Глава 9

Егор кидает в мою сторону насмешливый взгляд и снова переключается на дорогу. – Синицына, деньги нужны всем. А твоя мама спрашивала о вполне конкретной сумме. На что вам пятнадцать миллионов? Кто-то проигрался в онлайн-казино? Слышал, популярная штука и многие не замечают, как увязают в ней. – А разве у таких, как ты, нет специалистов, которые собирают всю информацию о человеке, вплоть до того, что он ел месяц назад на завтрак и какие трусы любит носить по воскресеньям? Котов довольно хмыкает. – Значит, Иришка-синичка, искала обо мне информацию? Приятно знать, что ты до сих пор ко мне неравнодушна. И да, у меня есть такой человек. Но я бы предпочёл лично узнать, какие твои трусики любимые. Помню, в школе у тебя были очаровательные нежно-розовые из тонкого хлопка. Они круто смотрелись на твоей попе. – Котов, мои трусы – последнее, что тебя должно волновать. А информацию искала, чтобы узнать, зачем ты в наш город пожаловал. – Выяснила? – Это как-то связано с деревообрабатывающим заводом и твоим будущим контрактом с англичанином, ради которого и затеваешь брак? На светофоре Котов впивается в меня пристальным взглядом, разглядывает, чуть склонив голову набок. – Знаешь, Синицына, сначала мне всегда казалось, что ты обычная заучка. Но потом я понял, что ты на самом деле умная. Не фырчи. Не все способны сложить два и два, сделав при этом выводы. Да, если мы с Робертом сможем договориться, то я выкуплю завод. Судьба завода – последнее, что меня должно волновать. Со своими бы проблемами разобраться, но проблема в том, что на наш город только два крупных предприятия, обеспечивающий людей рабочими местами. А про закрытие деревообрабатывающего завода из-за неликвидности давно ходят слухи. – И тогда его не закроют? Егор едва заметно качает головой. – Я планирую его расширить. Получается, от моего согласия зависит не только моя судьба и моих близких, но и любимого города. К нам часто заглядывают молодые люди в поисках работы, но всегда получают отказ. За рабочее место держатся все. Если и уходят, то только на пенсию. Так и получается, что люди вынуждены либо уезжать в города крупнее, либо жить на пособие. – Мы составим строгий договор, Котов. – Хочешь сказать, ты не из-за денег соглашаешься, а из чувства благородства? Синицына, откуда ты только такая взялась? Егор неверяще качает головой, паркуясь у нашего дома. Поворачиваюсь к нему всем корпусом и смотрю в карие глаза. – Не только. Ты прав. Деньги всем нужны. Пятнадцать миллионов. И, как я уже говорила, я тебе не доверяю. Поэтому деньги ты переведёшь сразу. – Почему именно пятнадцать? Не десять и не двадцать? Хотя неважно. Ты же понимаешь, что сумма немаленькая и отрабатывать тщательнее придётся. – Я не буду с тобой спать! – Я не предлагал. Синицына, смотри-ка, а ты всё к постели сводишь. Фантазируешь обо мне? Боже, дай мне сил не прибить его! – Поверь, тебе не понравятся мои фантазии. – За такие деньги ты должна будешь не просто убедительной быть, а очень убедительной. Так, чтобы твоя родная мать поверила в нашу любовь. – Я не актриса, но сделаю всё возможное. – Ещё условия, кроме пятнадцати миллионов сразу, будут? Закусив губу, киваю. Хотя не представляю, какие именно пункты включу в наш договор. Нужно время, чтобы всё продумать до мелочей. Вот бы ещё знать, на что в таких ситуациях обращать внимание, какие подводные камни будут прятаться за мелким шрифтом? Так и представляю, как ищу в интернете: «Фиктивный брак. Чего стоит остерегаться?». – Завтра утром озвучу. – Как скажешь, Синицына. Беги домой, утром поговорим. А мне надо ещё по делам скататься. Котов не уезжает до тех пор, пока я не захожу в дом. Милый жест, который легко принять за заботу. Если бы на месте Котова был любой другой мужчина. В доме тихо. Зову сначала маму, потом Дашу. Но ответом мне служит тишина. Обхожу дом и никого не нахожу. И где все прячутся? Выхожу на задний двор, в сад. Маму нахожу в теплице. Она сидит на низком стульчике и пропалывает грядку. – Мам, ну зачем? Я же сказала, что мы с Дашей в выходные всё сделаем. – Не переживай, к выходным они снова зарастут. Дашу Ренат забрал. Регина внезапно решила устроить девичник. Рената выгнали на ночь к родителям, а с девочками будет Алина. – Иногда я восхищаюсь терпением Рената. Девчонки у него с фантазией. – Он хороший отец. Интересно, а какой бы из Егора был отец? Смог бы он вот так безоговорочно идти нам с Дашей на уступки, исполняя любые, даже самые маленькие и дурацкие желания? «Глупости, Ир, Котов – эгоист до мозга костей», – тут же одёргиваю себя. – Возможно, Дашин отец ничем не хуже, – мамин тихий голос вторит моим мыслям. – Ты не думала рассказать Егору о дочери? – Это правда? – раздаётся за моей спиной мужской голос. Ровный. Без единой эмоции. Нельзя понять, есть в нём радость или злость. А оглянуться и посмотреть Котову в глаза страшно. – Это правда, Ира? Даша – моя дочь?