ГЛАВА 16. ЗАПАДНЯ

Рессария.

Облик Кайрана ощущался… Как это сказать. Необычно, что ли. Ресса подняла красивую мужскую руку с длинными аккуратными пальцами и мощными предплечьями, по которым словно ручейки разбегались в разные стороны вены, и запустила ее в волосы, намереваясь предать буйным кудрям более – менее приличный вид.

Мягкие, шелковистые, как и тогда, кажется, в другой жизни, когда он лежал у нее на коленях, разомлев после жаркой ночи, а Рессария массировала ему виски, то и дело отвлекаясь на рыжие игривые завитки.

Столько лет прошло, а Кай почти не изменился. Разве что стал еще красивее, мужественнее. Раздался в плечах, подрос. Мышцы стали более крепкими, рельефными. Мальчишка научился хмуриться. Сурово так. Но и улыбаться тоже научился. Совсем по – другому. Игриво, соблазнительно, но «дежурно». Раньше в его арсенале улыбка была только одна. Искренняя, бесшабашная. От такой колени сами подгибались, и глаз отвести от него уже было невозможно.

Где – то в глубине души она, наверное, жалела, что сбежала тогда. Мальчишка был влюблен и всерьез собирался жениться. И на ком? На многоликой, да еще и жрице любви из кессарийского борделя! Только дура отказалась бы от такой возможности. Молодой, красивый, остроумный, да еще и при деньгах. Но Ресса предпочла исчезнуть. Не портить жизнь тому, кто был к ней добр. Нежен в постели и за ее пределами. Внимателен в подарках и разговорах. Он действительно ее слушал и слышал. Всегда.

Сианне она завидовала. По – доброму, но все – таки завидовала. Созидательница была по уши влюблена и, самое смешное, совершенно не понимала, что это прекрасное светлое чувство взаимно. Кай, конечно, держался, как мог. Не понятно зачем, но каменного истукана изображал старательно. Только он себя скорее мог обмануть, чем Рессарию. Она ведь видела его влюбленным. Знала этот взгляд. Поэтому строго – настрого запретила себе с ним флиртовать. Даже в повседневной безобидной манере. У Рессы было много недостатков, но отсутствие морального компаса среди них не значилось.

Она шла на «свидание» с русалкой и, как бы жутко это не звучало, очень надеялась, что она не ошиблась, и там, в гроте, ее ждет гадкая нечисть, а не чистокровная владычица морей и океанов. Пусть лучше они в западне оказались, чем Кай поцелует другую женщину и разобьет без того истерзанное жизнью сердце Сианны.

Девчонка ей нравилась на каком – то подсознательном уровне. Более того, Рессария внезапно захотела стать такой же. Пережив океан боли, страданий, испытаний, жестоких и поучительных, столь же восторженно смотреть на жизнь, как Сианна.

Снова любить, доверять, чувствовать что – то, кроме горечи и страха. И она обязательно научится. Еще и замуж выйдет, детей нарожает, а бордель, криминал, жизнь в тени, в бегах, оставит позади. Но сначала им предстояло добраться до Эльсинора. Кай так расхваливал юного короля Иллая, что она вдруг поверила в счастливый конец. Поверила, что даже многоликим там найдется пристанище.

Ресса была почти на сто процентов уверена, что их русалки – подделка. Причем грубая и дешевая. Будь она сама по себе, как всегда, уже сделала бы ноги и была на Шергосе. Но рисковать жизнью остальных ей не хотелось, особенно, учитывая, что с ними была Фредерика. Маленькая частичка ее погибшей сестры.

Вдруг ей действительно показалось? Тогда спасаться им пришлось бы разве что по воздуху. Узнав, что их обманули, сбежали, не сдержав обещание, русалки непременно бросились бы в погоню, а уж в воде им нет равных. Даже матерые пираты их побаивались, что тут говорить о кучке простых магов. Остались бы от них лишь «ножки да рожки», навек упокоенные где – то на дне океана. Ее ошибка могла стоить всем жизни, а потому Ресса сделала глубокий вздох, нырнула в ледяную воду и выплыла уже в гроте, где ее, вернее Кайрана, порядком припозднившегося, должна была ждать Риа.

Русалка расстаралась. «Рандеву» назначила в уютной маленькой пещере, заполненной теплой, на удивление, водой. На каменных уступах стен расставила свечи в причудливых подсвечниках из гальки и ракушек. По бокалам разлила вино и устроила его на серебряном подносе, который каким – то неведомым Рессарии образом не тонул в воде, а спокойно плавал на поверхности.

Только вместо похотливой девицы ее взору предстал кое – то другой. Расселся на камне, закатав брюки до колен, и невинно болтал ногами в воде. Будто сам на «свидание» к русалке пришел. Темные густые волосы. Слегка волнистые. Выразительные глаза. Пухлые губы. Небритый. В простых темно – синих брюках и белой рубашке с расстегнутым воротом. Он был почти красивым, если бы не ледяная ненависть, что плескалась на дне, казалось бы, таких теплых по цвету шоколадных глаз. Что сказать… Не обманула интуиция. Они сами приплыли в лапы того, от кого без оглядки бежала Сианна.

– Кайран Кайдэ, – подмены генерал не заметил. – И почему от вашей семейки всегда одни проблемы?

– И Вам доброго утра, – Ресса скользнула взглядом по водной глади и заметила, что путь к отступлению отрезан. У нее за спиной, там, где был подводный вход в пещеру, уже выросла «стена» из лиан. Ну конечно, чего еще ожидать от мага земли.

– Ресса, беги оттуда! – в голове раздался голос Эймера. – Мы в ловушке. Это какие – то перевертыши – мутанты. «Диа» облик не удержала и взбесилась. Килмар ранен.

– Не могу, – подумала она в ответ. – У меня здесь папаша Сианны собственной персоной. И, кажется, он очень жаждет потолковать с Кайраном.

– Тогда тем более беги! Или нет, стой. Меня подожди. Я тебя выт… – страж затих на полуслове.

– Эймер? Ты там живой?

Балиоре недобро усмехнулся:

– Что такое? Не отвечает дружок?

Подготовился, зараза.

– Расслабься, не сдался мне твой страж. Очухается минут через десять. С Ишидаром отношения портить – себе дороже.

С Ишидаром? Ох, нет… Так не бывает.

– Оу, – усмешка превратилась в оскал. – Понимаю… Понимаю. Не рассказал тебе этот образец благочестия, что папочка у него криминальный элемент.

Пекло. Значит, бывает. Ишидар бы, кстати, оскорбился до глубины души, узнай он, что какой – то там генералишка, совершенно посредственная личность, назвал его всего – навсего криминальным элементом. Самомнение у вора было поистине королевское.

А ведь он рассказывал ей про сына. Пару лет назад, за бутылкой элитного вина с эльфийских земель, естественно, краденого. Говорил, что мальчишка и знать его не хочет, а ремесло его считает недостойным. Кто бы мог подумать, что Ресса знала отца Эймера куда лучше, чем он сам. Балиоре не ошибся. Если уж кто пальцем посмеет тронуть его сыночку, Ишидар из – под земли достанет этого «храбреца», а потом убьет. Хоть генерала, хоть самого короля.

– Так и будем плескаться или излагать начнете? – Рессария натянула самую зловещую улыбку, на какую только была способна. Не в духе Кайрана, конечно, но вряд ли ее собеседник так уж хорошо разбирался в повадках новоиспеченного зятя.

Балиоре как – то неопределенно повел плечами, очень зловеще, а потом хмыкнул:

– Можем и поболтать, коли скучно тебе. Мне – то, по сути, все равно. Бежать тебе некуда, хотя и не станешь ты. Там ведь твой отец. Стоит мне отдать приказ и… Ты снова осиротеешь, демон. Но если будешь паинькой, я даже сохраню ему жизнь.

– И каков план?

– Пойдешь со мной, и никто не пострадает. Как тебе такой вариант?

Восхитительно.

– А дальше? – план у него был, однозначно, и Рессария примерно догадывалась какой.

– Будто сам не знаешь. Брось, Кайран, я наслышан, что ты не дурак. Моя дочь влюблена в тебя, сама ко мне придет. Да и Каттагану придется попотеть ради любимого внука. Но не переживай, я не потребую невозможного. Всего – то разорвать вашу дурацкую брачную клятву… Ну и кессарийские войска отвести подальше от границ Килденгарда. В качестве моральной компенсации.

План хороший. Не поспоришь. У Рессарии был лишь один вопрос. Как? Откуда этот маньяк, иного слова не найти, знал все наперед?

– Ресса! – рыкнул Кай у нее в голове. – Я тебя придушу когда – нибудь! Ты зачем туда поперлась?

– Затем! Не вздумай сюда соваться. Он думает, что я – это ты.

– Это я уже понял!

– Что у вас там? Все живы? Эймер? Килмар?

– Живы. Тяни время. Мы что – нибудь придумаем.

Ага, придумает он. Рессария ни чуточку не сомневалась, что мозговой штурм не состоится. Кай просто помчится ей на помощь и подставится сам. Кайдэ был рассудительным парнем, но когда дело касалось дорогих ему «людей», разум у демона отказывал напрочь.

– Не смей! – угрожающе процедил Кайран.

Она его проигнорировала. Поставила ментальный блок и обратилась к генералу:

– Где корабль?

Балиоре беспечно махнул рукой:

– Корабль? Глупости какие… Ненавижу качку. Мои люди уже отключили купол. Толку с него теперь, если он дырявый. Меня невозможно переиграть, мальчик. Поэтому не делай глупостей. Себя не жалко, подумай о Сандре. Я обещал дочь Винсенту, и он ее получит. Если не в качестве жены, то в качестве любовницы. Я бы предпочел первый вариант. Не хочется все же, чтобы мои будущие внуки были бастардами.

Ее аж передернуло. Понятно, почему собственное имя, данное ей при рождении, Сианна и слышать не хотела. С таким – то отцом. С этого станется родную дочь силой притащить во дворец и уложить в постель к Винсенту.

Генерал встал, как ни в чем не бывало, педантично расправил брюки и открыл портал:

– Пошевеливайся. Пока я не передумал.

Ресса ловко выбралась на «сушу» и без лишних слов добровольно шагнула вслед за Балиоре. Прямо в логово врага. Во дворец. Не королевский, там она бывала, когда пришла забрать душу Альберта.

– Темница, я так понимаю, мне не светит? – босыми мокрыми ногами она шлепала по коридору, исподтишка осматриваясь по сторонам.

Белоснежный мрамор на полу и на стенах. Высоченные потолки с лепниной. Зеркала в пол в роскошных рамах из чистого золота. Изысканная и очень дорогая мебель. Резиденция монарха и то была скромнее.

– За кого ты меня принимаешь. Внука самого Каттагана – и в темницу!

Балиоре свернул за угол и толкнул внушительную резную дверь:

– Прошу. Личные покои для моего драгоценного зятя.

Лучше б в темницу. Предложенная ей комната больше напоминала бальную залу с кроватью по центру, но кроме этого имела «глаза» и «уши». Хозяин дворца и не подумал хоть как – то замаскировать следилки на стенах и защитную сетку по всему периметру жилища. Из такой не сбежишь. Но что хуже, спать ей придется, не снимая облика. Вырисовывалась проблемка. Личину Магды она обычно на ночь снимала, надо же было силы восстанавливать. А так она неделю продержится, не больше. Потом как «Диа» начнет фальшивить, и у «Кайрана» голосок станет женским. Или волосы посветлеют.

– А Вы – сама щедрость, – Рессария, гордо задрав нос, смерила генерала ледяным взглядом и прошествовала внутрь.

– Рад стараться, – съязвил в ответ Балиоре. – Обед и ужин тебе принесут. Подумаешь сбежать… Помни о последствиях.

На том и откланялся. Хлопнул дверью, и деревянная махина тут же обзавелась живым «щитом» из лиан. Никакой фантазии. Мог бы и что – то поизящнее придумать. Хоть сетку, но ее, кажется, плел не он. Она кожей ощущала тонкий флер некромантской магии. Поломанной. Неправильной. Как призраки в форте.

Или он исходил от следилок? Рессария сбросила мокрые вещи и пошла в ванную. По пути, якобы случайно, задела плечом стену. Долбануло ее знатно. Чуть облик не спал. Сетка была отменная! С изыском. Ее словно молнией пронзило. Надо сказать, весьма болезненно. Зато она сразу его вспомнила. Совсем молодой, лет двадцать, если не меньше. Потерянный, растрепанный. Нестабильным даром за версту несло.

«Штормовой некромант! Ошибка природы, да и только!». Не ее слова. Именно на него Альберт когда – то орал в тронном зале. Рессария тогда только присматривалась к монарху.

Как же его звали? Альберт ведь называл имя… Эндзор? Индзор? Энсор! Мальчик с двумя сильными дарами, тяжелой ношей для смертного. Скорее всего, это он готовил комнату для Кайрана. Он «поднял» жертв сандрийского гриппа для охраны форта. «Пазл» потихоньку складывался.

Ресса наполнила ванну, сыпнула ароматной соли с травами и погрузилась в воду. Зачем себе отказывать в маленьком удовольствии? Ванна – большая. Соль – ароматная. Водичка – горячая. Убивать ее, вернее Кайрана, Балиоре не собирался. По – крайне мере, пока. Можно и расслабиться. Подумать. Многоликих так просто не возьмешь. И похлеще передряги видывала.

– Энсор. Энсор, – одними губами произнесла Рессария, отвернувшись от следилки. – Кто же ты?

Она что – то упускала. Что – то невероятно важное. Ведь это имя она слышала не единожды. Феноменальная память многоликих была и даром и проклятьем. У нее в голове было столько «мусора». Бесполезных деталей, имен, биографий.

– Биографий… – все так же беззвучно она продолжила бормотать себе под нос. – Ну конечно.

Адриан Энсор Мерлей. «Выбыл» из форта три года назад. Ресса видела его дело. В той особой папке Магды, где хранились биографии несчастных, что сдались окончательно. Предпочли свести счеты с жизнью. Она закрыла глаза, пытаясь воссоздать листок целиком. В руках же держала, не могла забыть.

Буквы обрели очертания и сложились в строчки. Не ошиблась. Точно он. В графе «дар» – некромант, штормовой маг. «Возраст» – 18 лет. Получается, не погиб он. Его освободили.

Приволокли во дворец. Отмыли, накормили, отогрели? И заставили служить короне? Выходит, что так. Но почему он согласился? Неужели шантажом вынудили? Тот день в тронном зале она помнила хорошо. На Альберта мальчишка смотрел если не с ненавистью, то, мягко говоря, без особого тепла.

Ресса откинула голову на бортик ванны и улыбнулась неожиданному открытию. Похоже, не все потеряно. За время, проведенное в форте, одну важную истину она усвоила. Узники ненавидели корону. Все без исключения. Ненавидели чету Деналей, от покойного Фредерика до юного короля Винсента, и Совет Магов. Тех, кто превратил их жизнь в один сплошной ночной кошмар. Какой бы не была причина, она не сомневалась, что «штормовой некромант» служил короне не по доброй воле. И Альберта глазами «прожигал» не от уязвленного самолюбия. Он его просто ненавидел и вряд ли вдруг воспылал страстью к Балиоре.

У нее был потенциальный союзник. Оставалось только подать знак. Выход нашелся быстро. Под личиной Кайрана было кое – что еще. Маленький кусочек форта. Вернее кусочек Санты. Ее заколка для волос. Единственная в арсенале некромантки, но Лойс, не раздумывая, отдала ее Рессарии, стоило только обмолвиться, что с убранными волосами ходить ей сподручнее.

Мальчишка должен был узнать заколку. Санта всегда носила ее на рукаве. Прикалывала на манжету, чтобы в случае чего свою роскошную платиновую, будто седую гриву собрать в прическу и не трясти волосами в еду во время дежурства на кухне. Даже обмолвилась как – то в разговоре с Шелби, что эта привычка у нее с детства.

Откладывать собственное спасение в долгий ящик Рессария не стала. Балиоре лучше брать «горяченьким». Пока не очухался. Она вылезла из ванны, подсушила шмотки бытовой магией, оделась… И принялась барабанить в дверь. Оцарапалась о шипы лиан, но успеха добилась. Генерал явился минут через пять. Сонный и порядком раздраженный. Никак, не спал всю ночь, карауля их на острове.

– Чего тебе? Я же сказал, обед принесут.

– Некроманта позовите, – огорошила его Ресса.

– Какого еще некроманта?

– Сами знаете какого. Дефектного. Мне дурно от его магии. Пусть убирает сетку. Или дайте мне другую комнату.

Блеф, но почему, собственно, и нет. Менталисты – создания хрупкие. Настоящего Кайрана вполне могло замутить от этой жуткой покореженной магии.

– Сбежать надумал? – Балиоре хищно прищурился.

– Успокойтесь. Я помню о последствиях. Объясняете Вы доходчиво. Я ничего не имею против Ваших мер предосторожности… Но эта его магия. Тошно. Где Вы только выкопали этот «бриллиант». Полно же вокруг приличных некромантов.

Бубнила она крайне возмущенно, а Кайран в ее мастерском исполнении действительно побледнел. Сильно. Генерал купился:

– Ладно. Сиди здесь. Позову сейчас. Как закончит, сам новую накину. Надеюсь, от моей магии тебя не мутит?

– Никак нет. Ваша вполне сойдет.

Балиоре скрылся за дверью. Ненадолго. Протопал по коридору и рявкнул на весь дворец:

– Энсор! Я должен за тобой бегать?

Три секунды и дверь вновь открылась. В комнату запихнули уже знакомого ей измотанного паренька.

– Здрасьте, – равнодушно буркнул Энсор.

Более усталого на вид создания в этой жизни она еще не встречала. Его в рабстве держат, что ли?

– И Вам не хворать, – ответила Ресса, но он и не посмотрел на нее.

– Снимешь, меня позовешь, – генерал смачно зевнул. – И глаз с него не спускать, усек? Сбежит, сам искать будешь.

– Ага, – Энсор вздохнул и тут же занялся делом.

Работал он быстро и молча, а Рессария, устроившись на стуле, его рассматривала.

С прошлой встречи мальчишка возмужал. Черты лица погрубели, ушли те мягкие округлости, что придавали его внешности детскую миловидность. Перед ней стоял уже не ребенок, а молодой мужчина. Надо признать, симпатичный. Золотистая, обласканная солнцем кожа. Породистая ямочка на подбородке. Красивые очертания полных губ. Раскосые глаза орехового цвета и густые темные волосы, лежащие в «художественном» беспорядке. Не очень высокий, но крепкий, хоть одежда и висит мешком, будто с чужого плеча.

Образ довершал свежий шрам на правой щеке. Огромный, тянущийся от внутреннего уголка глаза через всю щеку и до подбородка. Почти как узор наездника у Эймера. Только у стража сия «красота» была нанесена добровольно, а паренька, скорее всего, кто – то покалечил. Учитывая, что на магах шрамы оставались редко, то этот кто – то… Генерал Балиоре. Сианна рассказывала, что лианы оставляют шрамы, если вовремя не залечить рану. Поразительный мерзавец. Дочь уплыла из рук, так он себе новую игрушку нашел.

Энсор первым прервал молчание. Наверное, почувствовал спиной ее тяжелый взгляд.

– Что? Неужели так противно?

– А? – она и не поняла даже сразу, о чем это он.

– Магия моя…

– Не противная она. Просто… – Ресса призадумалась, пытаясь сформулировать достоверный, но не слишком обидный ответ. – Неправильная.

– Будет тут правильная, – произнес почти беззвучно, на выдохе, болезненном, горьком, но она, конечно, расслышала.

– Ты же из бывших узников форта. Я видел дело, – она решила прощупать «почву». – Почему служишь короне?

Неожиданная осведомленность «Кайрана» застала Энсора врасплох. Маску равнодушия как ветром сдуло. И Рессарию тоже… Чуть не сдуло. Окна распахнулись, занавески взлетели, сметаемые ветром. Пальцы недо – некроманта заискрили молниями, как у вполне приличного штормового мага. Он сам себя одернул. Тряхнул рукой, погасив искрящие разряды. Ветер моментально притих. Энсор отвернулся к стене и продолжил возиться с сеткой:

– Не тебе меня судить. Можно подумать, ты здесь не потому, что генерал обещал прикончить твоего отца.

Ресса выдала первое, что пришло в голову, пока он окончательно в себя не пришел:

– Санта – твоя сестра?

Не похожи совсем, но мало ли. Оба некроманты. Эймер вон какие тайны биографии скрыть сумел. Да и на Ишидара страж тоже не больно – то похож.

– Что? Эта сумасшедшая? – Энсор хмыкнул. – Боги миловали.

Мимо, значит. Не Лойс.

– Шелби?

– Слушай, демон, чего ты такой любопытный, а? Тебе – то какое дело до моего брата?

Попался. Ну, раз брат и не Шелби…

– Брендан?

Энсор измучено вздохнул, а пальцы вновь заискрились. Всего на секунду. Собственно, это и был ответ. Обидно даже, что только с третьей попытки догадалась. У Фейри ведь тоже была ямка на подбородке! Точно такая же. Породистая.

Следилки вдруг потухли, но тревога не сработала. Во дворце по – прежнему было тихо.

– Ты и представить не можешь, каково это. Быть подопытным кроликом, – парень стал чернее тучи. – Знаешь, сколько у меня даров? Думаешь, два? Это в деле указано, верно?

Горько ухмыльнувшись, он щелкнул пальцами, и Рессария увидела пламя, а на другой руке… Лед. От ужаса у нее во рту пересохло, и впервые в жизни она не смогла вымолвить и слова. Просто смотрела и хлопала ресницами. Как он вообще живет с противоположными стихиями?

– Шесть, – добил ее Энсор. – И только один мой. Я родился артефактором, как и Брендан. С раздутым резервом, как и все в роду Мерлей. Но теперь я еще и штормовой, огненный, ледяной, некромант и водник. Врагу не пожелаешь такое пережить. Давно должен был сдохнуть, но, оказывается, я на редкость живучий. Я бы отпустил тебя, демон. Ты мне не враг. Но тогда они придут за братом и из него тоже сделают монстра. А он не выдержит. Ему только штормовой дар «подсадили», а он уже концы отдать пытался. Еле выходили. Так что, не обессудь. Я не сволочь. Но и помочь тебе не могу.

Он поднял руку, чтобы вновь активировать следилку, но Ресса успела его остановить:

– Погоди! Мы говорим об одном и том же человеке? Твой брат – Брендан Фейри, так?

Шесть даров в одном смертном тельце! В страшном сне не представишь. Такие эксперименты если и проводили, то только безумцы и лет пятьсот назад. Она бы никогда не поверила в эту «сказку», если бы не своими глазами видела в одной руке огонь, а в другой лед. Не видела молнии. Не чувствовала отклик некромантской магии, судя по всему, доминирующей среди остальных даров. Варварство. Жуткое. Бесчеловечное. Понятно, что даже в личном деле в этой проклятой папке Магды не было всей правды. За такие манипуляции можно было сразу с головой расстаться, если, конечно, все это безумие не санкционировала корона и Совет Магов. Почему – то ей нестерпимо захотелось спасти мальчишку. Вытащить из бездны.

– Фейри. Мать пыталась его спрятать, когда за нами с отцом пришли. Не вышло, как видишь, – следилки он так и не активировал, но брови поднял. В немом вопросе.

Рессария поняла – время рисковать по – крупному. Она сбросила облик и выпалила:

– Только не поднимай тревогу. Я все объясню.

Многоликих опасались, но Энсор, похоже, был не из пугливых. Удивился. Да. Но страха, ненависти, брезгливости к ее «племени» Ресса не увидела.

– Кайрана здесь нет.

– Это я уже понял. Ты кто такая?

– Долгая история. Послушай, твой брат в безопасности. С ним Кайран, Сианна… Да куча тех, кто способен его защитить. Ты можешь уйти со мной. Сейчас. Но я должна знать, что мы не попадем в очередную западню, и никто не пострадает. Включая Брендана. Объясни, откуда генерал узнал, где нас искать? Как сумел заманить нас в ловушку?

Лицо Энсора исказила гримаса такой боли, будто с него кожу живьем сдирали здесь и сейчас:

– Ложь. Брендан в темнице…

Он отступил назад и спиной уперся в стену, но сигналки так и молчали.

– В какой еще темнице? Он в форте. Был. Бежал вместе с нами. Жив, здоров. Все так же бегает «хвостом» за Сантой.

Пальцы снова заискрили. Ресса вцепилась ему в руку, лишь бы опять ветер не поднял. Если Балиоре вдруг заснул, не стоило его будить.

– Я не знаю, кто ты, но это ложь. Я был в темнице! Видел брата! Мне обещали свидание через месяц, когда приму еще один дар…

Голос мальчишки сорвался на хрип. Он и сам, кажется, понял, что его обвели вокруг пальца. В темнице, вероятно, какой – то многоликий, без совести и принципов, за деньги роль Брендана и отыгрывал.

– Эй, посмотри на меня. Я не лгу, – Рессария аккуратно, по – женски коснулась его плеча. Пригодились в кои – то веки навыки, полученные в борделе. – Брендану ничего не угрожает, если, конечно, Балиоре очередную западню не устроил. Зато угрожает Сианне. А она, поверь, не меньше тебя настрадалась. Шрам на щеке – его рук дело?

Энсор потер щеку. Отрицать не стал.

– А у нее все тело было в шрамах. Вот таких же. Представляешь, что именно она пережила с таким папашей? Повезло, что Кай смог убрать этот ужас. К сожалению, твой брат заколки для волос не жалует, но… – Ресса сняла побрякушку Санты и вложила ему в ладонь. – Узнаешь?

Вещицу он узнал. Взгляд потеплел и где – то там, глубоко, мелькнула искра надежды.

– Говоришь, все еще влюблен в Лойс?

– Влюблен. Безответно и безнадежно. Твой брат хорош. Красив. Но совсем не ее типаж. Это я тебе как женщина могу сказать.

Не обиделся. Наоборот. Взял и рассмеялся. Искренне. Он ей поверил, наконец?

– Будущее Ринда «видела». Его любовница. Кусками, но суть понятна. «Видела», что Сианна отдаст дар. Что выйдет замуж по законам демонов. А потом «сломает» купол. И еще… Как демон скажет, что можно бежать на русалочий остров. Это давно было, Балиоре смог подготовиться. Торопиться не стал, выжидал, пока девчонка полноценной созидательницей станет. Такую можно подороже… – Энсор с отвращением поморщился. – Продать короне.

Значит, подставила их какая – то Ринда. Интересно, старейшины ее уже прокляли? Даже Ресса знала, что у «зрящих» был один – единственный негласный, но при том нерушимый закон. Никогда. Ни при каких условиях. Ни за какие деньги. Никому не раскрывать детали видений. Время, место, обстоятельства. «Зрящие» лишь намекали. Расплывчато. Но не больше.

– Что – то после этого ваша Ринда «видела»?

– Нет. Я бы знал. Ее сразу после… В общем, старейшины дара лишили. У них там какие – то свои правила.

В коридоре раздались шаги. Поступь знакомая, генеральская. Ресса запомнила. Балиоре стучал пятками. Слишком громко. Когда он босыми ногами по коридору шлепал, слышно было. А уж в сапогах и подавно. Набойки так громыхали по полу, что эхом отдавало за версту. Именно поэтому секунд десять – двадцать на бегство у них было.

На стене оставался маленький, незначительный кусочек сетки. Портал открыть она бы не смогла.

– Решение за тобой, – Рессария отступила на шаг.

Энсор, вопреки ее ожиданиям, колебаться не стал. Одним движением уничтожил сетку, сжал в ладони заколку Санты и пробормотал поисковое заклинание. Заковыристое. Она долго практиковалась, чтобы такое освоить. Безделушка вспыхнула у него в руке, а следом открылся портал. Он схватил ее за рукав и увлек за собой.

Ресса успела услышать, как с грохотом открылась дверь, как дворец содрогнулся от забористого мата, а лианы генерала полоснули ее по спине, но, к счастью, разрезали только рубашку. Балиоре не успел, портал захлопнулся. А она…

Она вдруг поймала себя на мысли, что почему – то не хотела отпускать эту теплую, слегка шершавую, но такую сильную руку. Вот и не верь потом в любовь с первого взгляда.