Тайно. Осторожно. Используя двойных агентов. Твою мать, постарайтесь не светиться. Скарлетт закусила нижнюю губу. – Ладно. Мне нужно обсудить все с шефом: это не тот уровень, когда я могу решать сама. – Она смотрела на меня сквозь косые лучи послеполуденного света, обдумывая мои слова. – Но ты говоришь дело. Я облегченно вздохнула, но вздох застрял в горле: со стороны центральной улицы и пешеходной площади послышались крики. Сердцебиение участилось. – Что за шум, черт возьми? – Я направилась туда, Скарлетт следом. Пока мы приближались к Гришэм-стрит, крики становились громче. – Похоже, там рассерженная толпа, – Скарлетт потянулась за пистолетом. Я бросила на нее предостерегающий взгляд. Лондонцы действительно не привыкли видеть оружие, особенно у людей в штатском. Мы вышли из-за угла на Гришэм-стрит, и мое сердце замерло. Небольшая толпа собралась перед старой каменной церковью с высокими стеклянными окнами. Двое мужчин сжимали в руках импровизированное оружие – деревянную палку и обрезок металлической трубы. Я стала пробиваться сквозь толпу с криком: – Что происходит? Женщина средних лет указала на вооруженных мужчин: – Тех двух джентльменов приняли за парней, о которых писали в газетах. Люди с сумками. Я так не думаю, но меня никто не слушает. Кто-то вызвал полицию. Двое молодых людей испуганно вжались в стену. Если не считать цвета кожи и возраста, они совсем не походили на мужчин из газет. Возбуждение и страх толпы растекались по моей крови, наполняя силой. Кто-то жаждал крови. Кого-то охватил страх, их тела вибрировали от паники. – Почему вы думаете, что это мы? – вызывающе крикнул один из них. Один из линчевателей стиснул в руке палку: – Дождемся полиции, и пускай разбирается. Какой-то мужчина крикнул из толпы: – Да отпустите их! Это не они. Второй пленник нахмурился: – Чушь собачья, чувак. Я не собираюсь торчать здесь из-за этого. Он попытался уйти, но один из головорезов толкнул его обратно к стене. Парень нанес ответный удар сильным хуком справа. В следующую секунду в воздухе замелькали кулаки и палки. Половина толпы бросилась на защиту «парней с сумками», остальные пытались напасть на них. Ужас воспламенил мою силу. Скарлетт потянулась за пистолетом, но я вцепилась ей в руку: – Никакого оружия. Приедут копы. Они не знают, кто ты, и могут на тебя напасть. – Тогда врукопашную, – предложила Скарлетт. – Ладно. Ты используешь кулаки, а я магию. Мы протолкались в центр толпы. Краем глаза я наблюдала, как Скарлетт ловко обезоружила одного из нападавших. Чей-то локоть врезался мне в спину, но страх толпы пел в крови, подстегивая действовать. Прикрывая голову от ударов, которые сыпались на меня дождем, я посмотрела вверх, на огромные церковные окна, ощутив связь с их отражениями. Совместив их, представила бушующий огонь и позволила отражениям вспыхнуть. Я сама создала этот огненный ад, и стекло ревело от воображаемого пламени. – Пожар! – закричала я, указывая на огонь. – Церковь сейчас взорвется! Толпа с воплями бросилась врассыпную. Оба пленника пустились наутек вниз по Гришэм-стрит, и я перевела дух. В рассеивающейся толпе я искала Скарлетт, но нигде не видела ее яркую каштановую гриву. Какого черта? Она же была совсем рядом… – Скарлетт? – позвала я, возвращаясь к Гилдхоллу. Улица совсем опустела. Это не похоже на Скарлетт – вот так взять и бросить меня в опасности. Она из тех друзей, кто сначала вытащит тебя в безопасное место и только после этого побеспокоится о себе. Я вытащила из кармана мобильник и лихорадочно набрала номер. Но ее телефон не отвечал. Вместо этого звонок просто оборвался.