Глава 43

На этот раз мы не останавливаемся даже для того, чтобы переночевать. Несемся на скакунах куда-то вперед, стараясь держаться безлюдных мест. Давно заброшенные дороги и подлески – наше укрытие. Все вокруг для меня смешалось в единую серую смазанную картину. Утро, вечер, день ничем не отличались между собой, а время растянулось и размылось как самый настоящий океан. Только ночь накрывала темнотой и позволяла подремать немного в надежных объятиях Дэйрата. Я точно знала, что муж не позволит случиться ничему плохому. Пару раз над нами пролетал патруль алмазных, и тогда приходилось замирать на месте, накидывая на наш отряд маскировочное заклинание. Один раз мы наткнулись на группку рубиновых драконов, но те даже не заинтересовались путниками, предпочтя распивать что-то из засаленных фляг и громогласно хохотать возле костра. Вместе с ними сидели две девицы весьма фривольного вида, и я дернулась, чтобы попросить мужа спасти их от опасной компании, но Эстахар на этот раз отказал. – Поверь, эти девушки прекрасно понимают, что их ждет, – только и ответил муж. Но обижаться на него я не смогла. И правда, мы не могли подвергать миссию опасности, отвлекаясь на посторонние проблемы. Как княгиня я понимала, что две жизни против судеб сотен тысяч не имеют никакого веса, а как молодая девушка – что мне жаль этих незадачливых глупышек. А кони все несли вперед, и я уже давно начала чувствовать себя игрушечным болванчиком. Точно также равномерно болталась, и не осталось ничего, кроме этого монотонного движения. Разве что руки Дэйрата, неизменно удерживавшие меня в вертикальном положении, его торс, ставший для меня надежнее любой каменной стены, и сухие, немного обветренные губы, периодически прикасавшиеся к моим вискам. Кажется, весь путь до узловой точки я проделала, пребывая в какой-то туманной полудреме. – Мы на месте, – сообщил Арх, когда кони неожиданно для меня замедлились. Я устало запрокинула голову. И снова в небе над нами сияла магическая печать – произведение искусства. Сложнейшей конструкции плоский цветок, составленный из геометрических фигур, концентрически повторявшихся тысячи раз. Тончайшая, виртуозная работа, направленная на смерть и разрушения, как ни прискорбно. – Не будем тянуть время! – скомандовал князь. – Давай, Элли, работаем, как в прошлый раз. Справишься? – легонько встряхнул меня он. – А у нас есть выбор? – я растянула давно онемевшие губы в улыбке. Все вокруг начало шататься и плыть. Как будто что-то одно, мы или пространство, непременно должно было двигаться, и остановившись, мы передали движение всему вокруг. Повела плечами, поерзала тазом, дернула руками и ногами. Тысячи иголочек в один миг пронзили все мое затекшее тело. – Ай! – прохныкала тут же. Эстахар нахмурился. – Доставайте пока кристаллы, а я помогу княгине. Муж стащил меня с лошади и уложил прямо на голую землю. В другой раз я, быть может, и испытала бы что-нибудь сродни возмущению, но после нечеловечески длительной скачки любая поверхность воспринималась едва ли не императорской периной. – Где болит? – руки Дэя со знанием дела ощупывали меня, ища повреждения, а я впервые чувствовала лишь болезненные уколы по всему телу. И никаких тебе мурашек или бабочек внутри живота! Так обидно сделалось от этой несправедливости. А что, если теперь всегда будет так? Ну что я за женщина, неполноценная какая-то… На глаза навернулись слезы. – Везде, – простонала, отворачиваясь. Собственное нахлынувшее горе хотелось переживать в одиночку. Да и как озвучить свои страхи, если вдруг муж спросит? Это же… нелепо как-то. – У тебя затекло все от слишком продолжительной скачки. Сейчас разгоню кровь, – князь принялся разминать все мое тело, а я послушной куклой лежала на земле. Пялилась на красоту узловой точки уже безо всякого благоговения и мысленно звала свои мурашки, оживавшие обычно при каждом прикосновении князя. Ну хоть что-нибудь же должно было отозваться на касания мужчины во мне! Бесполезно. Никакого волнения… Наверное, я издала какой-то звук или еще как выдала себя. Потому что Дэй вдруг застыл, а потом ладонью повернул мое лицо к себе и всмотрелся обеспокоенно. – Элли… – простонал он, словно разделял мою боль. Уткнулся лбом мне в грудь. – Прости, милая, это моя вина. Я не рассчитал, что твое тело гораздо более хрупкое, чем мы все привыкли, и не способно выдерживать такие же нагрузки. Еще одно испытание, которому я тебя подверг. Сможешь ли ты простить меня когда-нибудь, драгоценная? Тебе в мужья досталось самое настоящее чудовище… Мое сердце наконец пропустило удар. А потом понеслось со скоростью, не меньшей, чем развивали модифицированные скакуны обсидиановых. Непослушными руками и притянула к себе лицо Эстахара и заглянула в темные завораживающие глаза. – Я бы ни за что в жизни не хотела себе другого мужа, – призналась тихо и первая потянулась к губам князя, чувствуя жгучую необходимость подкрепить слова делом. И на этот раз мои бабочки вспорхнули так стремительно, что мне казалось – это я вдруг оторвалась от земли и лечу. Мир вокруг завертелся с утроенной силой от той нежности, с которой касался меня муж. Проснувшиеся как по заказу мурашки прогнали все те колючие иголочки, что терзали мое тело. Теперь его с упоением терзал совсем другой хищник, и не было ему равных на всем свете.