Глава 23

Глава 23

В офисе все как всегда: калейдоскоп лиц, звонки, документы. Я исчезаю за монитором, судорожно перебирая файлы и задания, до самого вечера жду, что он зайдет и хоть что-то скажет. Напряжение растет — никто из сотрудников глаз не спускает с моего кольца, все шепчутся за спиной.

Смотрю на огромный рубиновый камень и понимаю, что больше так не смогу…

К концу дня Ярослав выходит из кабинета.

— Все, свободны! — громко перекрывая суету, объявляет он всему офису, хотя ещё час до закрытия. — Софья, зайди ко мне.

Воздух будто электризуется. Я захожу к нему в кабинет решительно, но когда ловлю его взгляд, теряюсь. Ноги становятся ватными, а слова не хотят произноситься.

— Я хотел поговорить, — он садится в кресло, указывая мне на то, что стоит напротив него.

— Что случилось? — остаюсь стоять в дверях — Решил, наконец, уделить мне хотя бы минуту?

Ярослав, хмурится.

— Софья, не начинай.

— А почему бы и нет? После того, что между нами было, ты себя ведешь, как последний придурок! — кидаю ему в лицо правду, и он резко встаёт.

Энергетика бешеная, она сбивает, заставляет отступить.

— А чего ты хотела, Соф? — надвигается на меня, нервируя. — Я бизнесмен, с утра были такие… — выругавшись, он выдыхает и останавливается ко мне слишком близко. — Я впервые потерял контроль, полностью увлекшись тобой. Понимаешь?

Его голос становится мягче, массивная рука резко дергает на себя за талию.

— Я, черт возьми, вообще на все забил. Как мне вести себя, если на работе из-за этого херня происходит?

— Я… хочу уволиться, — запинаюсь, оттенок досады в голосе предательски ломает мне слова.

— Разве то, что я сказал тебе вчера, для тебя пустой звук? Я не собираюсь отпускать тебя, София, — ведет по шее пальцем вверх до самых губ. Оттягивает нижнюю и приникает ко мне, глубоко целуя.

Воздух мгновенно кончается. Ноги подкашиваются, и он придерживает меня, прижимая к своей груди.

— Ты с самого утра в моей голове. Я бесился каждый раз, когда думал о тебе, когда у меня была пи*дец какая проблема на работе. И даже сейчас… я сдыхаю, потому что ты сидишь за стенкой. Потому что пахнет тобой помещение секретариата, и я хочу делать вот так, — зарывается мне в шею и шумно вдыхает.

— Ты просто мог поговорить утром, и ничего бы этого не было, — хнычу в ответ. — Я подумала, что для тебя наша ночь ничего не значит…

Он поднимает на меня расфокусированный взгляд и усмехается.

— Думаешь, я позволил бы тогда надеть на тебя это? — он берет мою руку, касается кольца. — Это не для сцены. Не для бабушки. Это фамильное кольцо моей семьи, которое, черт подери, я хочу видеть на твоей руке.

Я пытаюсь оттолкнуться, злость и обида все ещё сидит внутри, хотя я и понимаю, что он сам борется с чувствами. Мне одновременно приятно и в то же время страшно. Разве я могу принять это?

Странная вещь — женская логика. Игнорирует — плохо, показывает слабость — ещё хуже, потому что во втором случае не заслуживаешь этого ты…

— Ты мог… просто обнять меня! — я почти шепчу, понимая, что аргументы давно кончились, как и его объяснения, потому что в следующий момент его ладони уже зарываются в мои волосы, и он целует меня, грубо, жадно, срывая оставшееся в нас напряжение.

Я вздрагиваю, сдаюсь, цепляюсь за его шею, забывая все. Слышу, как он отчетливо говорит:

— Я старался не думать о тебе весь день, каждый гребаный час… не вышло.

Я не знаю, что ответить. Его руки уже подхватывают меня, я легко, будто невесомая, оказываюсь на прохладной поверхности стола. Бумаги рассыпаются, ручки скользят по деревянной поверхности и с характерным звуком катятся на пол.

— Софья, — его голос хриплый, низкий, — прости, но я проиграл тебе, — хищно улыбается и совсем не выглядит проигравшим.

— Чтоб все проигравшие выглядели так, как сейчас ты, — шепчу я, цепляясь за пуговицу его рубашки.

Он быстро, с диким азартом стягивает с меня блузку, руки жадно гладят кожу, будто стараются наверстать пропущенное за день. В его прикосновениях нет раскаяния, есть только жажда уверенности, тактильное доказательство его бешеного желания.

Тянусь рукой к его ремню и судорожно расстегиваю. Жар между ног достигает предела, мы словно раскаленные угли, стягиваем друг с друга одежду.

Слава отодвигает край моих трусиков и одним уверенным толчком входит до упора, одновременно с этим проникая в мой рот поцелуем.

Дыхание срывает, царапаю его шею, выгибаюсь навстречу ритмичным жестким толчкам, ощущая, как низ живота не просто горит, он полыхает от желания, жжения и дикого возбуждения.

Когда скорость его движений достигает предела, откидываюсь на стол, открывая ему вид размещавшихся по его столу волос и обнаженной груди, которую он не оставляет без внимания. Сминает, сливаясь со мной в бешеном ритме, и я рассыпаюсь на мириады частиц, громко простонав его имя.

Он даже не пытался прикрыть мне рот, а я совсем не думала о том, что мы в офисе.

Спустя несколько толчков, он с характерным рыком наклоняется, целуя меня в ключицу и пальцами блуждая по телу.

Тяжело дыша в унисон, мы лежим и смотрим друг на друга.

— Теперь поговорим? — шепчет Ярослав, целуя мою щеку.

— Нет, — сама тянусь к его губам , — еще пять минут…

Он улыбается, а потом совершенно серьезно говорит:

— Переезжай ко мне, Соф. Давай забудем о контракте.