Глава 31

– Это определенно точно лишнее, – сглотнув, сообщила мужу и отодвинулась немного дальше для убедительности. Одно дело нечаянные объятия во время сна или вынужденный контакт на лошади и совершенно другое – осознанно позволить трогать себя, да еще и так интимно. – Ты же понимаешь, Эллис, что без этого завтрашнее утро покажется тебе еще хуже, чем недавняя порка розгами, –как только Дэй произнес эту фразу, моя челюсть отвалилась сама собой. Жестокое напоминание о предательстве подданных и самых болезненных моментах моей жизни. – Мы слишком долго скакали верхом сегодня, и твое тело нуждается расслаблении. В отличие от остальных оно не натренировано на подобные нагрузки. Позволь мне позаботиться о тебе, – князь говорил, а точнее заговаривал мне зубы и приближался осторожно. Истинный охотник, загнавший добычу, и теперь собиравшийся взять ее голыми руками. В буквальном смысле. И я, как глупая лань, сидела на месте, прикованная решительным и потемневшим взглядом Эстахара. Ждала собственной участи, не принимая больше попыток к побегу. – Н-не надо, Дэй, – только и смогла выдавить из себя. – Надо, Эллис, – покачал головой князь, ухватил за щиколотку и принялся тянуть на себя. – Иначе завтра весь день будешь стонать от боли, а у нас важная миссия, если помнишь. Уже завтра мы доберемся до первой узловой точки и начнем претворять наш план в жизнь. Так что потерпи лучше сегодня, зато утром будешь чувствовать себя как заново родившейся. Тебе в мужья достался опытный воин, который знает, как помочь перетруженным мышцам, – последние слова он произносил уже практически мне в лицо. Как-то так умудрился сделать Дэйрат, что я, пока развешивала уши и слушала его убедительные речи, оказалась распластанной на нашей лежанке, а руки дракона уже вовсю расстегивали пуговки на моей одежде. – Дэй! – запищала я и задергалась. – Прекрати! Нас же видят твои воины, что они подумают? Я не могу так! – торопливо и жалобно шептала я, сжимая кулачками разъезжающиеся полы жакета. Видимо, отчаяние, плескавшееся у меня в глазах, заставило мужа остановиться. – Лежи, как лежишь, – рыкнул он и поднялся с меня. Из груди вырвался протяжный выдох облегчения. Князь отошел к деревьям, очень быстро вернулся с двумя длинными палками и воткнул их в землю. Развесил плащ, сделав из него подобие изгороди, и снова подобрался ко мне. Навис сверху: – Вообще-то, как твой законный муж я не делаю ничего предосудительного или запретного. Так что мои люди ничего не подумают, – низким шепотом сообщил он мне на ухо, от чего острые мурашки, покалывая кожу, пробежали вниз по позвоночнику. – Ты ведь обещал, Дэй, – задушено напомнила мужу о его же словах, уже не зная, что и думать. – Мы договаривались… – И я не собираюсь обманывать тебя, – князь говорил одно, а вот его руки – совершенно другое. Ловкие пальцы успели избавить меня от жакета и блузки и переместились на застежку штанов. Я кусала губы, ерзала, пытаясь убежать от обжигающих касаний, и шипела на мужа из последних сил. Громко сопротивляться не позволяло воспитание – все-таки воины могли услышать. – Тебе понравится, Эллис, обещаю, – сообщил муж, когда я, как он и хотел, осталась лишь в одной нижней сорочке и исподнем. Тут же пришло осознание, что я проиграла. Сейчас Дэйрат сделает со мной все, что запланировал, а мне останется лишь покориться. Зажмурилась изо всех сил, приготовившись терпеть свою долю, и сжала руки в кулаки. – Какая самоотдача, – издевательски присвистнул муж. – Перевернись на животик, драгоценная супруга, так нам будет удобнее. Отвечать сочла ниже собственного достоинства. Переместилась так, как он попросил, и застыла в напряженном ожидании. Спустя целую вечность, в которую для меня растянулись несколько мгновений, горячий палец прошелся вдоль позвоночника, ощутимо надавливая. – Очень плохо, – сообщил Дэйрат. – Тебе нужно постараться расслабиться, иначе ничего у нас не получится. – Издеваеш-ш-шься? – прошипела зло и почувствовала, как от гнева на висках, скулах и кистях рук выступают золотистые чешуйки. По ним тут же пробежались наглые пальцы. – Красиво, – протянул задумчиво муж. – Получается, ты у меня и впрямь драгоценная. Еще бы не надумывала лишнего в своей прекрасной головке, цены бы тебе не было, Эллис. И пока я переваривала странные слова мужа, его ладони легли мне на плечи рядом с шеей и принялись делать что-то поистине волшебное. Руки мужа мягко и в то же время уверенно разминали затекшие мышцы. Последние отзывались острой болью, а после – расслабленным наслаждением. Не знаю, каким образом, но Эстахар точно угадывал точки, где у меня ныло больше всего, и прорабатывал из особенно тщательно. Очень быстро смущение отошло на задний план. Потому что то, что я ощущала, отдавшись на волю рук обсидианового князя, было до восхитительного прекрасно. – Можешь стонать вслух, – подсказал он, когда увидел, как я утыкаюсь носом в собственный плащ, расстеленный поверх хвойной лежанки. – Я повесил полог, не пропускающий звуки. И я перестала сдерживать себя. Похныкивала, стонала, урчала от удовольствия. А потом и сама не заметила, как уснула. Наутро, вспомнив, чем закончился вчерашний вечер, долго отводила взгляд и смотрела исключительно себе под ноги. Перевести его на мужчин казалось чем-то непреодолимым. Зато Дэйрат вел себя как ни в чем ни бывало, хотя я точно слышала, как потяжелело дыхание князя, когда я с наслаждением стонала, отдавшись его умелым рукам. Наверное, вчерашнее попросту меркло по сравнению с тем, что ждало нас сегодня – первая узловая точка.