Глава 20

К дому подъезжает такси и я замираю, спрятав живот в легкое пальто. Правда, делать это бесполезно, двойню уже так просто не скрыть под одеждой. Из машины выходит бабуля с сумками, громко ругая водителя, что тот неаккуратно вез ее и чуть не поколотил все банки на кочках. Как бы бабуля сейчас сама их не кокнула, увидев распухшую в области живота внучку. – Привет, ба, – виновато улыбаюсь, встречая свою любимую старушку. Хотя, она еще слишком активная, чтобы называть ее старушкой. – Батюшки, – медленно ставит она сумки на асфальт. – Вот так сюрприз! А чего ж молчали, окаянные? – Пойдем, ба, дома расскажу, – подхватываю одну из сумок, но бабуля тут же отнимает ее у меня. – Чего удумала, тяжести носить на таком сроке, – ворчит она на меня. Но я знаю, что она любя. Вот только, боюсь, она откажется от меня, узнав, что я без мужа рожать буду. – Это не срок большой, это у меня двойня, – с порога признаюсь ей. – Проходи, будь как дома. – Чего эт хоромами здесь и не пахнет, – проходит она, разглядывая двухкомнатную квартиру. – А причесывал-то! Ну ладно, как говорится, с любимым рай и в шалаше. – Чай поставлю, – сбегаю на кухню, готовясь к нелегкому разговору. – А ну, выкладывай, – требует бабуля, присев за стол. Смотрит на меня сердитым взглядом. Уже догадалась, что что-то не так. Ничего от нее не утаишь. – Твои вещи вижу, а мужского нет ничего. Поссорились? – Не совсем. У нас просто контракт закончился, – решаю сразу быть откровенной. – Какой еще контракт? – Брачный. Не было никакой любви, ба. У нас фиктивный брак. – Вот те раз. Брак фиктивный, а дитятки настоящие. Это как понимать? – сердится она. – Я сама виновата. Влюбилась, думала, что между нами чувства. Ошиблась. А аборт делать не стала, – сажусь на стул рядом с бабулей. – Что значит, ошиблась? Я сама видела, каким взглядом он на тебя смотрел. Любил он тебя, – ее сердитость меняется на растерянность и непонимание. – После окончания договора, я увидела его с другой. Сразу ушла. А он и искать не стал. – Говорила тебе, не выходи замуж в мае, – бурчит бабуля. – Так он не знает, что ты беременна? – Нет, и слава богу. Иначе, уверена, детей отнимет. – Что значит, отнимет? Это и твои дети, мои правнуки. Не позволю! А ты правильно сделала, что оставила их. Справимся. – Спасибо, ба, – плачу, обнимая самого родного мне человека. Какая же я дура, что раньше не рассказала ей все. Давно бы морально легче стало. – Так, а с браком что? Развелись? – Сама я не ходила. Но уверена, что он уже давно все сам сделал, быстро и тихо, как и с женитьбой. Проговорив с бабулей до самого вечера, мы решили, что она остается со мной в городе, чтобы помогать на последних месяцах и потом с малышами. Мне аж радостно на душе стало. Хоть кто-то поддерживает меня и будет рядом. Особенно на ближайшем узи, где мы узнаем пол наших крошек. С нетерпением жду этого дня. Интересно, а кого бы хотел Влад? В день назначенного врачом узи, мы с бабулей вызываем такси и едем в перинатальный центр. Я очень волнуюсь. Держу пальцы скрещенными, надеясь, что все будет хорошо. А любить я буду своих малышей вне зависимости от их пола. После того, как врач заверяет меня, что все с детками хорошо, что развиваются они в рамках нормы, я наконец-то выдыхаю. – А пол уже можно узнать? – с любопытством разглядываю на мониторе своих крох, которые тихонько вошкаются там и периодически сосут свои пальчики. Какая милота. – Конечно, срок уже большой, – кивает мне девушка в белом халате. – Вам сразу сказать, или написать на листочке? Так часто делают, чтобы узнать пол вместе с папой. – Сразу, – тихо вздыхаю я. Папа все равно о них не узнает. – У вас две очаровательные дочки, – произносит она, а я начинаю плакать от счастья. У меня девочки! Мои прекрасные милашки. Мои сладкие булочки. Моя мечта. Тороплюсь покинуть кабинет и обрадовать бабулю. Но как только я выхожу в коридор, моя улыбка испаряется. – Лиза, какая приятная встреча, – целует меня в щеку та самая женщина, которой я помогла обработать порез в ресторане. – О, а Влад даже словом не обмолвился, что вы ждете пополнение. Поздравляю, дорогая! – С-спасибо, – растерянно киваю, не зная, что и ответить. – А у меня тут сестра работает зав. отделением. Если вдруг что-то нужно, непременно обращайтесь. Хотя, уверена, Огнев уже обо всем позаботился, – улыбается она. – А, кстати, где он сам? – Он всегда весь в работе. – Да, в этом весь Огнев. Что ж, рада была встретить тебя. Но если все же что-то понадобится, обязательно обращайся, я ведь твоя должница, не забывай. Попрощавшись с женой мэра, я все еще тревожусь. А вдруг она проболтается Владу, что видела меня здесь, заговорит с ним о наших детях? Что тогда? Станет проверять? Приедет? – Лиза, что это была за женщина? – подходит ко мне бабуля и берет меня за руку. – Наша с Огневым общая знакомая, – крепко сжимаю ее теплую ладонь. – Боюсь, как бы она не сболтнула обо мне. – Может, домой вернемся? Поедем в деревню. Там свежий воздух, натуральная еда, не то, что эти пластиковые яблоки, – трясет пакетом с фруктами, за которыми уже успела сбегать в магазин. – Он меня и там найдет, если захочет. Не хочу возвращаться в Грушино. Там и без меня тесно. Еще и скоро появятся две дочки, – глажу живот ладонью и на моем лице сразу появляется улыбка. – Так и знала, что девки, – довольно заявляет бабуля. – Не зря у тебя лицо поплыло. Вернувшись из больницы, нас окликает соседка: – Лиза, тебя тут мужчина спрашивал. Покрутился возле квартиры, да уехал, не дождавшись. – Влад?