3

Я столбенею. Это шутка? Или всё-таки…

— Ты серьезно?

— Абсолютно, — кивает он. — Проходи. Ну давай, Полина, не стесняйся.

Мое сердце вдруг срывается на бег, когда я перевожу взгляд с витрины, заполненной этим кружевным искушением, на Астахова.

Он стоит в своей непробиваемой позе, одна бровь приподнята, а на губах знаменитая ухмылка, которая сейчас не просто раздражает. Я в бешенстве.

— Астахов, ты обалдел? — шагаю назад и вздрагиваю, когда ощущаю его ладонь на пояснице. Нет. В бешенстве я сейчас.

— Не паникуй, — спокойно отзывается он, подталкивая меня вперед. — Мы здесь за купальником. Там будет бассейн. Но если хочешь… — в его глазах мелькает нездоровый блеск. — Я помогу тебе и с выбором трусов.

— Какой еще бассейн? На улице пятнадцать градусов, — возмущаюсь я, игнорируя его вопиющее предложение.

— Подогреваемый, — смотрит на меня, как на слабоумную. — Вперед за купальником.

Пытаясь сохранить достоинство, я шагаю к ряду купальников с гордо поднятой головой. Олег появляется у меня за спиной практически сразу, видимо, и не планируя оставаться в стороне.

— Вот этот, тебе подойдет.

Он вытаскивает ярко-красный бикини с треугольниками, которые едва ли смогут прикрыть важные места на моем теле.

— Даже не думай, — отвечаю я, дергая его руку вниз и сразу направляясь к ряду с закрытыми моделями.

Схватив один из слитных купальников, я иду к кассе и протягиваю его милой девушке. Уж купальник я куплю сама. Но пока ищу карту в сумке, за моей спиной появляется Астахов и неспешно кладет рядом… да, тот самый красный бикини.

— Моя невеста скромничает, — весело заявляет он кассиру и переводит на меня лукавый взгляд.

Устраивать скандал на публике на радость всем я не намерена. Развернувшись, направляюсь к дверям и жду Олега снаружи.

— Надеюсь, ты осознаешь, что это красное недоразумение скорее ты наденешь сам, — бросаю в сердцах, пока мы выходим из торгового центра.

— Я бываю очень убедительным, когда хочу, — ухмыляется Астахов.

Я тоже не из робкого десятка. Так что еще посмотрим, кого настигнет участь дефилировать в стрингах.

Вслух я этого, конечно же, не говорю. Молча сажусь в машину и закрываю глаза, планируя проснуться уже в горах.

— Последняя остановка, и в путь, — грохочет голос Олега, выдергивая меня из сна.

— Что на этот раз? — спрашиваю я с легким отчаянием.

— Сейчас увидишь.

На очередной парковке я вдруг испытываю странное волнение, когда бросаю взгляд на вывеску. Ювелирный салон.

— Астахов…

— Моя «невеста» не может быть без кольца, — понимает меня без слов и выходит из машины.

Ювелирный салон встречает нас прохладным воздухом кондиционера и блеском витрин. Я иду за Олегом, как заправский пленник, при этом не переставая нервничать. Ему явно нравится эта игра — он выглядит так, будто торжествует каждую минуту.

Довольным выглядит и консультант, будто уже знает, что с пустыми руками мы отсюда не выйдем.

— Покажите нам вот это, — тычет пальцем Олег на ободок с нехилым бриллиантом, а затем обращается ко мне: — Примерь.

— Не слишком ли дорогое удовольствие для двух дней театра? — шиплю я, стараясь говорить тихо.

Он бросает на меня взгляд, полный того фирменного Астаховского спокойствия, которое действует мне на нервы.

— Предлагаешь, завалить план на старте? — усмехается он. — Никто не поверит, что я зажал нормальное кольцо для своей невесты.

— Даже у меня не повернется язык назвать тебя скупердяем… — бурчу под нос, пытаясь унять волнение, когда примеряю кольцо.

— Берем, — отрезает коротко и готовит карту к оплате.

Консультант быстро упаковывает покупку в крохотную коробочку и с сияющей улыбкой протягивает картонный пакетик Олегу. Я в этот момент молчу. Ума не приложу, чего так разнервничалась то?

Но когда мы садимся в машину, волнение подскакивает до критической отметки. Меня пронзает ужасная мысль…

— Как... мы будем спать?

Сердце замирает в ужасе. По мере того как на лице Олега появляется ехидная улыбка, моя надежда на раздельные комнаты медленно тает.

Почему я не подумала об этом раньше? Например, когда укладывала в сумку короткий пеньюар?

— Лежа, — ухмыляется он.

— Астахов!

Как же хочется его встряхнуть. Стереть это спокойствие с лица. И вместе с тем я чувствую, как мои щеки нагреваются…

— Не волнуйся, нам выделят комнату, — думает, что утешает меня.

Я пытаюсь выровнять дыхание и напоминаю себе ради чего вообще всё это делаю, как он вдруг добавляет:

— С одной кроватью.