Глава 86

От сумасшествия Алекса спасала только постоянная связь с Тори. Разговоры столько, сколько позволяло время. Сообщения всегда, когда есть связь. Он засыпал с наушником в ухе, не в силах оторваться от разговора.

Голос Тори стал его воздухом. Его необходимым условием жизни. Необходимым, но не достаточным, как говорят математики. И, применяя математическую лексику, он будет полностью счастлив тогда и только тогда, когда Тори будет рядом. Глаза в глаза. Кожа к коже. Чтобы ближе некуда. Прорасти друг в друга.

Не успокаивало ни озеро, ни сосновый лес, залитый солнечным светом и терпким хвойным ароматом.

- И кто она? - после долгого сидения в полной тишине на деревянных скрипучих мостках у озера спросил дед Витал.

- Её зовут Тори. Виктория. Виктория Свенссон.

- Шведка?

- Нет. Русская. Гораздо больше русская, чем я. Папа швед. Выросла в Стокгольме. Сейчас живёт в Москве. Она сестра Игоря.

- Погоди, у него же маленькая совсем. Кудрявая такая. Я помню.

- Там всё сложно. У Игоря есть старшая сестра Катя. По папе. А Виктория Катина сестра по маме.

- Ох, ничего себе! Ты уже знаком с её родителями?

- Тори сирота. Катя - её опекун. Но по факту —родители Игоря.

- Ты так дергаешься, потому что к ней рвешься?

- Так заметно?

- Иначе я бы не спросил. Видно, что ты не ловишь кайф от того, что раньше тебя радовало.

- Мы всё равно ещё год будем в разных городах.

- А потом? Или ты так далеко не заглядывал?

- Потом... Это ещё не скоро.

- Мужчина рядом с женщиной обязан иметь другой горизонт планирования. Если это серьёзно, конечно, - и Витал Виртанен внимательно посмотрел на внука, - Подумай об этом. Год пролетит быстро. Хотя в разлуке часы всегда опаздывают.

- Вы же приедете в Москву в этом году? Или, может, ко мне в Питер на Рождество? - в голосе Алекса была надежда.

- А ты познакомишь нас со своей Викторией?

- Конечно! Она...

- Я уверен, что она чудесная. Иначе бы ты её не выбрал. Пойдём. Бабушка запекла рыбу.

В доме бабушки Майи и дедушки Витала, кажется, думали исключительно о радостях и удобствах. А на лёгкий беспорядок просто не обращали внимание. Алекс подумал, что эта лёгкость бытия - главное, что он хотел бы взять в свой будущий дом, когда он у него случится.

Немного жалко было неминуемо уходящего детства, в котором у него было много радостей, связанных именно с этим домом. Жалко было той беззаботной лёгкости, которая, конечно, уйдёт в возрастом.

Мысли вертелись вокруг их разговора с дедом о долгосрочных планах. Тяжело было себе признаться, что он немного трусит. А сейчас добавился ещё один страх - ответственность за Тори. В том, что у них всё серьёзно, сомнений не было ни минуты.