Глава 49. Спасательная операция
Вероника
В моём сознании укоренилась мысль, нет, даже не мысль, а осознанное понимание того факта, что последний мой прыжок с Тёмой, уже был сделан в «ловушку», только благодаря его силе, мы даже не заметили проклятой защитной сети. Дальше развивать эту вспышку в сознании я не решилась, да и времени нет, но стыд и реальное чувство вины перед всеми – осталось.
«Куратор» прогнал меня из дома в последний момент. Против нас в этом мире реально ополчились. Но имеют право, сама почувствовала, как ему плохо рядом со мной.
Спасаюсь бегством за мгновение до того, как другие вбежали в дом.
Прыгаю наобум в сторону Средиземного моря, я сегодня дважды там бывала и неплохо ориентируюсь. Наземные службы «охоты на ведьм» не успеют, а приближение по морю я быстро учую. Пока у меня есть фора…
Что будет дальше, сложно понять.
В этот раз прыжок даётся заметно труднее. Усилий пришлось приложить в несколько раз больше. Если раньше всё происходило на автопилоте, то теперь я буквально тяну себя в нужном направлении. Даже успеваю рассмотреть пространство, через которое перемещаюсь.
И в этом пространстве, оказывается, я не одинока.
Какое-то настойчивое и немое присутствие начинает донимать, требуя подчиниться и следовать заданному курсу, не понимаю, кто это или что…
Пытаюсь сопротивляться, не хочу влипнуть в очередную неприятность, но вдруг в сознании вспыхнул поцелуй. Не реальный и не воспоминания, а сладость, словно кто-то осторожно, с нежностью думает о моих губах, дотрагивается до них и согревает желанием. Не таким настойчивым и агрессивным, какими были поцелуи Руперта.
Нет, это совсем другой, желанный поцелуй, моего единственного и любимого жениха.
Вспыхиваю счастьем.
Он разыскал меня в этом мире и, кажется, нашёл лазейку. Я для него сейчас как Волк, управляемое на расстоянии тело, отпускаю себя и полностью отдаюсь на волю магии Тёмы.
Согреваюсь в его чувствах и в следующее мгновение ощущаю порыв морского ветра.
Бум…
Под моими ногами что-то огромное и гудящее, чувствую далёкую вибрацию «сердца» корабля.
Оглядываюсь и в ужасе замираю, это не остров!
Я на огромном сухогрузе.
Секунду на панику, вторую секунду, чтобы понять, как не свалиться, под натиском очередного порыва ветра. Третья секунда потребовалась на осознание грандиозного перехода всего судна через грань миров.
Защитная сеть действует на меня, сбивая мои настройки. Но на такую массу она пока повлиять не в состоянии.
— Мама дорогая! Мы украли корабль? — ветер срывает мой стон, треплет юбку, как порванный парус, отчего держаться за толстенный железный канат становится непосильной задачей.
Сейчас меня сорвет, как старый флаг и унесёт в море. Пальцы побелели от усилия и боли, кажется, я не выдержу…
Бум…
Удар совсем рядом, это совсем нехорошо, и прыгать страшно.
— Долго собираешься прохлаждаться? — Руперт собственной персоной, наклонился и протянул руку, желая помочь мне, встать.
— Ты! За что мне это! Я сама прыгну, не трогай меня! От тебя одни неприятности! — пытаюсь встать, да куда там. Ветер усилился, кажется, магический вихрь послужил причиной внезапного шторма.
— Ты уже дома, нам пора, и Артемий вытолкнет корабль назад, уже без нас. Времени нет совсем.
— Вы украли корабль?
Вместо ответа настырный тайный агент рывком поднял меня, поставил на ноги, и в следующее мгновение я очутилась в комнате дворца.
И сразу взрыв эмоций, слёзы и слабость, но страх не позволяет расслабиться:
— А Тёма? Он же не умеет прыгать, его утянет корабль, а оттуда нет выхода…
— Я сейчас его верну, ещё пять секунд у меня есть! — спокойно ответил тайный агент и исчез.
— Доченька! Боже мой…
Мама сделала несколько быстрых шагов ко мне, но чуть не упала, её тоже изрядно измотали последние дни. Мы обнялись и зарыдали.
Они все здесь и Ульяна Павловна, и Алексей с Марией, и Волк.
У них столько вопросов, а сколько вопросов у меня. Но это после, сейчас я считаю секунды, уже готовая прыгнуть снова и спасать моего жениха из морской пучины, вот уверена, что Руперт не упустит возможности сделать какую-то подлость.
— Разойдитесь, присядьте, пожалуйста, ждём! — громко скомандовал Алексей, и мы молча послушались. Освободили центр комнаты, для возвращения спасательной команды.
Секунды тянутся как года…
Одна, вторая, третья, кажется, я досчитала до десяти, а Тёмы всё нет.
Резко поднимаюсь, готовая прыгать, ведь только я знаю – куда.
И в этот момент силовая волна опрокидывает меня на кушетку рядом с мамой.
А в центре комнаты появились Руперт и Тёма. Ожидаемо оба мокрые, морская вода льётся с них ручьями.
Но разве это меня остановит, миг и я повисаю на шее моего единственного…
— Тёма-а-а! Тё-ма-а-а!
— Никогда больше не отпущу тебя от себя даже на шаг! Никогда…
Прошептал и поцеловал, не выдержав накала переживаний и страстей, не обращая внимания на окружающих дорогих людей. Тот самый поцелуй, какой выдернул меня из ловушки того мира, которого я, по глупости считала своим.
— Я и не сбегала, меня этот украл. Не отпускай. Мне без тебя очень плохо.
Шепчу, и на нас обрушивается новый шквал, теперь уже любви, радости, охов-ахов, объятий, слёз.
— Руперт! Стоять! Ты поклялся мне, что остаёшься в семье, я новый канцлер Пруссии, ты мой тайный советник, так что не смей сбежать со службы, а вот прощение попросить самое время, — слышим окрик Алексея, и шумный обречённый вздох.
— Я уже всё сказал тебе, Вероника, моё сердце разбито, но я счастлив, что ты жива. С этой минуты ты моя любимая внучатая племянница, прости…
Вот так попросил прощение, я только сильнее сжимаю руку Тёмы, но смотрю на мокрого, несчастного, действительно, несчастного мужчину, так настойчиво и порой грубо добивавшегося моего расположения, что даже вспоминать тяжко. Но мне его жаль.
Понимаю, что даже пожать его руку не могу, это причинит нам боль и неприятные воспоминания.
— Я прощаю тебя, ты говорил про уроки, вот твои уроки зубрить не надо, они врезались в моё подсознание. Научил на всю жизнь, и за это я тебе благодарна. Больше такой наивной дурой я не буду. Может быть, со временем, мы сможем общаться, но сейчас я чувствую, что это почти невозможно.
Он лишь посмотрел на меня, да так, что снова стало жарко и пропал. Уловила только мысль, что ему нужно привести себя в порядок…
— Пусть идёт, он уже не покинет нас! — ответила за новоиспечённого «дядю».
— Тогда я тоже с вашего позволения переоденусь, неприлично заливать чужие покои морской водой. Нам пришлось с Рупертом некоторое время плыть, чтобы убедиться, что огромный корабль вернулся в тот мир, — неожиданно спокойно, совершенно обыденно сказал Тёма, ещё раз поцеловал меня и поспешно вышел, оставляя на мраморном полу мокрые следы. Я даже не стала спрашивать, не произошло ли между ними стычки. Против Артемия Петровича сейчас выступил бы только совершенный придурок, жаждущий смерти, а Руперт не из таких.
Мои мысли прервала Ульяна Павловна:
— Так, милые мои! Все вопросы после, Аня, бери свою доченьку за руку, чтобы не сбежала, поспешим в покои, её нужно отмыть, накормить, сменить платье, и дать девочке отдохнуть, столько всего произошло, что не каждый мужчина выдержит. А потом все разговоры.
Прекрасно понимаю, что первый допрос мне устроят мама и Ульяна Павловна. А после уже все остальные.
И стоило двери закрыться за нами, я прошептала: «Руперт меня не тронул, и со мной всегда был рядом Тёма в образе Волка, так что кроме ссадин, удара молнией, шайки деревенских гопников на том перекрёстке, где мы впервые совершили переход, больше никаких ужастиков со мной не происходило».
— О боже! Да и этого достаточно, чтобы мне год есть успокоительное пригоршнями. Но ты не знаешь главного. Мы нашли нашу настоящую семью. Я тебя со всеми познакомлю, моя девочка. А сейчас скорее мыться, есть и отдыхать, на тебе лица нет от усталости.
— Это да. Измоталась я изрядно. Вот только у меня есть послание из того мира. Но о нём я расскажу только Андрею Васильевичу. Ничего всем рассказывать не буду, даже вам пока, поэтому не пытайте.
— И не будем. Мы и так догадались, что они разработали барьер против нас.
Ульяна Павловна взяла меня под руку, и мы втроём неспешно пошли через площадь, чувствуя каждый шаг по мощёной дворцовой площади, слушая пение птиц, и как же это приятно, ходить…