Глава 39. Лиза

Снова приезжаю в универ одна. Как ни старалась, не могу заставить Артура нормально посещать пары. Сказал мне, что поедет на работу, срочное дело.

Скорее всего, обманывает. Ну, ладно уж, я стала легко к этому относиться, у всех есть недостатки.

Раньше он казался мне таким циничным и наглым, бесчувственным. Сейчас я понимаю, что богатый образ жизни наложил, конечно, на Артура свой отпечаток, он не понимает многих вещей, даже самых простых, например, сколько стоят продукты в супермаркете, и он, скорее всего, не задумывается, что есть люди, которые годами копят деньги для каких-то покупок.

Но при этом моему мужу каким-то чудом удалось остаться добрым человеком внутри. Я не знаю, может, он таким родился. А может, это наши чувства и любовь изменили его… Про Марка я не могу сказать то же самое. Он жестокой и холодный. Я не понимаю Элину нисколько, любая любовь умерла бы при таком отношении, тем более, безответная. А она терпит. Собираюсь ещё раз поговорить с ней о возможном разводе. Хоть Артур и будет ругать меня за то, что я вмешиваюсь в их дела, я знаю, что на самом деле он сочувствует Элине и тоже не понимает своего брата…

Нехорошо злорадствовать, но я улыбаюсь и радуюсь: хорошо, что мне достался Артур, который всегда хорошо ко мне относился. Хоть я и не замечала этого раньше (или старалась не замечать). Он спас меня от бандитов, всегда провожал до общежития, а как ухаживал за мной, когда я болела… В общем, я сейчас вообще не могу вспомнить, за что я его ненавидела. И почему он мне раньше казался засранцем.

Подсаживаюсь к Асе с широкой улыбкой на лице, здороваюсь. Она отвечает мне тяжелым, хмурым взглядом. Мне все равно. От любви я реально летать готова, и такой пустяк, как недовольство подружки не может испортить мое потрясающее настроение.

А оно просто лучше некуда. Никогда себя так не чувствовала. Как будто я получила какую-то способность и теперь знаю наперёд: все будет хорошо, впереди счастье, море счастья. Артур меня любит.

Может, я так реагирую, потому что долгое время у меня в жизни не было по-настоящему близких и родных людей. Маму с папой я потеряла рано. «Я тебя люблю» моего первого парня ничего не стоило, и вот теперь, наконец-то, в моей жизни появился близкий человек.

– Я знаю, что ты не хочешь со мной разговаривать, но я все равно намерена тебе сказать! И выслушай меня, пожалуйста, Лиза, – заявляет Ася.

– Хорошо, давай, – говорю я все также с улыбкой.

В этом мире не существует НИ-ЧЕ-ГО, что могло бы испортить мне настроение.

– Артур тебе изменяет.

Эти слова оглушают, как сильная пощёчина, я, вообще-то, не верю, не смогу поверить, но я больше не улыбаюсь.

Ася за все четыре года нашей дружбы никогда не врала мне. И я знаю, что она не из тех, кто будет говорить то, в чем не уверена. Поэтому я не понимаю, зачем она сейчас так делает.

– Зачем ты мне врешь? – спрашиваю.

– Я сама видела, Лиза!

– Что ты видела? – спрашиваю я, но не даю ей ответить, кричу на весь универ:

– Я тебе не верю! Ты это специально, ты до такой степени не можешь успокоиться. Оставь меня в покое!

Иду в туалет, умываюсь и пытаюсь прийти в себя. Вот же выбесила. Подруга, называется. Я не буду это слушать, не буду. Мне неинтересно, какие у нее там аргументы, ей просто не нравится Артур, она придумала это специально, чтобы нас поссорить, как глупо!

Так я борюсь с собой, а когда уже собираюсь вернуться в аудиторию, вижу в зеркале отражение Аси. Она очень грустная.

– Лиза, я желаю тебе счастья и добра. Скажи, Артур был в клубе позавчера?

Разворачиваюсь и скрещиваю руки на груди.

– Ну, был.

– Я видела его с другой. Он уединился с ней в приват-комнате.

– Ася, перестань мне врать!

– Я не вру! Тебе лучше собрать вещи и поскорее бросить его, – на этих словах моя подруга начинает трястись и плакать. Это я тоже вижу первый раз в жизни.

Что вообще происходит? Мне значит, якобы изменил муж, а ревет и плачет сейчас на корточках Ася?

Артур

Обещал Лизе съездить на работу хотя бы, вот и спускаюсь, чтобы поехать в офис. Не знаю, как будет дальше, а сейчас не хочется обманывать друг друга даже в таких незначительных мелочах.

Спускаюсь и думаю о том, как много всего произошло за последние сутки. Я уверен, что ещё немного поуговариваю Лизу, и она согласится забеременеть.

И нет, это не только, чтобы удержать ее рядом, хоть мне и невыносимо думать, что она будет целых три месяца жить без меня в чужой стране.

Просто с детьми это же уже настоящая семья, это продолжение, все по-серьезному, дальше некуда, а вот с Лизой и хочется именно так. Ещё тешит мысль, что хоть где-то я утру нос старшему братцу: если у меня вперёд родится сын, будет здорово. Мой сын не будет, как я в детстве, получать незаслуженные тумаки просто так.

Захожу на кухню, чтобы чего-нибудь перекусить перед работой, и замираю перед немой сценой.

Моя мама вся заплаканная, вытирает слёзы салфеткой, а напротив неё сидит Света.

Вот черт, я уже почти забыл, как выглядит эта ненормальная, что она здесь делает?

Бл*ть, да чем вообще можно так расстроить мою мать?

– Кто-то умер? – спрашиваю и подхожу к холодильнику, достаю еду в контейнере.

– Нет, наоборот, Артур, скоро родится, – отвечает мама.

Я усмехаюсь, осматриваю Свету. Да, вроде похожа на беременную, появился едва заметный живот.

– И чего ты тогда плачешь, ма? Свет, ты беременна? Поздравляю, а чего сюда пришла? – останавливаюсь, потому что мозг пронзает мерзкая догадка, я даже сажусь на свободный стул:

– От Марка, что ли?

– Артур, перестань! – кричат хором.

Света пытается выдавить из себя слезу, а вот мама искренне плачет.

– Я ничего не понимаю, что происходит? – спрашиваю.

– Артур, это твой ребёнок, – говорит Света.

Минуту пытаюсь переварить услышанное. Может, показалось? Ну, не до такой же степени Света дура? Не знает, что ли, откуда дети берутся?

– Пздц, как смешно, только я с тобой не спал, – говорю я Свете.

Мама с надеждой поднимает глаза. Даже мой мат пропускает мимо ушей, а обычно ругается.

Света играет дальше, глупо хихикает:

– Ты был очень пьяный, не помнишь, как мы проснулись в одной постели абсолютно голые?

– Я все хорошо помню, я тогда с тобой точно не спал, – повторяю ровным тоном.

– Света, скажи правду, ведь это легко проверить, не обманывай, – вмешивается моя мама.

А у меня челюсти сводит от злости, встаю из-за стола, хватаю Свету за руку и тащу ее в ближайшую свободную комнату. Надо с ней поговорить и не при моей маме.

Завожу в нашу прачечную. Домработница при виде нас тактично выходит, запираю дверь.

Мама тарабанит:

– Артур, держи себя в руках, она все-таки беременна!

Света смотрит с вызовом, не боится.

– Чей это ребёнок? – рычу я.

– Твой, – отвечает, как в ни в чем не бывало.

– Непорочное зачатие?

– Очень даче порочное, жаль, что ты не помнишь!

Прижимаю Свету к стенке, она вскрикивает, говорю ей:

– Хорошо, если ты так хорошо все запомнила, скажи, справа или слева от члена у меня татуировка?

Света хватает ртом воздух, думает недолго и выпаливает:

– Не помню, ведь я тоже была пьяна… Кажется, справа.

– А нет у меня никакой татуировки, Света. Я ещё раз спрашиваю: чей это ребёнок?

В глазах Светы появляются слёзы. Кричит: «Твой! Твой! Твой» и пытается меня оттолкнуть, но я только ещё больше злюсь и сжимаю ей горло рукой.

– Отпусти, – шепчет.

Я отпускаю и говорю:

– Он не мой, выметайся отсюда.

Отхожу от неё в сторону, но Света не торопится. Произносит:

– Хорошо, Артур, я расскажу тебе правду. Чтобы ты знал, как сильно я тебя люблю.