Глава 22

Честно, я сама не понимаю, чего пытаюсь добиться своими нарядами. Первого шага от Стаса? Или просто пытаюсь раздраконить мужа? Но теперь все мои домашние шорты и платья едва прикрывают попу, а всё началось с одного дурацкого платья. – Проще сразу голой встречать мужа с работы, – прокомментировала Данька, когда я ей скинула фото себя из примерочной. Долго не могла решить брать платье или нет. Оно не такое уж и открытое. Наоборот, на первый взгляд скромное и слишком простое. Тонкий хлопковый сарафан на едва заметных бретельках, невинного бледно-розового цвета. Село оно лучше, чем на фото: подчеркнуло каждый изгиб фигуры. Соблазнительно выставило ложбинку груди напоказ, а открытые плечи выглядели хрупкими. К таким вещам я не совсем привыкла, поэтому и поинтересовалась мнением со стороны. После ответа подруги платье выкупила. Немного подумав, заказала ещё одно такое же, но в другом цвете. Ох, с каким же нетерпением я тогда ждала возвращения мужа. Сделала лёгкую укладку и нанесла незаметный, естественный макияж. Для большего эффекта. Результат мне понравился: невинность на грани с порочностью. Или наоборот? Неважно. Но я долго любовалась отражением в зеркале. Представляла себе реакцию Королёва. В моих фантазиях Стас должен был сорваться. Чуть ли не с порога потерять контроль и нарушить наши договорённости. Я сама не понимала, тогда и сейчас, хотела от него срыва или нет. Смогла бы остановить мужа в последний момент, щёлкнуть по носу и сбежать в свою комнату, сославшись на договор. Или утонула бы в страсти вместе с ним. Как бы там ни было, но реальность оказалась другой. – Милое платье, Анька, – сказал Стас с ухмылкой и скрылся в своей комнате, а через полчаса снова уехал на всю ночь. Какое же я испытывала тогда разочарование. И злость. Самую настоящую, сжигающую изнутри злость. Для меня его отъезд стал чем-то вроде вызова. Я начала экспериментировать с домашней одеждой. Иногда в медовых глазах я замечала порочный блеск, но муж умело держал себя в руках, чем лишь сильнее будил во мне азарт. Лишь на публике Стас давал себе волю. С каждым нашим совместным выходом Королёв позволял себе всё больше. Поцелуи глубже, объятия горячее. Особенно если на горизонте появлялся Тарас. Вроде конфликт давно исчерпан, но Стасу будто было важно показать сыну мэра, кому я принадлежу. – Ты ведёшь себя как мальчишка. Ещё бы язык ему показал. – Какого хрена он тебя постоянно пожирает глазами? Ты моя жена. И снова показательное выступление: страстные объятия и безумный поцелуй, после которого ноги отказывались меня держать. – В твоём новом положении не положено себя так вести, – упрекаю хриплым голосом, – всё-таки ты теперь слуга народа, а позволяешь себе слишком многое. Да. Наша свадьба помогла Стасу достичь нужной победы. Он выиграл выборы, влез в политику. Получил нужную ему власть. – Ошибаешься, дорогая жена, народ, наоборот, оценит, что я не скрываю чувств к тебе. Эта игра стала для нас двоих привычна: наедине я дразню, на публике он позволяет себе чуть больше, чем положено. Мы можем вместе вечером смотреть фильм. При этом я комфортно устраиваюсь в его объятиях. Или он вольготно растягивается на диване, укладывая свою голову на мои колени, а я перебираю его короткие волосы. Со стороны всё это выглядит как вечер влюблённых. Идеальная картинка, которая обязательно рушится очередным невозвращением Стаса домой. Вот так меня, как маятник, каждый раз качает от одной грани чувств к другой. До конца договора остаётся совсем немного времени. Ремонт в моей квартире сделан, и я уже представляю, как, обретя долгожданную свободу, перееду туда. Всё случившееся забуду, как сон. Сладкий, приятный, но всё-таки несбыточный сон. Стасу не нужна я. Такие, как он, никогда не остепенятся, а я за прошедшие годы поняла, что хочу семью. Чтобы было всё это, но по-настоящему. Не на камеру и публику. И чтобы с первыми титрами на экране не заканчивалось. Мы обычно заказываем еду, но сегодня я решаю приготовить сама. Отвлекусь от тяжёлой рабочей недели и ненужных мыслей. Включаю любимую музыку и пританцовывая, порхаю по кухне. Усталость улетучивается, уступая место хорошему настроению. Когда противень с курицей и картофелем отправляется в духовой шкаф, распрямившись, оборачиваюсь и натыкаюсь на пристальный взгляд медовых глаз. – Привет, – выходит чуть тише обычного. Но, как бы глупо ни звучало, меня предаёт собственное тело. По коже разбегаются миллиарды мурашек, а ноги невольно сжимаю вместе. Стас ничего не отвечает. Медленно скользит взглядом по моим обнажённым ногам. Словно ощупывает их миллиметр за миллиметром. Мне даже кажется, что я ощущаю эти фантомные прикосновения, отчего становится тяжелее дышать. Воздух в лёгких обжигает меня. Впервые за долгое время я не рада, что на мне настолько короткие шорты, которые с лёгкостью можно принять за трусы. И хотя удлинённая майка скрывает их, но я всё равно сейчас чувствую себя голой. «Доигралась», – единственная мысль в моей голове, когда Стас начинает неспешно приближаться. И надо бы бежать, но вместо этого я стою на месте, как пригвождённая. Провожу кончиком языка по пересохшим губам, о чём сразу же жалею. Так как в медовых глазах разгорается самое настоящее, опасное для меня пламя.