Глава 13

К моменту, когда мы приехали с Драгунским на приём, я окончательно поставила для себя точку в том, что касалось брака с Мечниковым. А далее, пока живот не был заметен, мне предстояло решить важный вопрос: куда бежать и где проводить ближайшее время, когда ребёнок родится?

Об этом с Филиппом мы говорили вскользь. Я опасалась поднимать тему, связанную с его фиктивным предложением, Драгунский тоже не спешил беседовать о таких щепетильных вопросах. Обсудили лишь, что я буду получать приличное жалование в течение всего декретного отпуска, который Фил был готов продлить аж до исполнения ребёнку трёх лет.

В ответ я пообещала принимать непосредственное участие в делах фирмы, даже когда у меня на руках окажется младенец. И про себя сделала пометку, что работать смогу даже из-за границы, о чём пока Драгунскому не говорила.

– Кажется, твой муж тоже здесь. Причём с Надей, – проговорил Филипп, который подошёл ко мне и, извинившись перед моим собеседником, отвёл меня в сторону.

Я вздрогнула, хотя рассчитывала, что это парочка таких острых эмоций вызывать у меня уже не будет. Но я ведь так ни разу и не видела мужа и его любовницу вместе с момента, когда Мечников объявил об их воссоединении. И, чего греха таить, не хотела бы видеть впредь.

– А… хорошо, – отозвалась я как можно более безэмоционально.

Однако от Филиппа моя истинная реакция не укрылась. Он взглянул на меня так, будто хотел проникнуть в душу и там прочесть все то, что я надёжно прятала, и уточнил:

– Хочешь, уйдём?

Я замотала головой. Ещё чего! Драгунский был здесь в том числе и по делу. У него намечались какие-то важные сделки и переговоры, а где ещё достигать предварительных договорённостей, как ни на подобных мероприятиях?

– Нет, ты что? – отмахнулась я, уже заметив Никиту, под руку которого держала совершенно счастливая Надин. – Всё в полном порядке.

Мечников был зол. Судя по всему, мужу совершенно не нравилось лицезреть меня здесь с Филом. Но что поделать? Теперь у нас вот такая жизнь порознь и редкие встречи под руку с другими людьми.

– Пойду возьму шампанского, – уведомила я Драгунского, и когда тот приподнял бровь, пояснила: – Для маскировки.

Мы обменялись понимающими улыбками, которые, как оказалось, тоже весьма не понравились Нику. Как только я оказалась вне общества Филиппа, муж отлепил от себя Надю и, бросив её одну посреди банкетного зала, направился ко мне размашистым шагом.

– Привет, – поздоровался он, когда я успела хоть немного приготовиться к тому, что мне предстоит беседа с Никитой. – Как дела?

Я повернулась и, сделав вид, что пригубила шампанское, бокал которого взяла со столика, улыбнулась.

– Привет, всё прекрасно. Как у тебя?

Ну просто милота, а не беседа!

– Нормально, – буркнул Мечников.

Какое-то время он постоял, как будто сомневался в том, что нам есть, о чём говорить дальше, потом чуть наклонился ко мне и спросил:

– Можно тебя на конфиденциальный разговор?

Я даже не удержалась и округлила глаза. Огляделась. Вроде бы нас никто не подслушивал, так что я совершенно не представляла, что именно имеет в виду под «конфиденциальностью» Мечников.

– Нам нужно куда-то отойти? – уточнила на всякий случай.

Он кивнул, а я поджала губы. И что муж задумал, интересно?

Отыскав глазами Драгунского, я поняла, что он занят разговором. Какое-то время пораздумала, стоит ли идти куда бы то ни было с Ником, затем всё же кивнула.

– Давай, только ненадолго, – смилостивилась над Никитой.

Муж взял меня под локоть и увлёк в сторону лестницы, которая вела на второй этаж. Оттуда можно было выйти на застеклённую террасу с видом на реку. Однако подниматься наверх мы не стали – Нику хватило и укромного уголка, который располагался под ступенями.

– Ты совсем по мне не скучаешь? – спросил Мечников, когда мы остались наедине.

При этом Никита встал так, чтобы перегородить мне своей мощной фигурой весь обзор.

– А ты позвал меня на разговор об этом с глазу на глаз, чтобы нас не слышала твоя любовница? Кстати, ты же сообщил ей радостную весть о том, что скоро станешь свободным мужчиной?

И опять, как и в прошлые разы, когда мы с Ником точно так же вели разговоры ни о чём, лицо Мечникова исказила недовольная гримаса, которая, впрочем, тут же исчезла. Он очень тяжело вздохнул и, взъерошив волосы пятернёй, сказал:

– Мне нужны твои женские знания.

Прозвучало так, что я даже не сдержалась и нервно хихикнула. А Мечников, не обращая на это внимания, продолжил:

– Когда в последний раз мы встречались у нас дома, я видел там коробку с тестами, – начал он, и я почувствовала, как все краски исчезают с моего лица.

Кровь устремилась к сердцу, потом ниже, сосредоточилась в ногах, которые стали ватными. А мозг думать окончательно перестал.

– Это же Эльвиры, правильно? – продолжил Ник, и я перевела дух. – Я помню, вы устраивали её беременную фотосессию. Она не говорила тебе, когда сделала первый тест и узнала про ребёнка? Это быстро случилось, или прошло какое-то время от задержки?

Пока Мечников сыпал своими вопросами и умозаключениями, я стояла ни жива, ни мертва, и понимала, что не смогу пошевелить даже пальцем, не то что языком. А Ник, выдав мне всё это, замолчал и принялся ждать ответов, которых я дать ему не могла по весьма объективным причинам.

Он какое-то время смотрел на меня вопросительно, а затем его лицо исказила гримаса – будто бы муж мысленно до чего-то дошёл и сейчас переваривал этот вывод.

– Постой… Или это твои тесты… и ты беременна от… Драгунского? – выдохнул он, взирая на меня, как на врага народа.

Ответить ему на это я не успела. Позади мужа вырос словно из-под земли Филипп, который пророкотал:

– Именно так! Лиза беременна от Драгунского, – он изобразил шутливый поклон, – и скоро мы поженимся.

– Вот и славно! – тут же вторил ему голос Надин, пока я вертела головой туда-сюда, мало что понимая в происходящем. – Милый, ты тоже обрадовал бывшую жену тем, что у нас будет ребёнок? Самое время объявить всем знакомым, что мы приглашаем их на свадьбу!