Глава 37

От одной мысли, что Огнев воспользуется мной, как вещью, хочется плакать. Но я не буду делать этого. Знала, на что шла, подписывая договор. Чувствую себя мерзко. Словно я грязная, продажная. Но так и есть. Ведь я продала себя за довольно крупную сумму. И неважно, зачем мне были нужны эти деньги. Смысл наших отношений с Владом от этого не меняется. Огнев ведет меня не наверх, а в свой кабинет. Зачем? Закрыв дверь, он поворачивает дверной замок. – Боишься, что нам помешают? – пытаюсь скрыть волнение в голосе. Или не хочет спать со мной в постели? Самому мерзко делать это там с продажной девкой? – Боюсь, что сбежишь, – не позволяет и шага сделать, прижимая меня к двери. – Сказала же, что не сбегу. Я готова исполнять свои обязательства. Если честно, я даже благодарна ему, что предоставил мне столько времени, чтобы не отрабатывать свой долг. А теперь бабушка в полном здравии дома, с малышками все в порядке. Больше нет причин давать мне послабления. – Обязательства? – ухмыляется он. Касается кончиками пальцев моей шеи. Проводит носом по щеке, вдыхая мой запах. Нежно целует, слегка прикусывая нижнюю губу. Все это делает так медленно, так тихо, что я слышу наше дыхание. И внезапно для себя чувствую тепло во всем теле. А когда он касается моего живота, нырнув рукой под футболку, я делаю непроизвольный глубокий вдох. Мое тело предательски становится ватным, требуя мужской ласки. Но расслабиться до конца у меня все равно не получается. В голове чертов договор, из-за которого я не смогу сказать Огневу “нет”, даже если бы захотела. – Солнце, что опять не так? – замечает он мою зажатость. – Ты не веришь мне? Я сказал тебе правду. У меня ничего не было с другими женщинами с того момента, как мы поженились. – Дело не в этом, – отвечаю, еле шевеля губами. Ведь его так близко, что я едва не задеваю их своими. – Мне показалось, что мы можем попробовать начать все сначала, – выпускает он меня из объятий и занимает место в своем рабочем кресле. Снова становится отстраненным и холодным. – Я ошибся? – Да, вчерашний разговор расставил все на свои места, но… – Солнце, говори, как есть. Я устал от этих недомолвок. Неужели ты не видишь, что у меня есть к тебе чувства? И мне показалось, они взаимны. – Взаимны, – признаюсь я. – Но я чувствую себя всего лишь игрушкой для тебя. Я не уверена, что между нами любовь. Ведь любя не предлагают спать за деньги. – Прости. Я понимаю, что те мои слова задели тебя. Я был идиотом. Хотел удержать тебя рядом любым путем. – А новый договор? Он тоже один из этих путей? – хочу верить его словам. Очень хочу. Но он же может сказать все, что угодно. – Ты хочешь уйти? – спрашивает прямо и резко. – Ты не отпустишь, у нас договор. – Я задал тебе прямой вопрос и хочу получить такой же ответ. Не касаясь договора и детей. Ты хочешь уйти? – Я не знаю, – отвечаю не сразу. – Я понял. Тебя просто тяготит то, что ты здесь не по своей воле. Так? Когда Огнев озвучивает это вслух, я вдруг четко осознаю, что это действительно так. – Я хочу, чтобы ты осталась. Но не из-за обязательств. Так что ты вольна уйти. Решение за тобой. – Ты шутишь? Я подписала документы. И обязана выполнить все согласно нашему договору. Что происходит? Он отпускает меня? Или это очередной обман? Что будет, не выполни я условия того договора? Да я даже не читала его. – Нет никакого договора, – открывает он тот самый ящик стола и достает бумаги. Кладет передо мной тот самый договор. Я сразу узнаю его. И моя подпись на месте. Ничего не понимаю. – Читай, – требует Влад, подталкивая документ мне. – Я, Солнцева Елизавета Алексеевна согласна исполнять обязательства: любить тебя и в горести и в радости… – Что это? Это шутка? Да, я не читала обязательства, но я была уверена, что там речь о… всякой мерзости и моих ограничениях. – Продолжай. – Обещаю встречать тебя с работы поцелуями. Любить и заботиться о наших детях… Это свадебная клятва, – вдруг доходит до меня. – Так это правда? Никакого договора нет? А как же те деньги? – Просто так ты бы не взяла от меня их. Не так ли? Поэтому и поставила на кон свою свободу, лишь бы спасти бабушку. Я просто подыграл. На самом деле на момент подписания нашего “договора” все расходы в клинике были уже оплачены. И сделал я это, потому что хотел просто помочь. – Так вот, почему бабушка так вела себя в последнее время. Она все знала, да? Теперь ясно, почему она неожиданно встала на сторону Огнева. Он обо всем рассказал ей. – Прости, по другому не получилось, – улыбается он. – Ты меня не хотела слушать. Пришлось подбираться к тебе через Зинаиду Кузьминичну, дай бог ей здоровья. Понимающим она человеком оказалась. – В голове не укладывается. Подожди, а дети? Ты хотел забрать их у меня. – Хотел. Это первое, что пришло мне в голову, когда узнал, что ты скрывала их от меня. А теперь понимаю, что погорячился. Но если ты все же захочешь уйти, мы постараемся найти компромисс. – Это все меняет, – тихо произношу я, понимая, что все проблемы были не только из-за Влада, но и в моей голове. – Прости. Я все это время думала, что ты тот еще гад. Но это не так. И я тоже виновата перед тобой. – Мы оба в чем-то ошибались. Пора оставить это в прошлом.