Глава 20

Даша из спора решила устроить целое шоу. Стол застелен белоснежной простынёй, так как скатерти в этом доме не нашлось, а стол жюри просто обязан быть со скатертью! Кирилл выделил простыню со словами: “Ткань и ткань, разница небольшая – на кровать или на стол её стелить”. Мы все сидим в ряд, а перед нами стоят тарелки с кашей. Егор стоит чуть в стороне, руки сложены за спиной, а на лице привычная самоуверенная улыбка. Он даже не сомневается в своей победе. Надо отдать должное, каша на самом деле выглядит хорошо. Нужной консистенции и комочков не видно. Даша с важным видом стоит напротив, тоже поглядывает в наши тарелки и как-то подозрительно улыбается. И что только задумала моя малышка? – Правила нашего спора простые, – деловито озвучивает, – каша должна набрать большее количество “за”, чем “против”. Нас пять человек, значит, ничьи точно не будет. – Мы тоже участвуем? – кажется, Котов начинает подозревать неладное. Дочка со всем присущим ей обаянием улыбается и мило тянет: – А что, мы не люди и кашу есть не будем? Котов задумывается на минуту, но поддаётся. Кивает соглашаясь. – Тогда я первый вынесу вердикт: каша превосходная. Лидочка уже успела утопить ложку в вязкой жиже, зачерпнула побольше и в рот отправила. Промычала что-то, подняла большой палец вверх. – Превосходно! – Мама? Пробую. Неожиданно неплохо. Даже придраться особо не к чему. Но разве я могу не поддержать Дашу? – Котов, почти справился, но ты забыл про соль. Егор кидает в мою сторону многообещающий взгляд, который я встречаю с вызовом. Несколько секунд молчаливой борьбы, и он, хмыкнув, снова смотрит на Дашу. – Пробовать будешь? Та кивает. Демонстративно долго дегустирует. Словно не кашу, а дорогое вино. Проглатывает. Указательным пальчиком по губам постукивает. – У тебя были все шансы на победу, но… – театрально вздыхает, делает вид, что сожалеет, – ты забыл про ягоду. – Какую ягоду? Этого в условиях не было! – Но всем известно, что каша с ягодами вкуснее. Первым громко, несдержанно начинает ржать Кирилл, потом и мы с Лидой перестаём скрывать свои улыбки. – Тебя сделали, братец! Егор не спешит соглашаться с таким положением вещей: – Пока у нас ничья, ты ещё кашу не пробовал. Твой голос решающий, Кир. И надеюсь, ты не подведёшь. Кирилл, в отличие от нас всех, не обходится одной ложкой. Он уже доедает свою порцию. – От правды не уйти, с ягодами было бы лучше. Ты проиграл! – выносит вердикт. – Так какого лешего ты всё умял? – Егор ворчит на брата. – Не пропадать же добру. Кир подмигивает счастливой Дашке и встаёт из-за стола. Через дверь на веранду уходит на улицу. Лида тут же спешит за ним. Котов переводит недовольный взгляд с меня на дочь, потом обратно. Я лишь молча плечами пожимаю. – Окей, будем считать, ты выиграла. Хотя играла нечестно. – Почему же? – Даша складывает руки на груди и смотрит на Котова с вызовом. – Я сказала, что каша нужна, как я люблю. Мы играем в семью, а папы обычно знают такие мелочи о своих детях. Ауч. – Даша, – торможу дочь, которая, сама того не зная, проехалась по больной мозоли. – Что, мам? – Дашка светится оттого, что смогла обхитрить Егора, и совершенно не замечает мрачного взгляда мужчины. – Он сам предложил такую игру, а во всех фильмах герои сразу узнают друг о друге информацию, чтобы не сесть в лужу при посторонних. – Ты права, этот момент я упустил. Сегодня, значит, будем изучать информацию друг о друге. А теперь рассказывай про своё желание. Дочь смотрит на меня, прикусывает губу, переводит взгляд на Котова. Вижу, что сомневается, но недолго. Даша со всей решительностью в позе, взгляде и голосе озвучивает свою просьбу, прямо глядя в глаза Егора: – Разберись с теми мужиками, которые угрожали маме. Котов замирает в неестественной позе, словно кто-то нажал на паузу. Секунда… Вторая… Ещё одна… Егор отмирает. Поворачивается медленно. По его глазам понимаю сразу. Разберётся. Со всеми разберётся. И начнёт он с меня. – Ничего не хочешь мне рассказать? – Поговорим вечером, – взглядом показываю на дочь. – Хорошо, а сейчас бегите переодеваться в купальники, поедем кататься на лодке. Заодно и узнаем друг о друге различные мелочи. Котов улыбается дочери и выходит на веранду, а я выдыхаю. Сдуваюсь, как воздушный шар. Волна облегчения нахлынывает на меня. Я и сама планировала всё рассказать Котову, но боялась. По сути, кто мы друг другу? Два посторонних человека. И зачем ему тогда влезать в мои проблемы? Но и самой соваться к кредиторам нет никакого желания. Неизвестно, чем эта встреча закончится. – Ты не злишься на меня, мам? Треплю дочь по светлым волосам. – Нисколько. Ты молодец у меня. Пошли переодеваться, не будем заставлять Егора ждать. Когда мы с дочерью приходим на причал, то сразу замечаем рядом с большой современной лодкой, больше напоминающую яхту, маленькую, деревянную, с вёслами. Котов как раз заканчивает устанавливать вёсла. Поднимает голову, демонстрирует мальчишескую улыбку. – Готовы? – Мы поплывём на этом? Не то чтобы я была против, но просто Котова сейчас не узнать. От него за километр веет деньгами: виниры, дорогие шмотки, тачка, частный самолёт. И тут лодка. Обычная деревянная лодка. Котов смотрит на меня, слегка щурясь от солнца, улыбка по-прежнему гуляет на устах. Выглядит так же, как двенадцать лет назад. И этот юношеский задор в его образе отзывается в моём сердце. – Возражаешь? Мотаю головой. – Вот и отлично. Тогда одеваемся! Егор достаёт два спасательных жилета. Сам надевает их на нас. Несколько раз проверяет, чтобы всё было застёгнуто. Помогает забраться в лодку, следом залезает сам и сразу же берётся за вёсла. – Ну что, будем знакомиться? Осматриваюсь по сторонам. Вокруг спокойная гладь озера. С берега доносится тихое пение птиц, в воде мелькают рыбы. На ближайшие метры ни одного человека. И сбежать некуда. Только мы втроём в маленькой лодке. – Самое время, – не удерживаюсь от иронии, чем вызываю ещё более широкую улыбку у Котова.