Глава 43

Ромуэл и Крамель.

Дракон разжал лапы и с жестоким удовольствием проследил за тем, как орущий и размахивающий руками Крамель, пролетев довольно большое расстояние вниз, распластался на пустынном песчаном берегу, в нескольких километрах от города. Потом сделал пару кругов над поверженным противником, приземлился, принял человеческий облик, подошёл и сел рядом с неподвижным телом, устремив задумчивый взгляд на уже почти полностью скрывшийся за кромкой водной глади солнечный диск.

Долго ждать не пришлось. Крамель застонал, медленно открыл глаза и хрипло выдавил:

— Ну ты и сволочь, Ром.

— Ты поторопись, скоро прилив начнётся, — хмыкнул в ответ беглый генерал Дальви.

Крамель с трудом скосил на него взгляд и растянул губы в фальшивой улыбке, демонстрируя окровавленные зубы.

— Жестоко.

— Заслужил, — коротко ответил Ромуэл.

На этом разговор пока закончился. Крамель сосредоточился на восстановлении покалеченного тела, запустив пальцы в песок и черпая из него силы, как могут только те, в ком есть хотя бы капля крови духов песка. Подул лёгкий стелящийся песчаный позёмок, собирая песок вокруг него — привет от затесавшегося в предках духа ветра.

Лишь благодаря этим особенностям происхождения Крамель остался жив после такого фатального падения. Впрочем, Ромуэл об этой его особенности прекрасно знал. Не впервые Крамель вот так падал в песок из драконьих лап. Только в прошлый раз это было сделано во спасение, сейчас же чистой воды месть.

Но Крамель не обижался, понимая, что заслужил. Решение устроить другу медовый месяц с новоиспечённой женой таким нетривиальным способом пришло в его голову спонтанно. Собственно, как и большинство решений в его неспокойной жизни. Практика показывала, что именно такие, безумные на первый взгляд, идеи приводят к положительному результату. Но в этот раз что-то пошло не так.

То ли Ромуэл в стремлении спасти истинную оказался чрезмерно упёртым и несгибаемым, то ли сама истинная, учитывая её происхождение, слишком отличалась от местных женщин. Уже неважно почему, но эти двое бездарно потратили почти неделю, так и не договорившись!

Это одновременно поражало и подстёгивало к более активным действиям. Хотя, пожалуй, с действиями лучше повременить. Всё же возможности регенерации у полукровки не безграничны, а дракон в гневе — страшная сила.

К тому моменту, когда береговая линия начала приближаться, Крамель уже смог сесть. Он посмотрел вдаль, на последние солнечные отсветы у горизонта, глубоко вдохнул, закашлялся и сплюнул на песок сгусток крови. Ромуэл сопроводил все его действия лишь мимолётным взглядом. Он ждал…

— Ну вот чего вам надо? — не выдержал молчания Крамель. — Я же все условия для вас создал! Неделю, почти целую неделю вы провели в этом райском уголке. В одном доме! Причём маленьком, заметь, особо не побегать друг от друга. А вы? Так бездарно потратить подаренное судьбой время…

— Ты себя судьбой именуешь? — хмыкнул Ромуэл.

— Не передёргивай, — огрызнулся Крамель.

И отполз чуть назад. Для восстановления ему нужен был сухой песок, а вода неумолимо подбиралась всё ближе.

— Ты же её любишь, — тихо произнёс он.

— Это неважно, — мотнул головой Ромуэл.

— Ещё как важно! От этого вообще всё зависит! — воскликнул Крамель.

— Вот уж не думал, что ты такой романтик, — усмехнулся дракон, обернувшись.

— Ты и половины не знаешь, — гордо заявил Крамель. — Но сейчас речь не обо мне. Ты же сам остался с ней, так почему держишься на расстоянии?

— Да потому что ты подставил меня! — вскочил Ромуэл. — Я вынужден был задержаться, чтобы переждать, пока всё уляжется. Ещё пара дней и…

— Ты сам-то себе веришь? — перебил его Крамель. — Чего пережидать? Ты буквально украл главную надежду Пламенных земель. Тут сколько не жди, искать не перестанут. Не обманывай хотя бы себя. Ты задержался из-за неё. Не смог оставить. И правильно сделал, кстати. А вот то, что упёрся, как тупой пустынный бранозуб, в корне неправильно. Только ваша любовь спасёт и Пламенные земли, и деву твою огненную.

— Ничего бредовее не слышал, — угрюмо произнёс Дальви, сложив руки на груди. — Думаешь, тебя спасёт эта романтическая чушь?

— Спасёт, ещё как! И меня, и вообще всех, — покивал Крамель, медленно вставая. Это я и пытаюсь до тебя донести. Пророчество, я же тебе говорил, что общеизвестна укороченная и изменённая версия.

— Ничего ты мне не говорил, — нахмурился Ромуэл.

— Точно! — хлопнул себя по лбу Крамель, от чего покачнулся и чуть не упал. — Думал, что тебе, а это Таня была.

— Поясни, — ещё больше насторожился Дальви.

— В общем, я ещё тогда, сразу после вашего визита… Ты ещё не извинился за тот удар, незаслуженный кстати. Ну да ладно, потом это обсудим. Сейчас речь о другом. Я тогда связался с тобой и всё рассказал, но не сразу понял, что на призыв шкатулки ответил не ты, а твоя Таня. Когда дошло, сразу же отправился к тебе. Рискнул своей жизнью, между прочим, пробравшись в самый центр столицы. А там всё так завертелось, что поговорить нормально так и не удалось.

— Завертелось? Это ты всё завертел до такой степени, что мне пришлось подаваться в бега! — сжал кулаки Ромуэл.

— Да это Танина идея была! Она сказала, что если бы вы остались одни, в стороне от всех этих ваших генералов, всё и сложилось бы. Вот я и устроил вам уединение, а вы!

Дальви рывком приблизился к Крамелю, схватил его за грудки, встряхнул и, сверкая драконьими глазами, прорычал:

— Что сложилось⁈ Да ты всё уничтожил!

— Ошибаешься, друг, — помотал головой Крамель. — Всё ещё можно исправить. Если ты наконец выслушаешь, хотя бы меня, раз жену слушать не хочешь.

— Да не могу я её слушать! — оттолкнув Крамеля, воскликнул Ромуэл. Отвернулся, запустил руку в волосы и тихо добавил: — Из последних сил держусь на расстоянии. Ломаю себя, запихиваю боль глубоко и отстраняюсь, как могу. Её голос, запах — всё сводит с ума. Она моя истинная, половина моей души, но нам нельзя быть вместе. Если я буду рядом, её рано или поздно найдут. Да и не смогу я так, вечно бежать и отсиживаться, когда там гибнут мои собратья и люди, которых я поклялся защищать.

— Это всё ненужно, — с грустной улыбкой проговорил Крамель. Он и не подозревал, насколько тяжело его другу.

А Ромуэл резко повернулся, прищурился и выдохнул:

— Ты хоть представляешь, каково это, выбирать между тысячами жизней, за которые ты в ответе, и той единственной, ради которой готов пожертвовать всем? Я не могу допустить, чтобы Тана погибла, спасая Пламенные земли, таковая моя драконья суть, и мира мало за жизнь истинной! Но каждой частичкой души каждое мгновение я осознаю, что это приведёт к тысячам новых бессмысленных жертв. Война продолжится и неизвестно, появится ли новая Пламенная дева когда-нибудь, чтобы остановить кровопролитие. Лучше уж сдохнуть в бою, так хоть кого-то смогу спасти…

— Ты не торопись собой жертвовать, — поднял руки Крамель. — Всё можно решить гораздо проще.

— Да? Ну так поведай мне, как же это можно решить, — язвительно усмехнулся Ромуэл, разведя руки в стороны. — Я вот выхода не вижу.

— А слушать потому что не умеешь, — пробурчал Крамель. Увидел недобрый блеск в драконьих глазах и поспешил продолжить: — Всё-всё, не свирепей. Пророчество лучше послушай. В сокращённой версии говорится «Пламенная дева сгорит в победном огне, уничтожив зло и возродив мёртвые пески»…

— Я знаю его наизусть, как и все в Пламенных землях.

— Да не перебивай ты! Это урезанная и слегка подкорректированная интерпретация. А полностью изначальное пророчество звучит так «Пламенная дева, познав и приняв истинную любовь огненного, сгорит и возродится в победном огне, уничтожив зло и возродив былую жизнь мёртвых песков». Разницу улавливаешь?

— Не понял. Повтори, — нахмурился Ромуэл.

— Пламенная дева, познав и приняв истинную любовь огненного, сгорит и возродится в победном огне, уничтожив зло и возродив былую жизнь мёртвых песков, — послушно повторил Крамель. Выждал с полминуты и добавил: — Вы с Таней должны быть вместе, полюбить и принять друг друга, если ты не понял. Тогда она и спасёт всех, и сама жива останется.

Ромуэл медленно сел на песок, не обращая внимания на то, что вода уже подобралась совсем близко и замочила его одежду. Он пытался осознать услышанное и боялся поверить.

Крамель сел рядом, но подальше от воды, и продолжил рассуждать:

— Как я понял, речь о том, что магия Тани, если она полностью овладеет ею с твоей помощью, сможет обернуть вспять процессы, спаявшие духов ветра и песка. Кровожадное время извратило пророчество, подстроив его под желания страждущих. Спасение духов пустыни стало уничтожением врага, а прочие подробности опустили, как не вписывающиеся в картину войны романтические детали. А в них-то, в этих деталях, и кроется вся суть! Полюбить вы должны друг друга, по-настоящему, тогда её магия расцветёт и наберёт полную силу. А ты шарахаешься от неё, обрубаешь все попытки сблизиться на корню. Страшно представить, чего бедная девочка натерпелась от тебя, такого упрямого.

— Так вот почему она тогда пришла ко мне ночью… — едва слышно проговорил Ромуэл. — А я… И утром повёл себя, как последний… А она терпела всё…

— Какие интригующие намёки, — протянул Крамель. — Расскажешь?

Вместо ответа Ромуэл Дальви вскочил и тут же начал обращаться в дракона. Крамель едва успел отбежать в сторону, чтобы не зацепило оборотом и не прибило огромным драконьим хвостом. А потом ему и вовсе пришлось хвататься за драконью лапу, когда тот стремительно взлетал.