Глава 34

– Я рад, что ты вернулась, – говорит Огнев, медленно вдыхая запах моих волос. – Я сделала это не по своему желанию, – напоминаю, что того потребовал он сам. – Да, но в прошлый раз это привело к тому, что теперь у нас есть две замечательные принцессы, – водит он пальцами по моему плечу, отчего по телу бегут мурашки. Зачем он говорит мне об этом? Зачем обнимает? Все это создает иллюзию отношений, которых между нами нет. И не нужно пробуждать во мне снова те дурацкие чувства. Я уже уяснила, что они были только с моей стороны. – У тебя сегодня плохое настроение? – А какое оно теперь у меня может быть? Бабушка в больнице, ты грозишься забрать у меня детей, а я нахожусь здесь по договору. У меня мало поводов для радости, – отвечаю, одернув плечо. – Ты неправильно мыслишь, – улыбается он. – Посмотри на все это с другой стороны. Ты сейчас со своим законным мужем, рядом счастливые дети. А бабушка легко перенесла сложную операцию и идет на поправку. – Что? – подскакиваю я. – Ей уже сделали операцию? Как она? Когда я смогу увидеть ее? – Все хорошо, – тянет он меня за руку обратно на плед. – Завтра отвезу тебя в больницу. Идет? Сама увидишь и убедишься, что все отлично. Сейчас с ней квалифицированный и заботливый персонал. Боже, неужели все было не напрасно? С бабулей теперь все будет хорошо! И не важно, что задумал Огнев, прижимая меня к себе. В конце концов, я любила этого мужчину, у нас общие дети. Он прав, все не так ужасно, как могло бы быть, если бы на его месте был другой мужчина. Маришка отрывается от игрушечного зайчика и круглыми глазками смотрит на нас. Увидев на мне руки Влада, вдруг расплывается в улыбке, словно рада нашему воссоединению, хоть и ненастоящему. А Ариша начинает гулить, поддерживая сестричку. На душе становится тепло от того, что мои дети счастливы. Надеюсь, когда-нибудь и я обрету счастье. Хотя вряд ли после Огнева найдется мужчина, который бы понравился мне. На следующий день Влад, как и обещал, привозит меня в больницу. Бабуля и правда выглядит сравнительно неплохо. – Привет, – тихо приветствую ее, присаживаясь рядом на стул, и беру за теплую морщинистую руку. – Как ты себя чувствуешь? – Да уж неплохо, – слабо улыбается она. – Прости меня, ба! – опускаю взгляд в пол. Чувствую себя виноватой, что не уберегла. Уверена, что она из-за нас переживала, вот и слегла. – За что прощение просишь? – щурится она. – Как же? Заставила переживать тебя, волноваться. Я не хотела, чтобы все вот так вышло. – Не вини себя, внученька. Ты ни в чем не виновата. А то, что Огнев заберет вас, я и без того догадывалась, дело было лишь во времени. Я сама виновата во всем. Давно уже в груди давило, а я пыталась внимания не обращать. Все тянула, думала само пройдет. А вот как вышло. Еще и тебя, небось, перепугала до смерти. – Ба, врач сказал, тебе реабилитация долгая нужна. Поэтому оставят тебя в больнице под наблюдением. – Ой, ну, поваляюсь немножко, ничего страшного, – отмахивается она. – Если тебе что-нибудь понадобиться, ты сразу говори. Я привезу. – Ничего мне не надо. Ты только посмотри, как тут кормят, – кивает она на тумбочку, которая завалена и фруктами, и соками разными. – Словно на убой. Хорошая здесь клиника, и персонал вежливый. Не переживай за меня, детками занимайся. – Мы пока у Огнева поживем. Он хочет детей видеть. Да и девочки радуются ему, – не говорю про новый договор, чтобы не дай бог, не усугубить положение. – Что ж тут удивительного, чай родные, не чужие. Вот и тянутся к отцу. Ну а ты что? – А что я? – не понимаю, что хочет слышать от меня бабуля. – Любишь до сих пор. Вот и мечешься, как зверь загнанный. И простить не можешь, и отказаться не в силах, – попадает она в точку. – Поэтому не руби с плеча. Глядишь, и притретесь заново. А вот это уже вряд ли. Между нами теперь только договор. – Все, хватит тут сидеть подле меня, – делает вид, что сердится. – Поезжай к семье. – Хорошо, – улыбаюсь ей и целую в щеку. – Завтра приеду навестить. Если что, звони. – Иди уже, – прикрывает глаза. Это она специально так делает, чтобы быстрее по ее было. Уж я-то знаю свою бабулю. Послеоперационный период проходит даже лучше, чем ожидалось. Бабушка стремительно идет на поправку. И даже уже свободно передвигается по палате. Врач говорил, что реабилитация будет идти около года, но прошло всего полгода, а она уже на ногах. Поэтому ее скоро выписывают. Она уже порывалась самостоятельно домой уехать, но в клинике с нее глаз не сводят. Она там как в санатории. Однако, дом есть дом. Она уже давно в Грушино порывалась, еще до больницы, но нас бросить не могла. А теперь говорит, что спокойна за нас. Что мы с Огневым, как за каменной стеной. Не знаю, правда, почему она так решила. Влад с утра уехал на работу, а я покормила девочек и передала их няне. Мария и правда оказалась отличным профессионалом. Да и просто хорошей женщиной. Она искренне любит наших малышек и заботится о них, как о родных, за что я ей благодарна. Забежав в магазин за бабушкиными любимыми угощениями, я тороплюсь навестить ее. Но возле больницы вижу машину Огнева. Поднимаюсь к бабушке в палату, но его там нет. Разминулись? И что он вообще здесь делал? – Привет, ба! Влад приезжал? – Чаво? – делает вид, что не расслышала. – А, нет, с чего ты взяла? – Так машину его видела. Может, он к врачу заходил? – Да, может, – отмахивается, но я по глазам вижу, что она что-то скрывает от меня. Да и на тумбочке у нее стоят очередные свежие цветы и фрукты. Она говорит, что медсестра носят. Но что-то подсказывает мне, что это неправда. – И часто он тебя навещает? – спрашиваю сразу в лоб. – Ой, что-то у меня сегодня голова разболелась, – театрально хватается за виски. Но меня этим не проймешь. Знаю я, что она хорошая актриса. Не даром в спектаклях по молодости играла. – Ба? – И давление, кажется, скачет. – Я все равно не уйду, – двигаю стул и устраиваюсь возле кровати нашей больной. – Вот же принесли тебя черти на полчаса раньше обычного, – вдруг выдает она. – Ну, спасибо, ба, что рада видеть меня. – Да рада. Всем рада, – вздыхает она, видимо понимая, что придется признаваться. – По два раза в неделю бывает. – Что? Огнев приезжает к тебе все это время, а ты даже словом не обмолвилась? – А чего я тебе докладывать должна. У вас свои дела, у нас свои. Вот и не влязай. Иначе и с тебя потребую правду мне всякую выложить. – Так я тебе никогда и не врала, ба! – возмущаюсь. Не врала, но и всю правду не договаривала. Есть, что утаивать. – Ясно, сговорились, значит? – немного обижена я на нее. Почему молчала, что они с Владом общаются так часто? Что у них за дела есть? – Все, ступай домой. И больше не приходи, все равно меня скоро выписывают. – Знаю, я заходила к врачу. Вот только, как ты сама справишься с сумками? Я приеду, помогу. Поедем вместе на такси. – Не надо. Меня до дому доставят. Не суетись. – Так. Это вы уже с Огневым обо всем договорились? – Ну и договорились. Он предложил, а я согласилась. Что в этом такого? Нет, она издевается? Я всеми силами стараюсь обходиться без Влада, а она! Договаривается с ним, не со мной. Что вообще происходит?