Глава 15. В конторе

В моей конторе по магической уборке еще горит свет, и я захожу в нее перед тем, как подняться в свою квартиру. Хэйвен больше не препятствовал мне, не настаивал, чтобы я осталась в особняке. Он будто бы действительно принял правила игры. И это напрягает еще больше, чем его недавний напор.

Девочки уже закончили работу и пьют чай, обсуждая новости. Все трое одеты в униформу нашей фирмы, которую сами же придумали и сшили — жакеты и удобные юбки. Все трое молодые и симпатичные. Только светленькая Ханни выделяется на общем фоне более пышными формами. Николетта и Молли — одинаково худенькие, и со спины их легко различить по цвету волос. Николетта — брюнетка, а Молли — рыжеволосая.

Ханни что-то доказывает, хлопая по столу свернутой газетой в такт своим словам. И похоже, они даже спорят между собой.

Когда я вхожу, все разом умолкают, и сразу становится ясно, что речь шла обо мне.

— Ну, давайте, — кидаю перчатки и сумочку у входа и сажусь за стол. — Что не так?

— Тесс, мы уже видели светскую хронику, — говорит Ханни, поджав пухленькие губы. — Только не говори, что ты впрямь его простила и снова с ним вместе!

— Ни в коем случае, — мотаю головой и беру чашку с чаем, которую заботливо наполнила Молли. — Это все цирк для привлечения инвесторов к нашим проектам. Просто развод сейчас нам действительно ни к чему.

— Будете изображать счастливых влюбленных? — хмыкает Николетта. — Видишь, Ханни, я же говорила, что в их кругах так принято! Хоть помирай, а держи лицо!

— Придется какое-то время изображать, — отпиваю чая и удивленно смотрю на Молли. — Что ты туда подмешала?

— Это специальный чай для придания бодрости после трудового дня, — гордо сообщает Молли, поправляя рыжие кудряшки. — Я все-таки буду поступать будущей осенью на зельевара.

— Она уже опробовала свое зелье на Иде, когда та заходила в обед, — смеется Ханни. — Уж не знаю, что там насчет бодрости, но когда Ида ушла обратно в лавку, вся улица слышала, как она распекала Бонара. Так что энергии для разноса у нее прибавилось точно!

— Мне бы лучше что-то для успокоения, — отставляю чашку.

— Прости, как-то не подумала, — краснеет Молли. — Могу сейчас на быструю руку что-то сообразить…

— Да мне уже ничего не нужно, сядь, — отмахиваюсь и поворачиваюсь к Николетте. — Можешь завтра съездить в школу и помочь? Нужны списки сирот и возможных профессий, в которых они могут применить свою магию. У нас будет очень продуктивный день, если постараемся.

— Обязательно, но сперва нужно будет заключить долгосрочный договор с одним крупным дельцом, — Николетта тянется к бумагам. — Сегодня приходил в контору лично. Хочет, чтобы договор с ним подписала именно ты, а не я от твоего лица.

— Почему? Объяснил? — напряженно смотрю на адрес и описание работы.

Вроде ничего подозрительного. Но после того случая, когда девочки чуть не погибли в пожаре на складе, который подстроила Реджина, ко всем нестандартным требованиям заказчиков я отношусь с опаской.

— Мне кажется, он твой тайный поклонник, — хихикает Молли. — Спрашивал о тебе, хотел сразу пообщаться и очень расстроился, когда я сказала, что тебя сегодня не будет.

— Ладно, завтра спущусь сюда к открытию. А сейчас… девочки, я действительно устала, — забираю сумку и перчатки и поднимаюсь в свою квартиру.

Наконец-то можно хоть немного расслабиться и не думать ни о чем.

Мимоходом глажу лежащего на подоконнике в гостиной Персика. Приблудный кот с необычной окраской и сложным характером яростно вступился за меня, когда Реджина пришла в контору, чтобы заставить меня своей магией подписать документы. И он заслужил свое место в тепле и уюте.

Набираю ванну, погружаюсь в теплую воду, но вместо успокоения снова приходят тревожные мысли. Что такого узнал или заметил Хэйвен, что вдруг начал говорить о тайнах, которые я скрываю от него?

Нужно вести себя еще осторожнее, чем раньше. Хотя я и так вся напряжена, как взведенный курок — вечно наготове, чтоб успеть отразить опасность.

А затем мои мысли возвращаются к нашему недавнему поцелую — не в экипаже, он был ради удачных фото. К тому поцелую, что случился вчера.

До сих пор чувствую его вкус на губах. Я скучаю по Хэйвену, по его прикосновениям и поцелуям. Как же горько понимать, что уже не будет, как раньше.

Он не стал бы мягче и податливее рядом со мной. Такие мужчины, как он, не бросаются к ногам своих женщин, а остаются жесткими и расчетливыми даже в любви. Но со мной он наверняка чувствовал себя настоящим, добившимся всего.

Именно поэтому он так не хочет отпускать меня, так ожесточенно придумывает новые ходы и поводы затянуть игру. И — пусть эта мысль поначалу даже мне самой показалась удивительной — возможно, я рядом с ним стала бы сильнее и лучше.

Мы могли быть счастливы. Очень.

И мне по-настоящему жаль, что мы упустили свой шанс.