Глава 7

Вопросительный взгляд советника жег кожу.

— Позволите? — спросил Гервальд, протягивая мне руку.

Я кивнула, чуть улыбнувшись одеревеневшими губами. Конечно, я предпочла бы избежать этого танца, но, если откажусь, это будет выглядеть странно.

Гервальд оказался умелым партнером. Он уверенно вел в танце, мне оставалось лишь подстроиться под его движения, хотя я и споткнулась несколько раз. Но и это было вызвано волнением.

Рука советника обвилась вокруг моей талии, крепко сомкнулась на ней, посылая жар по телу. Я же могла думать лишь о том, слышал ли советник мои слова о его брате.

— Вы хорошо танцуете, — заговорил Гервальд.

— Спасибо, — отозвалась я. — Меня научила… — «Мама», — хотела я сказать, но осеклась на полуслове и лишь произнесла: — Вы тоже, на удивление.

— Что же вас так удивляет? — поинтересовался он.

— Всегда считала, что настоящие воины не отличаются грацией.

Советник кривовато улыбнулся, послав мне странный взгляд, значения которого я не разгадала.

— Рад, что смог уверить вас в обратном, леди Лирилия.

— Просто Лири, — по привычке ответила я, но, спохватившись, почувствовала, как краснею: — Простите. Все знакомые зовут меня Лири, вот я и подумала, что...

Я осеклась и замолчала, потом вскинула на советника взгляд. Все-таки отцу не стоило экономить на учителе этикета!

— Думаю, вы можете звать меня просто Гервальд, леди Лири, — кивнул он, но в глазах я заметила веселые искорки.

Я покачала головой. Рядом в танце пронеслись альфа и Марджи. Девушка весело смеялась, счастливая, что альфа выбрал ее первой.

— Думаю, это неуместно, советник.

— Почему же? На отборе мы будем часто видеться. А если вы победите, станете супругой моего брата.

Сердце бешено заколотилось, но не от быстрых фигур танца.

«Вот оно! То, о чем предупреждал отец! Советник уже хочет показать, что он мне друг! Осторожнее, Лири, он не должен ничего заподозрить. На кону не только твоя жизнь…»

— Это преждевременно, советник, — вежливо ответила я. — Я могу уйти и после первого испытания.

Советник чуть улыбнулся в ответ на эти слова.

— Можете или постараетесь?

«Лунный свет мне помоги! Значит, он все-таки слышал мои слова про альфу!»

— На все воля Богини, — отозвалась я, вызвав у советника еще одну улыбку, необычайно изменившую его суровое лицо.

— Вы правы. Удивительные вещи иногда вершит Богиня. Я с интересом буду следить за вашим участием в отборе, леди Лири, — он крепче сжал ладонь на моей талии.

Я так и не поняла, считать ли это предупреждением или дружеским напутствием, но на всякий случай кивнула. Какое-то время мы двигались в молчании.

— Я... я должна поблагодарить вас, — вырвалось у меня.

— За что? — искренне удивился Гервальд.

— Вы же специально вызвали следующую девушку, когда альфа спросил о моей маме.

— Разве? — приподнял он бровь.

— Хоть она и отправилась к Богине, когда я была еще маленькой, это слишком… — Я закусила губу, сглатывая ком в горле и жалея, что вообще начала этот разговор. — Я… я все еще не могу… Это каждый раз…

— Я понимаю, леди Лири. Вы не должны ничего объяснять. Ни мне, ни брату, — твердо сказал он, ободряюще сжимая мою ладонь.

— Спасибо вам... Гервальд, — прошептала я, и танец закончился.

Быстро отвернувшись, я подхватила платье и заспешила на террасу, ведущую в замковый сад. После духоты зала хотелось вдохнуть морозного вечернего воздуха и обрести хотя бы подобие душевного спокойствие.

По дорожкам сада гуляли придворные, которым уже наскучил шум зала. Я увидела красавицу фаворитку альфы, уходившую по одной из тропинок к дальней беседке.

Меня не покидало ощущение, что советник что-то подозревает. Богиня помоги мне! Неужели я не смогу продержаться здесь хотя бы немного? Я должна. Должна, ведь у меня просто нет выхода.

Но в какую же гадкую историю впутал меня отец! Он ведь знает, что я никудышная лгунья...

Сколько раз в детстве я попадалась на проказах и тут же сознавалась в содеянном! Если бы не будущее Мисси, никогда бы я по доброй воле не пошла на поводу у отца!

— О чем он говорил с тобой? — запыхавшаяся после танца с альфой Марджи обмахивалась веером. Я вздрогнула.

— Ты меня напугала.

— Прости. Так о чем? — Носик Марджи даже заострился от любопытства.

— Ни о чем важном. Сказал, что уже завтра состоится первое испытание. А о чем ты беседовала с альфой? — быстро спросила я, чтобы избежать дальнейших расспросов.

Марджи закатила глаза. Весь ее вид выражал неудовольствие из-за того, что не удалось узнать ничего интересного.

— Рассказывал мне о том, какой кинжал ему преподнесли в дар кузнецы Сизарии. Я натурально удивлена! Разговаривать об оружии с леди! Но я внимательно выслушала его и завела разговор о своих украшениях! — Марджи засмеялась, обмахиваясь веером. — А сейчас он танцует с Риссой. Она сирота и, кажется, отдавила нашему альфе ноги. Вряд ли в приюте ее обучали танцам!

— Но и она может победить, — не удержалась я. — И стать госпожой.

— Я тебя умоляю, Лири! Откуда столько слепой веры! — отмахнулась от меня Марджи. — О, кажется, танец закончен! — Марджи заторопилась обратно, намереваясь поживиться свежими сплетнями: — Рисса, милочка, подожди!

Замерзнув, я вернулась в зал, выпила стакан пунша и, чувствуя приятно разливающееся по телу тепло, не сразу услышала, как меня окликают по имени. Повернув голову, увидела миловидную средних лет леди, богато одетую и увешанную драгоценностями. Парчовое платье винного цвета оттеняло каштановые, тронутые сединой волосы. Темные глаза смотрели внимательно.

— Лири, ты меня не помнишь? — спросила она, улыбаясь. Видя, что я продолжаю непонимающе смотреть на нее, продолжила: — Я леди Рунильда Эделин.

— Простите, нет, — покачала я головой.

— Я приезжала в Пустынную Розу, когда твоя матушка отправилась к Богине. Неужели ты не помнишь?

Я на секунду прикрыла глаза, почувствовав во рту горечь. Сегодня все словно сговорились, чтобы бередить мою рану…

— Мне было всего шесть. Простите, — отозвалась я, мечтая закончить разговор.

— Мы с твоим отцом старинные друзья, Лири.

— Рада знакомству, — кивнула я, собираясь уйти, но тут леди Рунильда неожиданно сильно схватила меня за запястье. Жемчужный браслет больно впился в мою кожу.

— Если тебе вдруг понадобится что-то передать отцу, я буду рада сделать это одолжение, — внимательно глядя на меня, медленно проговорила Рунильда, прищурившись. — Кивни, если поняла. — Я кивнула, мечтая освободить руку. Так вот о каком «своем человеке» в замке говорил отец!

— Как мне найти вас?

— Я поставляю драгоценности для фаворитки альфы, поэтому часто бываю в замке, — быстро проговорила она, отпуская мою руку и раздвигая тонкие губы в широкой улыбке. — А сейчас улыбайся, потому что к нам идет сам альфа.

— Вы хорошо проводите время, леди Лирилия? — поинтересовался он, приблизившись. Рунильда присела и скрылась в толпе придворных.

— Просто... — Я осеклась, чуть было не предложив альфе называть меня Лири. — Просто прекрасно, альфа.

— Окажите мне честь и подарите танец, — улыбнулся он.

— Конечно.

Мы прошли в круг танцующих, присоединившись к ним. Альфа держался от меня на небольшом расстоянии, будто не желая прикасаться даже одеждой, хотя двигался не менее ловко, чем его брат.

— Леди Лирилия, скажите, вы рады, что получили знак луны? — спросил вдруг альфа. Я подняла на него изумленный взгляд, сбившись с такта и оступившись.

— Почему вы спрашиваете об этом? — сердце забилось часто-часто. Надеюсь, альфа спишет это на быстрый темп танца.

— Я должен знать. Это третий отбор, и мне нужно… — альфа задумался, подбирая подходящее слово, — понять… да, именно понять.

— Что именно?

Альфа чуть приподнял бровь, будто удивленный моим вопросом.

— Что движет каждой из амари. Это третий отбор, и он должен быть последним. Больше я не совершу ошибку. — Ардвальд немного помолчал, делая головокружительный круг по залу в такт быстрой музыке. — Так что же движет вами, леди Лири?

Я облизала пересохшие губы. Голова у меня кружилась.

— Этот знак перевернул мою жизнь, — осторожно сказала я, пытаясь выровнять дыхание. — И я пока не знаю, в какую именно сторону...

— Но вы бы хотели победить? Стать хозяйкой Волчьих Клыков?

Я чувствовала, как сильно краснеют щеки, выдавая меня. Что я могла ответить?

— Это большая ответственность, альфа, и я... — слова не шли с языка. Богиня мне помоги, я совершенно не умею лгать!

— Правду, леди Лирилия, скажите правду, — мягко настаивал альфа, гипнотизируя меня своим властным взглядом. Я не могла избавиться от ощущения, что альфа знает обо мне все и даже то, что я еще не произнесла вслух.

— Я бы сказала, что...

Однако альфе не суждено было узнать мое мнение. Внезапно раздался громкий скрежет и огромный витраж со сценой Первого Проклятия брызнул ярким водопадом осколков, засыпав танцующих мелкими сполохами цветных стекол.

Альфа быстро отстранил меня к противоположной стене и прикрыл собой, поэтому нас осколки почти не коснулись. Музыка смолкла, кто-то закричал, раздались испуганные возгласы, где-то слева звали лекаря.

Однако на этом все не закончилось. В образовавшееся окно влетел ярко-синий шар, внутри которого клубились потрескивающие молнии. Достигнув самой верхней точки зала, шар лопнул с сухим звуком, а молнии сплелись в изображение полумесяца, совсем как то, которое украшало запястья амари.

В зале повисла страшная тишина, слышно было, как у кого-то тикают карманные часы. Странное оцепенение будто поразило присутствующих, все, вскинув головы и боясь пошевелиться, наблюдали, что будет дальше. Сверху на лица гостей падали крохотные снежинки, занесенные порывом ветра. Я видела, как советник, где-то раздобыв меч, быстро скользит глазами по залу, выискивая непонятно кого.

Символ вдруг запульсировал, становясь все ярче, потом оглушительно громко лопнул, осыпав головы синими искрами, по залу пронесся вой невесть откуда взявшегося ветра, в котором явно прозвучало «Смерть амари!», а затем все стихло.

— Богиня против! — крикнул кто-то. — Сама Богиня проклинает этот отбор!

А дальше все потонуло в шуме и криках.