29 глава

Кажется, я попала.

Нет, не в плане попаданства, а всерьез. В такой переплет, который мог только присниться в кошмарах.

Морлен привязал меня к стулу в своем кабинете ― как он это уже делал с Коралин в… так скажем, оригинальном сюжете. Привязал ― и ушел.

Я знаю, куда он ушел. Он поехал к моему так называемому папеньке, чтобы привезти его сюда и шантажировать. Эта сцена мне хорошо врезалась в память. Такое забудешь…

И это после того, как я ― не без помощи Лидии, Финна и Андерса, конечно, ― наняла людей, чтобы облагородить его замок!

Хороша благодарность.

Такое ощущение, что он ненавидит меня просто за то, что я есть. Такая вот безусловная ненависть. Удостоилась же…

Ведь я даже не Ашер, и он это знает. У него с генералом какие-то счеты ― но я-то здесь при чем?

Зла на него не хватает.

А теперь сижу здесь, руки затекли, спина задеревенела… И не покричишь же. Этот гад грозился наказать старика Финна ни за что и вполне способен выполнить обещанное. С него станется.

Не знаю, сколько так сижу, теряю счет времени. Самое интересное, что меня никто не хватился. А может быть, ищут, да только не там.

Знаю одно: я не имею права соглашаться ни на какую помощь. Морлен настолько жесток, что выполнит угрозу. А я не хочу видеть, как он мучит беззащитного старика. Пусть уж лучше меня…

Ведь по сюжету Коралин выжила. Значит, выживу и я. Все будет в порядке.

Это я так себя уговариваю, хотя с каждой минутой становится дурно.

А когда за дверью раздаются шаги, которые все приближаются, в глазах темнеет.

Как в тумане вижу входящего Морлена, а за ним ― отца.

― Вот, полюбуйтесь. ― Мой драгоценный муж указывает на меня, а я выхватываю взглядом висящий на его поясе кинжал, которого раньше не было. Мало того, он кладет на него руку, будто хочет вытащить из ножен.

― Это и все, что вы хотели мне показать, лорд Морлен? ― протягивает папенька скучающим тоном, едва скользнув по мне взглядом.

― А этого мало? ― Тот, сверкнув хищным взглядом, медленно подходит ко мне.

Иногда лучше не знать своего будущего, особенно, если оно не сулит ничего хорошего. Вот как сейчас.

Но мне немного с этим не повезло.

Морлен ожидаемо хватает меня за шею и немного сдавливает.

― Вы сейчас же скажете мне, какой артефакт использовали, чтобы навредить Дэвиану, и где этот артефакт сейчас находится, ― цедит он сквозь зубы.

― Вы мне приказываете? ― Тот иронично приподнимает бровь.

― Или я придушу вашу дочь, как последнюю собаку!

Он сжимает мое горло чуть сильнее, но не настолько сильно, чтобы я перестала дышать.

Помнится, в книге он душил Коралин до такой степени, пока та не потеряла сознание. Отец до конца держался, не выдавал своей тайны, но в сюжете речь шла вовсе не об артефакте, а о каких-то поддельных бумагах.

От мысли, что Морлен может и впрямь меня сейчас убить, дыхание становится неглубоким и прерывистым.

― Серьезно? ― слышу я вполне спокойный голос отца с прежними ироничными нотками. ― Вы считаете, что меня можно шантажировать… этим?

Последнее слово он произносит с таким презрением, будто «это» ― то есть, я ― не стоит и капли его жалости.

Кажется, Морлен тоже немного впал в ступор. Наверное, не ожидал такой выдержки от генерала. Точнее ― такого откровенного пофигизма.

― Но это же… ваша дочь! ― В его голосе сквозит неподдельное изумление.

― И что? ― в который раз поражает отец. Да, пусть я ему и не дочь, но он воспитывал Фэй, видел ее каждый день в своем доме на протяжении восемнадцати лет. Вон, даже у прожженного злодея и то голос дрогнул, а этому хоть бы хны!

Хотя… стоп. Этот человек видел мою метку истинности, или как там ее назвала Лидия.

Значит, он ― родной отец Фэй, что бы себе ни придумывал.

― А то, что сейчас она… ― угрожающе начинает мой муж.

― Да хватит вам, Морлен, ― снисходительно произносит отец, что звучит довольно жутко в сложившейся ситуации. ― Меня дешевыми спектаклями не пронять.

― Я не бросаю слов на ветер!

― Делайте с ней, что хотите, она принадлежит вам, я то здесь при чем! ― возмущенно произносит тот, а потом… уходит.

Просто уходит, хлопнув дверью и оставив меня наедине с истязателем.

Морлен, проследив за ним тяжелым взглядом, кладет руку на ножны. А потом резким движением вынимает кинжал.