Глава 10

Судя по взгляду, вопросов у Дана было много. Но к счастью, мужчина внял голосу разума и замолчал. Я же только вздохнула. Ну какое впечатление за первую встречу и то — неполную? Тем более, что невесты у него как на подбор — дворянки со всеми вытекающими последствиями. Переговорив с девушками, я невольно зауважала Коссу. Княжна умела сочувствовать, понимать. Впрочем, она не боролась за сердце императора, в отличие от остальных. Вполне возможно, окажись я на пути княжны, меня бы смяли и не заметили.

Стоять в холле дальше не было смысла, но мы с Даном не двигались с места. Мне совсем не мешала тишина. Видимо, три года — это диагноз. Неизлечимый и однозначный. Но какой толк в этом знании?..

— Дан… — задумчиво начала я… и ойкнула. Марго, блин! Пригрелась, называется! — Ох, простите, ваше величество.

Император глубокомысленно почесал подбородок:

— Ну, личная фрейлина могла бы называть меня по имени… Но пока ты плохо справляешься со своими обязанностями.

Плохо?! Ах так!..

— Припудрить вам носик, мой император? — ласково пропела я, хлопая ресничками: — Или может, подобрать платье? Её высочество часто полагается на мой вкус. Вам больше подойдёт м-м-м… аквамариновый, под цвет глаз!

Император, удивительно, не обиделся, император разулыбался. С такой вредной мордой, что захотелось его ударить!

— Марго, по секрету — я люблю платья не надевать, а снимать. С хорошеньких, но безумно вредных фрейлин, — прошептал он, незаметно подкравшись ко мне. Судорожно выдохнула. Внизу живота как-то нехорошо зачесалось — чёртовы сны, будь они неладны! Надо бы узнать у Коссы, вдруг это тоже проделки навий! Есть же всякие змеи-искусители…

Разум скептически намекнул, что главная змеюка сейчас рядом со мной. А за остальное — привет богатой фантази и трём годам воздержания.

— Ваше величество, по секрету — если чувствуйте тягу к платьям, идите к модистке! А хорошенькие фрейлины — это по другой, вам недоступной части. У вас… невесты. Кстати! — я вспомнила про разговор с Александрой, и повернулась к Дану лицом: — Насчёт невест. Есть такой вариант, что будущая императрица выбрана заранее? И смотрины — они только для отвода глаз?

Дан внимательно посмотрел на меня. И правда, чуть кудрявые волосы, светлые, до середины шеи… Блин, Косса, какого чёрта?!

— Смотрины действительно для отвода глаз. А что касается выбора… не хочу говорить. Пусть это будет сюрпризом, — я недовольно фыркнула. Ну знаете, сюрпризы у вас так себе, ваше величество! — Мне пора, Марго. Не забывай про невест и будь начеку.

Забудешь с ним!

Собственно, невесты напомнили о себе буквально через пару секунд. Дикий крик волной пролетел по коридору, заставив подскочить и меня, и Дана. Я машинально оглянулась — кабинет лекаря был на втором этаже "женской" половины, а значит…

— Жилые этажи! — первым догадался император и рванул к лестнице. Я, подняв юбки и тихо матерясь, побежала за ним.

Следом за криком послышались тихие повизгивания, топот сапог и тонкий цокот туфель. За императором я, конечно же, не успела, но и без того было ясно, откуда шум. Третий этаж, покои одной из невест. У дверей уже собралась охающая толпа, которая попеременно крестилась. Пробиться и увидеть, что внутри, было невозможно.

— Ужасть-то какая… — потянула одна из горничных.

— Священника надо звать, как есть надо!

И зычный голос императора, который будто отразился от высокого купольного свода:

— А ну прочь все, иначе казнить прикажу к навьей матери!!!

Довели его величество.

Толпа из слуг бросилась врассыпную. Среди них я заметила и невест — Александру с уверенной мамзель в алом платье. У прохода остались только император и страж из тайной канцелярии. Пользуясь моментом, я прижалась к косяку и заглянула внутрь.

Мать моя женщина!

Стена в гостевой комнате была исписана красным… надеюсь, что краской, а не кровью. Одна фраза, которая повторялась сотни раз.

"Выпустите меня"

Невесту совсем не интересовали зрители. Сбросив туфли и встав на комод, она продолжала выводить буквы на широком окне.

Нежно-розовое платье было полностью в краске. Я вспомнила, как Дан называл её имя — Мирослава из рода Зарецких.

Но… "Выпустите меня"?.. Она с широкой, радостной улыбкой выпорхнула навстречу императору. Во время знакомства Мирослава была самой тихой, но страха в её глазах я не заметила.

У дверей началось шевеление и я, оторвавшись от невесты, обернулась. Пришёл лекарь — на этот раз один, без Коссы. Он был первым, кто вошёл в комнату, и без всяких скидок на титул сдёрнул девушку с комода. Та пискляво завизжала, но широкая ладонь лекаря и светлый импульс мгновенно превратили Мирославу в куклу. Лицо разгладилось, а глаза медленно закрылись.

Только Мистислав был отнюдь не безмятежен.

— Ваше величество, Тан — зайдите в комнату и закройте дверь, — распорядился он.

М-да, если до этого у меня были сомнения, то сейчас они закончились. Эти маски на одно лицо, а смотрите-ка, по имени назвал!

Тёмномордый уже собирался выставить меня за дверь, но Дан мотнул головой — и я просочилась в комнату.

— Что скажешь, Мист? Это краска, надеюсь?

— Краска, — кивнул лекарь, вызывая у меня вздох облегчения. Вот только Мистислав резко повернулся, прищурив глаза. Ох, у нас же большая любовь с главой тайной канцелярии, как я могла забыть! Поэтому бочком залезла за спину Дана и вовсю навострила уши.

— Но краска — это хорошая новость, ваше величество. А плохая… у нас объявился язычник-мозгоправ.

— То есть? — вмешался Дан. Лекарь не ответил — он аккуратно поднял девушку на руки и отнёс на кровать. Грудь невесты ровно поднималась вверх, как у спящей, но всё-таки было ощущение неправильности. Она лежала, словно фараон в саркофаге, на спине, без единого движения и почти белая. Только регалий в руках не хватало.

— Я полагаю, её хотели "настроить" на определённое действие, но что-то пошло не так. Психика не выдержала вмешательства, не приняла его и сломалась. Скорее всего, девушка слабая сама по себе — испугалась и закрылась. На смену разуму пришло спасительное "бессознательное". "Выпустите меня" — желание сбежать со смотрин, спрятаться.

— Её можно спасти? — Дан с виноватым видом покосился на невесту. Мне безумно захотелось взять его за руку, подбодрить, но я не решилась.

— Пока не уверен, — Мистислав покачал головой, — есть надежда, что разум спрятался за бессознательным, и можно будет подцепить его и вытащить наружу. Но не факт. Я посижу с ней сегодня, однако нужен постоянный присмотр и хороший лекарь. Лучше всего отправить невесту домой.

— Я пошлю вестника графу из рода Зарецких, — покладисто кивнул Дан, — а что с источником вмешательства?

— У меня есть несколько версий, но предлагаю обсудить их наедине, — красноречивость в голосе Мистислава просто зашкаливала. Ну и ладно, и не больно-то хотелось. Пойду и расскажу всё Коссе… и посмотрим, как он выкручиваться будет!

Под вечер у меня неожиданно появилось свободное время. Никто не долбился в дверь и не требовал исполнять фрейлинские обязанности. Даже слуги куда-то подевались. Можно было пойти к невестам, конечно, но по понятным причинам я не горела желанием. Дан наверняка занимался Мирославой, Косса проводила время с женихом. Первоначально я хотела заглянуть к ней, но… Это всё-таки целая княжна. Беспокоить её по мелочам — тоже смешно.

Я тяжело вздохнула и стянула перчатку. Подняла руку так, чтобы пальцы закрывали круглое румяное солнце у горизонта. Моя длань не отличалась изяществом — маленькая, квадратная ладонь, короткие пальцы. Только ногти красивые, как миндальные орешки. Оказавшись в этом мире, в один прекрасный день я не выдержала и обучила дворцового куафёра азам маникюра. Новинка сразу пришлось по сердцу барышням, поэтому для меня куафёр старался вовсю.

Лаков в Северной Империи не было, но местная индустрия красоты придумала штучку получше. Волшебный укрепляющий раствор с разными цветами по желанию клиента. И пусть это был лишь лёгкий оттенок, но мне нравилось. Ногти были здоровые и красивущие.

Впрочем, интересовали меня совсем не они.

Никаких искр. Может, мне вообще показалось?.. Я поводила рукой, улыбаясь солнечному свету. Вряд ли искры привиделись мне. Если два раза ещё сойдут за случайность, то третий и последующие — повод задуматься.

Я закрыла глаза, вспоминая тронный зал и девушку за спиной императора. Всю картинку. В деталях. Сердце болезненно ёкнуло, когда нож отправился в полёт…

Пальцы загудели от напряжения. Я прищурилась от яркого света, ударившего в голову. Перед глазами заплясали звёздочки безо всяких искр. Спохватившись, я отошла от окна. Кажется, мелькнуло два синих разряда… Но утверждать не берусь.

С другой стороны, у меня нет вязи на запястье, и я не язычница. Я из другого мира, где язычники — всего лишь старая страшная сказка. И тем не менее…

Я машинально отдёрнула платье и призадумалась. А не прогуляться ли мне до комнат стражи?.. Кроме Коссы во дворце всяко должны быть язычники-охранники. Насчёт искр я вряд ли что-нибудь узнаю, зато можно спросить про Миру.

Поправив макияж и причёску, я танцующей походкой направилась к выходу.

Как оказалось, дворец не вымер — на нижних этаж кипела жизнь. Слуги готовились к торжественному ужину императора с невестами. "Прокажённую эту", как выразилась экономка, домой отправили, даже графа не дождались. Я изумилась такой скорости. Неужели Вельмир с Даном настолько хотели избавиться от ущербной невесты?.. Но следующей пришла другая, более логичная мысль — девушка всеми силами стремилась из дворца. Возможно, её увезли, чтобы лишний раз не нервировать.

Надо бы спросить у Коссы завтра, чем всё-таки закончилась история.

Уточнив у экономки, где разместили язычников, я направилась прочь из дворца. У стражников были свои корпуса, с западной и восточной части Шах-Ашен. Язычников разместили в западной. Несмотря на белую пуховую шаль на плечах, до корпуса я почти бежала. К вечеру заметно похолодало, а уж рядом с морем…

Простыну сейчас, всем императорам назло, и будет мне счастье!

Я была уверена, что вечером в казарме будет полно народу. Но ровно до первых жилых комнат мне никто не встретился! На стук отозвалась только третья дверь, явив мне полуобнажённого молодца.

Молодец был высок, строен и как полагается, широк в плечах и узок в бёдрах. Я даже невольно засмотрелась. С виду мой ровесник, но мог оказаться старше. Короткий ёжик волос, характерный для воина, насыщено-шоколадного цвета. Глаза тоже были тёмные, нос с горбинкой и шрам у виска, явно накидывающий ему пару лет. Симпатичный мальчик.

И лицо знакомое.

— Привет, красавица! — разулыбался он, видимо, оценив меня: — Никак, согреться пришла?..

Я собиралась было кивнуть, ибо продрогла до костей. Но вовремя сообразила, что под "согревом" мужчина имел в виду иное.

Тимир, я вспомнила его имя. Язычник из команды воеводы Славяна, что охраняли нас в Марионской крепости.

— Разве ж я похожа на ту, что вынуждена просить внимания? — холодно бросила в ответ. Мальчик смутился, но ненадолго.

— Ну, иногда ведь хочется разнообразия. И потом, что же нужно такой прекрасной барышне? — он сделал шутливый поклон. Я проследила за его рукой и остановила взгляд на красной языческой вязи, которая, словно лента, охватывала запястье.

— Ты язычник?

Усмехнувшись, он поднял руку.

— Как видишь. Посвящённый Сварогу.

Сварогу… Это, кажется, огонь и боевые навыки. Я поджала губы. Мне нужен был не воин, а мудрец, образно говоря.

— А скажи мне… есть ли язычники без вашей отметины? Ты что-нибудь знаешь об этом?

Тимир опёрся спиной на косяк и сощурился:

— А я знаю тебя, красавица. Фрейлина княжны Ольги, Маргарита. Что ж, знакомы будем, я Тимир. Скажи, что за интерес такой?..

— Личный, — я вскинула голову, — ответишь?

— Что ж не ответить. Нет. Отметина — символ дара, колесо энергии. Без неё чары невозможны.

Ну, этого следовало ожидать. Вряд ли язычники себе банальные татушки набивали.

— Хотя подожди, — вдруг нахмурился Тимир. На его лице прямо отражалась усиленная работа мысли: — Рассказывали нам случай, что вроде полукровка без отметины родился, мать слабой язычницей была, а отец — верующий. Редкий случай, конечно. Кажется, потом этого полукровку подозревали в краже, но символов у него не было и потому — ничего не доказали. Но сама понимаешь, о языческой силе речи не шло… так, мелкое что-то. Я уже деталей не помню.

— Понятно, — немного приуныла я. "Мелкое" и "не доказали" вряд ли можно считать аргументом. Скорее всего, обвинили на словах, используя мать-язычницу как исходник.

— А про навь ты что-нибудь знаешь? Про духов, которые за собой зазывают?

Язычник весело рассмеялся:

— Фрейлина, ты с какой луны свалилась? Всем известно, если зазывает кто, да не уходит, к слугам Мары беги. Этих навей считать не пересчитать, сами марочники не всегда разбираются. А ко мне, красавица, только по живым и особо наглым.

— Буду иметь в виду, — тоже улыбнулась я, хотя на душе было не столь радушно. — А Маре посвящённые среди вас есть?

— Есть, но лучше к тайной канцелярии подойди. У них теоретики сильные. Во дворце пока некто Тан верховодит, к нему обратись. Нормальные они, не смотри на маски. Наши ребята больше по арканам…

Ага, ещё бы узнать, кто из масок Тан. Но спорить с Тимиром я не стала. Болтать дальше — лишь показывать свою незнание.

— Спасибо, Тимир! — поблагодарила я. Но уже развернувшись к выходу, услышала:

— Может, всё-таки останешься? — мужчина красиво поиграл мускулами. Эх, смотрела бы и смотрела. — Если что не по тебе будет — отпущу, давить не стану. М?

— А я свидания люблю и ухаживания, — выпалила, смутившись. Вроде и можно было, но… Хватит с меня случайных романов в этом месяце!

Тимир скрестил руки на груди и хмыкнул:

— Ладно. Учту. Будут тебе свидания и ухаживания!

"Лучше бы мне была тёплая куртка! — материлась я, возвращаясь обратно во дворец". Разум ехидно намекнул, что могла бы остаться под крылышком у Тимира. Молодая, незамужняя — почему бы не развлечься, тем более, ночь обещала быть жаркой. Но я лишь покачала головой. После дурацких эротических снов мои мысли явно несло не в ту степь.

Вдруг впереди мелькнула синяя тень. Мира в новеньком, незнакомом мне платье с оборками и пышным подолом побежала к воде. Подобрав юбки, я рванула за ней.

— Стой! — крикнула я, сбегая со ступеней: — Стой, Мира! Давай поговорим! Я хочу с тобой поговорить!

"Не хочу говорить! — ударил в уши детский визг. От неожиданности я едва не скатилась с лестницы: — Не хочу, не хочу! Ты злая! Дочь Мары привела с собой, изгнать меня задумала! Злая, злая, злая!"

Она оббежала вокруг меня и снова припустила вперёд. Гадство! Хочу джинсы и кроссовки!

Как назло, вместо мелкого дождя припустил ливень. Надо было возвращаться, но Мира…

— Давай поговорим! — взмолилась я: — Я не хочу тебя изгнать, я хочу узнать правду! Ты ведёшь себя как ребёнок! И ничего не говоришь!

"Плохая, плохая! — послышалась со всех сторон: — Злая Маргарита! Уходи!"

И эта противная девчонка бросилась прочь по берегу. Разозлившись, я похлюпала за ней.

"Папенька, — кричала Мира, — папенька, помоги! Марго плохая! Марго обидела меня!"

На небе, разрезая тёмную кашу, свернула молния. Ливень разошёлся не на шутку, так, что впереди ничего не было видно. Мира замерла на берегу.

— Папенька! — закричала она: — Папенька, смотри!

Я — даром, что не папенька — тоже повернулась. В море, бушующем и ненастном, качались корабли, озарённые белым светом. Именно свет защищал корабли от молний, в обилии искрящем в небе. Они били в паруса, мачты, но тщётно. Не помогало. Молнии оказались бесполезны.

Корабли выстроились в шеренгу аккурат напротив Шах-Ашен. Я растерянно захлопала глазами. Откуда взялись корабли?! А буря? Неужели на нас напали?!

Эхом над морем пролетел щелчок затворов. Из квадратных пазов в корабле появились тёмные бездны пушек. Мира рядом со мной завизжала, оглушая вместе первым ударом ядер.

Больше я ничего не запомнила.