Глава 19

Первые два часа пролетели незаметно, и я успешно разобрала один ящик со счетами, часть из которых была оплачена, а часть требовала к себе срочного внимания. На отдельный листок выписала суммы и кредиторов, ужаснулась итоговой цифре, заодно вспомнила о собственных планах на пополнение бюджета.

Для этого я вынула из своей сумки шкатулку для связи, торжественно установила ее на край стола и, прикинув в уме, как лучше составить послание, быстро написала короткую записку Глории.

«Я продолжила дело рода. Можешь забрать свой заказ в любое удобное время. До пяти вечера я в бюро. Цена та же. Шанайя».

Сложнее всего оказалось вспомнить сияние ауры вампирши, особенно учитывая то, что она ее скрывала, но позавчера мы несколько раз касались друг друга руками, поэтому я интуитивно вычленила нужную волну и дотронулась пальцами до крышки шкатулки, отправляя ей импульс.

Целую секунду ничего не происходило, я уже хотела расстроиться, но тут шкатулка мягко мигнула голубоватым свечением, и я обрадованно выдохнула. Есть! На всякий случай даже приподняла крышку, проверяя наличие записки. Ее не оказалось, и это значило, что она действительно отправилась к адресату.

Надеюсь, именно к тому, которому предназначалась.

Я понимала, что не стоит ждать мгновенного ответа, поэтому продолжила работу с бумагами, переключившись на письма, но то и дело поглядывала на шкатулку.

Он пришел всего минут через тридцать – крышка шкатулки засветилась зеленым, что означало наличие в ней письма. С замиранием сердца заглянула внутрь и вынула листок с еще более кратким посланием.

«Спасибо. Буду ближе к часу. Глория».

Первый сеанс связи, завершившийся благополучно, мгновенно поднял мне настроение, так что дальнейшая работа спорилась, я лишь успевала вскрывать конверты и сортировать корреспонденцию по трем кучкам: в работу, личное, хлам-спам.

Последнего оказалось много: это и сами конверты, и приглашения с истекшим сроком давности, и различные информационные листки, весьма похожие на рекламу, так что вместо корзины я использовала опустевший ящик, который был намного вместительнее. Личные письма, в основном любовные послания, я проглядывала лишь мельком, не вникая в суть. Пусть Алан сам разбирается, нужно это или уже нет. Куда внимательнее я изучала те, которые походили на рабочую переписку и содержали информацию по незнакомым мне людям, датам и прочему, что могло относиться к профессиональной деятельности бюро. Их я убрала в отдельную папочку вместе с конвертами, на которых значились фамилии и адреса отправителей, а также почтовый штемпель с датой.

И пусть Алан не любит работать с бумагами, но эти ему точно придется отсмотреть самому.

Я уже приступила к разбору третьего, самого неоднозначного ящика с куцыми обрывками, долговыми расписками и абсолютно неразборчивыми заметками, когда с улицы громко постучали. Немного удивилась, ведь входная дверь не была заперта, но все равно поднялась из-за стола и первым делом потянулась – с непривычки спина и шея дали о себе знать предупреждающими болями.

Даже хорошо, что меня оторвали от работы и заставили размяться, иначе вечером шла бы домой согнувшись. И все же странно… Курьер? Алан не предупреждал.

За пять секунд перебрав в голове с десяток предположений, я дошла до двери и, придав лицу приветливое выражение, распахнула ее настежь.

– О, Глория. Добрый день. – Моя улыбка трансформировалась в куда более искреннюю, заодно стало ясно, почему гости не вошли в дом сами, ведь вампирша явилась не одна, а в компании с молодым господином, которого тоже выделяли из толпы в первую очередь пронзительно-синие глаза. – Прошу, проходите.

Он был высок, худощав и весьма привлекателен. Лет двадцати семи, может, чуть моложе. Длинные черные волосы собраны в низкий хвост, узкий подбородок, тонкий нос с чувствительно трепещущими ноздрями, длинные густые ресницы и цепкий взгляд. Одет по последней моде и явно не нуждается в средствах. В правой руке зажата трость с резным набалдашником. В общем, весьма и весьма импозантный господин… Слегка за триста.

Я отступила назад, чтобы вампиры вошли, но чего точно не ожидала, так это того, что мужчина, сделав всего шаг, шумно принюхается ко мне, его глаза полыхнут чем-то откровенно хищным и пугающим, после чего он резко сорвется с места и бросится на меня…

Но застынет буквально в полуметре, остановленный Риком и его клинком, оказавшимся у горла излишне ретивого гостя.

Я медленно отступила в сторону, спешно формируя в руке заклинание для шинковки мяса и даже не пытаясь понять, из какой на этот раз тени возник мой телохранитель и как почувствовал опасность раньше меня.

– Леонель! – запоздало ахнула Глория, в ужасе застыв на пороге. – Ты что творишь, безумец?! Шанайя – новый хранитель священного родника!

– Я…

Вампир, на удивление быстро растерявший весь свой воинственный запал, нервно скосил взгляд на клинок. Потом – на убийственно мрачного Рикардо. Следом – на настороженную меня.

– Прошу прощения, вы… Я просто хотел понюхать вас…

Мужчина выглядел искренне смущенным, но я почему-то не спешила ему верить. Как и Рик, не убирающий клинок, который отсвечивал пугающей чернотой и одновременно серебром вязи магических рун.

Ситуация складывалась патовая, ведь я сама позволила гостям войти в дом, да и в отношении Глории претензий не имела. Что же делать?

– Не надо меня нюхать, – произнесла в конце концов строго и прошла в направлении приемной, бесстрашно повернувшись к неоднозначным посетителям спиной. – Рик, убери оружие. Дернется в мою сторону снова – разрешаю убить. – После чего обернулась через плечо и смерила строгим взглядом вампира. – Надеюсь на ваше благоразумие, Леонель.

– Я бы не надеялся, – презрительно процедил химер, но оружие убрал.

Я тоже догадывалась, с какой именно целью меня планировали «нюхать», но все же являлась противником бессмысленного кровопролития. Ничего страшного не произошло. Пока…

Интересно, это очередной фокус-покус мироздания или обычный рабочий момент нелегкой жизни хранителя? Как с этим справлялась бабуля? Эх, жаль, уже не спросить!

– Итак… – Я устроилась за столом, жестом радушной хозяйки предлагая гостям занять диван. Ведь не зря же Глория пришла ко мне не одна, а в компании с неадекватным приятелем. – Я вас слушаю.

В отличие от Леонеля, который сразу занял самый дальний угол и предпочел изучить обстановку, лишь бы не смотреть на меня, Глория прошла к столу, прижав руки к груди, и низко поклонилась с покаянным выражением лица. Выглядела она при этом так искренне, что я даже слегка озадачилась. Она считает себя настолько виноватой?

Рик, удерживая ситуацию под контролем, замер справа от моего стола, готовый в любой момент вновь пустить в дело клинок, который даже и не подумал спрятать. Интересно, где он держит холодное оружие в мирное время? Даже не знала, что оно у него есть!

– Я прошу прощения, что подвергла твою жизнь риску, хранительница, – подавленно произнесла вампирша, не поднимая глаз. – Леонель Монтего – мой младший брат, и я несу ответственность за его поведение. Клянусь, если он снова позволит себе хоть какую-либо вольность по отношению к тебе, его ждет самое суровое наказание. Я признательна за то, что ты уведомила меня о своем решении принять обязательства рода и позволила приобрести новую порцию живой воды. Скажи, могу ли я просить тебя продать живую воду моему брату?

– Почему он не попросит сам? – задала я закономерный вопрос.

– Он… – Глория поморщилась и бросила на меня виноватый взгляд исподлобья, до сих пор так и не выпрямившись до конца. – Боюсь, сейчас он не способен общаться с тобой в деловом ключе. Твой запах для него слишком привлекателен.

– В гастрономическом плане? – хмыкнула я понимающе.

– Нет, – ошарашила ответом Глория. – Все немного сложнее…

– Так. Ладно. Ясно. Понятно, – забормотала я, торопливо переплетая пальцы, которые охватила нервная дрожь. Мне еще поклонника-вампира до кучи не хватало! – Хорошо. Кто твой брат? Чем занимается, где живет, социальный статус?

– Мы происходим из южной ветви приморских владетелей, – озвучила непонятное мне словосочетание Глория, благодарным кивком давая понять, что признательна за наличие закономерных вопросов и отсутствие категоричного «нет». – У клана собственное дело в Ниране, это прежде всего сеть аптек, модных салонов и артефактная мастерская. Несколько наших аптек есть и в Аникаммо. Леонель – талантливый артефактор, его услугами интересовались даже при дворе императора. Вчера днем стало известно о том, что скоропостижно скончался Фридек Збружецкий… – Вампирша бросила на меня пытливый взгляд, но я сидела с каменным выражением лица и понадеялась, что ничем себя не выдала. – Вместе со всеми своими сподвижниками.

И снова я лишь слегка наклонила голову, давая понять, что внимательно ее слушаю.

– Леонель оказался единственным прямым наследником, несмотря на наше дальнее родство с Збружецкими. Я старше его, но добровольно отказалась от титула, поэтому бремя ответственности за земли и всех вампиров, на них проживающих, ляжет именно на его плечи. По нашим меркам, Леонель еще молод, ему всего триста сорок, но мы все понимаем, по какой именно причине не стало Фридека, и не желаем повторить его судьбу. Я прошу… Умоляю, позволь ему стать достойным правителем нашего народа!

Я задумчиво прищурилась, снова ругая себя за то, что до сих пор не изучила литературу по нелюдям, после чего бросила пытливый взгляд на Леонеля и увидела, как неотрывно он смотрит на меня, слегка подавшись вперед.

Пристально, жадно… Совсем не так, как если бы всего лишь ожидал ответа.

Внутренне передернув плечами (чур меня!), я задала самый важный на текущий момент вопрос:

– Убивал?

Вампир отвел взгляд, помрачнел… И отрывисто кивнул.

Хм, стыдится, уже хорошо.

– Как часто?

Он встрепенулся, явно не ожидав, что продолжу беседу, и снова в глазах зажглись искорки надежды.

– В юности. До ста лет. – Замялся, но снова оказался честен. – Не скажу точное число жертв. Около тридцати, пока не научился контролировать жажду. Может, ближе к сорока… Но точно не больше пятидесяти.

Я с осуждением качнула головой и Глория, почувствовав переломный момент, поспешила добавить:

– Древние вампиры не убивают.

Я усмехнулась, иронично изогнутой бровью намекая на того же Збружецкого, и Глория меня прекрасно поняла, едва заметно сморщив свой идеальный носик.

– Я имею в виду адекватных вампиров. Граф был психом и парией даже среди своих, но все же графом. Наш клан чтит древнее соглашение, подписанное старейшинами региона, по которому любая жизнь считается священной. Молодняк, не умеющий себя сдерживать, кормится в криминально неблагополучных районах столицы под строгим контролем старших родственников. Уверяю тебя, ни одна жертва не была невинной или полезной обществу.

Хм, ну раз так…

– Хорошо.

Без лишних слов и угроз я вынула из сумки два флакона и подвинула их в направлении Глории, чьи глаза расширились от удивления и искренней благодарности.

– Мы… признательны за оказанное доверие, хранительница, – прошептала вампирша и, порывисто подскочив ко мне сбоку от стола, крепко обняла, шепнув на ухо: – Спасибо-спасибо!

Что удивительно, Рик не счел ее действия за угрозу и продолжал спокойно стоять с другой стороны. Наобнимавшись, Глория взяла себя в руки и один за другим выложила из своего саквояжа на мой стол не два, а почему-то три мешочка с монетами. Я озадаченно приподняла бровь, но мисс Монтего была категорична и, качнув головой, предельно серьезно произнесла:

– За моральный ущерб. Спасибо, что не держишь на нас зла. Со своей стороны обещаю не потерять оказанного доверия. Если позволишь, я сообщу о тебе остальным. Милая блузка, тебе очень идет. Кстати, твое платье уже почти готово. Как и обещала, пришлю его на твой домашний адрес вечером. Была рада увидеться, береги себя. Леонель, идем.

В отличие от сестры, которая под конец своей речи порхала по приемной, словно тропическая бабочка, и фонтанировала искренней радостью, Леонель был задумчив… и капельку грустен. Плавно поднявшись с дивана, вампир шагнул было ко мне, но Рик едва уловимо приподнял клинок, и молодой граф передумал.

Поджал губы, расправил плечи, вздохнул… И, глядя мне в глаза побитым щенком, произнес:

– Благодарю за оказанное доверие, хранительница. Мне бесконечно жаль, что я был превратно понят. Надеюсь, вы не держите на меня зла. Да хранит вас Первостихия.

Вампиры ушли, хлопнула входная дверь, и я убрала деньги в нижний ящик, всего лишь по весу определив, что в каждом – ровно сотня золотых монет, стандартная цена большого флакона. Н-да, и я еще в начале недели беспокоилась о том, что мне нужна работа!

– И все же, что он хотел на самом деле? – спросила у воздуха, но ответил Рикардо, убравший клинок, но не отошедший от стола:

– Думаю, почуял в тебе невесту.

– Кого? – Я оторопело уставилась на своего телохранителя.

– Женщину, которую можно обратить в вампира без печальных последствий, – терпеливо пояснил Рик. – Видишь ли, на самом деле вампиров крайне мало. В былые времена их безжалостно истребляли, так что сейчас во всем нашем регионе не наберется и трех сотен высших, тогда как тысячи лет назад их насчитывались целые поселки. Мироздание распорядилось так, что полноценным высшим вампиром можно только родиться. Те, которых обратили, – жалкое подобие.

– Упыри, – кивнула понятливо.

– Не всегда, – возразил химер. – Древний высший может провести ритуал и поднять из мертвеца не упыря, а вампира, хотя и низшего. Он будет бледен, бояться яркого солнечного света и далеко не так силен, как высший, хотя и в разы адекватнее того же упыря, который по сути – животное. А еще низшие стерильны в плане продолжения рода. Но невесты… Это малоизученный и крайне редкий феномен. Обычно женщины, но я слышал и о мужчинах. Такие люди после ритуала становятся полноценными высшими, причем именно вторыми половинками тех, кто их учуял. Поэтому… – Рик выразительно ухмыльнулся, – надо было его убить.

– Кошмар! – Я возмущенно откинулась на спинку стула и уставилась в потолок, обращаясь в первую очередь к мирозданию. – А попроще закрутить сюжет нельзя?! Что за грибной дождь из женихов самых разных сортов и модификаций?! Неужели мое скорейшее замужество – единственное, что важно?!

– Что за шум, а драки нет? – К нам выглянул Алан и не увидел никого постороннего.

И тут кукушка выглянула из своего домика и чинно проинформировала:

– Час пополудни, дамы и господа. Ку-ку. Время обеда.

– Глория заходила, – пояснила я с грустным вздохом. – Вместе с братом, который стал наследником графа Збружецкого.

– Ага, – понятливо кивнул братишка. – А в чем проблема? Что за похоронный тон?

– Вампир унюхал в ней свою невесту, – ухмыльнулся Рик, пристраиваясь задом на край моего стола, предварительно сдвинув бумаги в сторону.

Ну что за дурная привычка? Медом им там намазано, что ли?

– Вот дерьмо! – обескураженно выдохнул Винтерфелл, но, пока не начал возмущаться дальше, я его торопливо перебила:

– Это лишь предположение, успокойся. И вообще, идемте обедать. Заодно расскажете мне, как обычно в Аникаммо празднуют День цветения магнолий. Если помните, я не местная, и мне безумно интересно знать все. Алан, ты уже пригласил кого-нибудь на гуляния? Норт, Джил, привет! Знакомьтесь, мой телохранитель – Рикардо Кабреро.

– Черный Рик, – хмуро протянул Нортон, а Джиллиан просто смерил химера неприязненно-оценивающим взглядом.

Ой, вот только не надо начинать! У меня и так настроение на нуле!

– Парни, мне решительно плевать, что вы о нем слышали, знаете, додумали или вообразили, – произнесла я капельку стервозным тоном, поднимаясь из-за стола. – Рик – мой телохранитель и всего десять минут назад спас меня от высшего вампира, а позавчера – от смерти. Поэтому либо вы ведете себя прилично и уважаете мой выбор и мое окружение, либо я сделаю вашу жизнь невыносимой. Всем все ясно?

– А ты девочка с характером, – неопределенно хмыкнул детектив, бросая последний косой взгляд на невозмутимого химера. – Но ты в курсе, что он близкий родственник Дженкардо?

– Конечно.

Я была спокойнее айсберга, и Нортон, качнув головой, успокоился. Джиллиан, подойдя ближе и обменявшись с Риком приветственным рукопожатием, сдавленно крякнул, судя по взгляду, проникся к химеру уважением, и на этом вливание в коллектив благополучно завершилось.

Мы отправились на обед.

Уже в кафе я напомнила мужчинам о своем вопросе про праздник, и Алан с Джилом охотно посвятили меня в суть празднования. Все начиналось ровно в полдень, и прежде всего – массовыми гуляниями по центральной площади, прилегающему к ней парку и набережной. К этому времени специальная городская служба, ответственная за торжественные мероприятия, всего лишь за одну ночь украшает город специальными гирляндами из лент и магических фонарей, которые вечером превращают парк в настоящую сказку. По заверениям Алана, танцевать ночью в таком парке под кронами цветущих магнолий – истинное удовольствие и настоящее волшебство. Суббота – первый день празднования, которое неофициально растягивается на всю последующую неделю. В эти дни полагается налаживать родственные связи, традиционно заключаются помолвки и нередки свадьбы. Ветка цветущей магнолии, преподнесенная мужчиной девушке, считается официальным предложением руки и сердца.

– Не принять нельзя, – сразу предупредил Алан, мгновенно уловив хмурую мысль, промелькнувшую в моих глазах. – Считается, что тогда Первостихия будет сердиться. В то же время принятая ветка ни к чему тебя не обяжет ровно до тех пор, пока ты не сорвешь с нее цветок и не вручишь его дарителю, тем самым давая согласие на брак.

Я благодарно кивнула, подумав, что никто не заставит меня это сделать. И вообще?! Почему меня буквально принуждают к браку? Не хочу! Не хочу – и все! У кого там что припекает? Брачуйтесь и рожайте сами! Мне и в статусе «мисс» прекрасно живется!

– Обычно городские службы заранее заботятся о том, чтобы день выдался погожим, поэтому многие выбираются на пикник прямо в парк, – продолжил рассказ Алан. – Есть несколько традиционных блюд именно к этому празднику: ягодно-цветочный морс, яблочные булочки и печенья с позитивными предсказаниями. Многие женщины стряпают что-нибудь вкусное сами, но, если не захочешь – не беда, завтра вся набережная и центральные улицы будут в лотках с угощениями. Остальная еда – на твое усмотрение, каких-то особых ограничений нет, хоть мясо в горшочках, лишь бы было удобно есть на природе.

– Это ты так тонко намекнул, что хочешь на ужин? – рассмеялась, когда Алан смачно облизнулся и задорно блеснул глазами, давая понять, что я угадала. – Не знаю, не знаю… Николас не говорил, куда мы пойдем и что будем делать, так что не уверена, стоит ли затевать что-то сложное. Тем более, вечером мы приглашены к бургомистру… А там что будет?

– Обычный светский прием с небольшой поправкой на наряды, – беспечно отмахнулся дракон. – Женщины в «цветочных» платьях, мужчины – в смокингах и с цветком в петлице. Фуршет, танцы, торжественные речи и чествование граждан, принесших городу пользу. Скукота та еще. Мне, кстати, тоже приглашение прислали, так что, в случае чего, буду поблизости и спасу.

Алан белозубо улыбнулся, отчего шедшая к нам официантка запнулась о собственную юбку, но сидящий ближе к ней Норт ловко придержал девушку, и непоправимого не произошло.

– Простите, – пролепетала она, сочно краснея, и поставила передо мной тарелочку с воздушным десертом, который я не заказывала. – Это вам от господина за угловым столиком.

Все четверо моих спутников в едином порыве обернулись в указанном направлении, но угловой столик был пуст, а растерянная девушка не смогла внятно объяснить, как выглядел пресловутый господин.

– Не нравится мне это, – хмуро заявил Алан, мгновенно отодвигая десерт подальше от меня.

– Согласен, подозрительно, – прищурился Рик, бесстрашно запуская чайную ложечку во взбитые сливки и снимая пробу. – А ничего так… Похуже, чем в ресторане, но тоже достойно. Я съем, никто не против?

И взглянул почему-то на юриста и детектива.

Понятно, заговор. Впрочем, мне не жалко, лишь бы не отравился, а то будет совсем не смешно, если вдруг мой телохранитель влюбится в моего тайного поклонника…

Представила, аж дурно стало. Нет, я не настолько толерантна!

– Как думаете, кто это мог быть? – предположила вслух, когда поняла, что у самой идей нет.

– А какие у нас варианты, учитывая, что аль-Маэйро покинул город? – нахмурил лоб Алан, ревностно следя за тем, как Рик быстро уничтожает десерт.

Как будто только что не обедал!

– Мм… Не думаю, что это Вилсом, – протянула я, впрочем, без особой уверенности. – А больше вроде и заподозрить некого…

– Леонель, – твердо произнес химер, перед этим тщательно облизав ложечку.

Заявление выглядело вполне логичным, но я упрямо отказывалась записывать вампира в поклонники. Не хо-чу!

– Почему так думаешь?

– Это закономерно, – пожал плечами телохранитель. – Впрочем, не удивлюсь, если таинственным дарителем окажется и вовсе не известный нам господин. – Он бросил на меня пытливый взгляд и пробормотал: – Даже интересно…

Интересно ему!

– А меня бесит, – заявила с вызовом, не собираясь скрывать своего отношения к происходящему. – И вообще, что за танцы с бубнами?! Я не настолько неотразима, чтобы вызывать столь повышенное внимание противоположного пола!

Все четверо уставились на меня одновременно. Причем если Норт и Джил – по-мужски оценивающе, то Алан – с сочувствием, а Рик – с таинственной усмешкой.

– Ты красива, – первым возразил детектив, чем безмерно удивил.

Мне самой почему-то постоянно казалось, что Нортон меня недолюбливает и в чем-то подозревает.

– Есть в тебе некая изюминка, которая привлекает, – вторил ему Джиллиан, весомо кивая в такт собственным словам. – Твоя внешность нестандартна для нашего региона, и это притягивает взгляд. На тебя приятно даже просто смотреть, а когда приглядишься – тянет защищать, больно уж ты хрупкая и нежная на вид. Не понимал бы, что бесполезно, сам бы за тобой приударил. Хотя характер у тебя… – Все четверо усмехнулись, да так одинаково, что я возмущенно округлила глаза, но Джил на удивление мягко закончил: – Стальной. Не каждый справится. Но в твоем случае иначе и нельзя.

– Все дело в том, что ты в фокусе и, ко всему прочему, приняла обязанности хранителя, – подхватил эстафету Рикардо, ласково щурясь и очень сильно этим смущая.

Словно у нас уже была одна тайна на двоих. Интересно, вчерашний поцелуй можно считать за тайну?

– Теперь мироздание намеренно будет окружать тебя сильнейшими мужчинами, способными защитить от чего угодно. Не забывай также о том, что тебе необходим наследник, ведь ты последняя в роду. Твоя задача – всего лишь сделать выбор.

– Хочешь сказать: когда я определюсь, мироздание успокоится? – прищурилась пытливо.

– Возможно, – уклончиво согласился Рик. – Но я не могу знать, в чем конкретно состоит твое предназначение. Если это не продолжение дела рода, то тут можно сколько угодно предполагать и не угадать даже примерно.

– Живи так, как хочешь сама, – вдруг серьезно заявил Алан. – Фокус мироздания – практически не изученный феномен, но драконы верят, что только тот выбор верен, который сделан душой, а не под давлением обстоятельств. Моя мать тому отличный пример. К сожалению, я не могу дать прочесть ее мемуары в самое ближайшее время, для этого необходимо лететь в наш родовой замок, но я уверяю тебя, ее злоключения и испытания завершились ровно в тот момент, когда она осознанно пробудила отца из магически наведенного сна, поделившись с ним теплом души.

– Ее предназначение – замужество? – спросила я, больше всего желая услышать «нет».

– Никто не знает, – пожал плечами братишка. – Она отказалась от визита к оракулу. Вообще она очень много сделала для нашего народа, да и не только для нашего, причем как до, так и после замужества. Я с легкостью могу перечислить тебе не меньше двух десятков значимых деяний, так что любое из них можно назвать предназначением. Я что на самом деле хотел сказать? – Дракон солнечно улыбнулся и подмигнул. – Не грусти, мы с тобой. Как бы ни изгалялась судьба, мы уже знакомы и не оставим тебя в беде. По крайней мере, я точно.

Момент был настолько трогательным, что я не удержалась и порывисто обняла драконьего принца, тем более, он сидел слева и мне даже не пришлось перелезать через стол.

Норт и Джил дружно подтвердили, что друзей в беде не бросают, ну а Рик просто молча сжал мою коленку под столом и бодро поинтересовался:

– Мы тут до вечера или все-таки вернемся в бюро? Ни на что не намекаю, но обеденный перерыв уже давно подошел к концу и возле двери вашей контры мнется какой-то подозрительный тип.

– Какой тип? – мгновенно насторожился братец, но, так как только Рик сидел почти возле окна и мог видеть часть улицы, никто из нас, кроме химера, не мог ответить на этот вопрос.

А мой телохранитель равнодушно пожал плечами.

– Ладно, и впрямь пора поработать, – решительно кивнул владелец бюро и подозвал официантку, чтобы расплатиться.

Что примечательно, каждый из мужчин платил сам за себя, а вот мне сделать это никто не позволил. И если Алан начал возмущенно выговаривать мне, чтобы я убрала кошелек и не позорила его перед всем городом, то Рик просто молча положил сверху монету серебром, чем быстро завершил спор.

– В следующий раз плачу я, – сердито прищурился братишка, на что химер неопределенно дернул бровью и криво усмехнулся.

«Все-таки забавный он», – подумалось мне вдруг, и я с ужасом поймала себя на мысли, что присматриваюсь к Рикардо гораздо внимательнее, чем прежде. О нет, только не это! А ведь все так хорошо начиналось!

Черт побери, что я за человек такой распутный?! Неужели и впрямь стану владелицей гарема? Хм, если подумать…