Глава 69

Железные шипы вонзаются в грудную клетку. Глаза застилает ярость. Не могу видеть его вот так с другой. Я извелась, гадая, что с волком, а он прекрасно проводит время. Всего две недели ему потребовалось, чтобы меня забыть. Или еще меньше. И самое паршивое, мне сейчас гораздо больнее, чем когда я видела кадры измены Джека. Сейчас мои внутренности заливает обжигающей кислотой. Руки сжимаются в кулаки. Слез нет. Их вытесняет злость. На себя за слишком сильную реакцию. На него за эту мерзкую сцену.

Истинная… бред… если бы яд забрал мою жизнь… вряд ли он бы заметил. Конечно, у него еще две жены.

Они синхронно поворачиваются в мою сторону. Не разжимают объятий. Никакой неловкости. А хотя, о чем это я, она ведь его жена. Нет! Не потерплю. Не позволю.

— Я не вовремя? Прервала вашу идиллию? — подхожу еще ближе. Внутри все закипает.

— Зачем ты сама добиралась, я бы послал машину тебя встретить, — глаза вспыхивают золотом, проходится взглядом по моему телу. Гад! Только что обнимал эту и вот уже переключился на меня!

— Вивьен, как я рада видеть тебя в добром здравии! — Шайна сияет. Ни намека на сожаление, ни злости, ничего. Только улыбка. На удивление искренняя. Не иначе как играет. — Мы переживали. Хорошо, что ты вернулась!

— Я заметила, как сильно вы переживали, — поворачиваюсь к Шайне. — Если ты закончила свои приторные игры, будь добра убраться и оставить меня наедине с мужем.

— У тебя нет причин для злости, — также миролюбиво улыбается.

— Без тебя разберусь, — показываю рукой в направлении аллеи.

Она удаляется. Уходит прочь, даже не оглядываясь. Не делая попыток задержаться. Странно.

— Интересное представление, Вивьен, — оборотень тоже выглядит вполне довольным жизнью.

— О, мне кажется, я как раз помешала занимательному действу! Чем бы все закончилось, если бы я не появилась? А, Рэй?! — во мне столько ярости, что она выходит неконтролируемыми потоками.

— А как же твои пожелания мне, о счастливой жизни с женами? — лукавый взгляд, порочная улыбка. Он ничуть не обескуражен. Наоборот, явно пребывает в приподнятом настроении.

Может, все уже случилось? И я застала, так сказать, финал их сношений? Кровь приливает к лицу. Завожусь еще сильнее, только представив, как он сплетается с этой то ли змеей, то ли не пойми кем. Мерзость!

— Гаденыш! — надвигаюсь на него, — Не перекручивай! Это было до, а теперь при мне я не потерплю жен, любовниц и прочую нечисть! — хватаю его за ворот белой рубашки, — Тебе ясно?!

— Позволь уточнить, — наклоняется к моему лицу, обхватывает мои руки своими, нежно проводит по ним пальцами. Жар проходится по коже. Желанный. Исцеляющий. Долгожданный. — До чего?

— До того как я приняла решение вернуться, — вырываю руку и даю ему пощечину. Вкладываю всю силу и ярость. — Переживала за твой зад. А ты тут развлекаешься, цветешь и пахнешь. Ну и как? Хорошо проводил время? Каждую ночь по одной жене или сразу с двумя? — бью его по лицу еще и еще. Потом молочу кулаками в грудь. — Сволочь. Подлючий! Ненавистный изменщик!

Он ловит мою руку. Подносит к губам и целует. Медленно проводит языком по сжатому кулаку. Закрываю глаза. По телу пробегает дрожь.

— Ты сама можешь понять, где я был, — шепчет бархатным голосом. Моя злость ничуть его не трогает.

— Явно не со мной! Интересно если бы я померла, ты бы это заметил или продолжил обниматься со своими бабами?! — одна рука у его рта, а второй я делаю попытки колотить его. Хоть и понимаю, что оборотню мои удары, легче комариного укуса. Но моей ярости нужен выход. Она поднимается волнами, ослепляет, кипит в крови.

— Уверена? — дотрагивается до моего лба. Проводит рукой по виску. Волосам. Потом резко прижимает к себе. Сильно. До хруста костей. Шепчет на ухо, — Тише маленькая, я с тобой…

Эти слова… Я их слышала… Не так давно… Удар. Сильный. Вспышка. Яркий свет разрезает тьму. Воспоминания. Я там, в черной комнате. Мне так холодно. Меня колотит.

Сквозь мрак слышу голоса…

— Решай, Рэй, можно попытаться… гарантий не даю. Ее жизнь на волоске, — грубый низкий голос Демона. Совсем близко надо мной. Мне так плохо. Я задыхаюсь. Тело выламывает. Чувствую, как внутри расползается лед. Из меня уходит жизнь. Что-то чужеродное внутри съедает меня живьем.

— Делай, — голос Рэймонда, отчаянный. В нем столько боли.

— Я один по-любому не справлюсь. Ей понадобится сила ее истинного. И моя кровь. Тогда есть шанс… Пойми Рэй… маленький… ничтожный…

— Она будет жить! Если понадобится, выкачаем из тебя всю кровь. Я отдам ей свое сердце. Что угодно… Мою жизнь возьми… Она должна справиться! Вопреки всему выжить! Любой ценой! — и столько уверенности в голосе, боли, желания спасти. Воспоминания такие явственные, я погружаюсь в них сейчас с головой. Снова переношусь в ту комнату. Рэймонд со мной. Лежит на постели. Он отдает тепло. Силы. Он согревает и раскалывает лед внутри. Идет борьба со смертью. Он рядом. Я ведь тогда в бреду чувствовала. Но не понимала. Он действительно был со мной. Вместе с Демоном сражался за мою жизнь.

Он тогда отдал что-то очень ценное. Оторвал от себя. Я не понимаю что. Но теперь отчетливо вспоминаю, как через пелену мрака я была окутана его теплом. И в те мгновения ничего для него не имело значения только моя жизнь. Это не слова. Нет. Это ощущения. Знания. Которые идут из глубины сердца. Их просто осознаешь. Знаешь. Как истину.

— Ты… ты был со мной… тогда… не знаю… сколько ночей или дней… — стою в его объятиях. Сбитая с толку. Неготовая к обрушившейся на меня правде. — Почему я забыла? Почему вспомнила только черную мазь и того Демона?

— Кто знает, почему твоя память настолько избирательна, — чуть отстраняется. Осыпает мое лицо поцелуями. Собирает губами слезы. Я цепляюсь за него руками и больше всего сейчас боюсь выпустить. — Но ты ведь вспомнила, — проводит рукой по моим волосам.

Меня пронзает желание ощутить его обнаженное тело. Порвать одежду. Разорвать все преграды. Мое тело горит. И я не понимаю, что это за жар. Что это за странные сладкие и болезненные спазмы внизу живота. — Почему ты тогда оставил? Почему не забрал, когда мне стало легче? Тот Демон он ужасен! — прижимаюсь к нему еще сильнее. Ощущаю твердость в штанах и вскрикиваю. Пронзает разрядами тока. Острые, яркие ощущения разливаются по телу.

— Я бы вынужден, — его руки опускаются ниже, под курточку, под футболку, проходятся по спине. Хватаю ртом воздух. Нет не воздух, его запах, мне необходимо впитать его в себя, пропитаться. Исцелиться. — Для твоей же безопасности, — бархатный шепот ласкает тело. Окутывает жаром желания. Я растворяюсь в его руках. Мир останавливается. Есть только он. — Я должен был разобраться во всем тут в доме. Не подвергая тебя риску. Я не могу тебя потерять, Вивьен, — целует меня, нежно скользит языком по губам. Издаю стон ему в губы. Сейчас его поцелуй кажется слаще нектара. Мне мало. Не могу остановиться. Не знаю, что со мной происходит. Словно тело сбрасывает броню, раскалывается каменный кокон, а под ним я обновленная, готовая вобрать в себя все, что он может мне дать.

Внезапно вспышка гнева вновь пронзает. Отстраняюсь. Тяжело дышу. Ноги не держат. Не падаю лишь потому, что крепко прижата к волку.

— Ты ведь был со мной не все время, — заглядываю в золото его глаз, сейчас там нет тьмы, только чистое сиянье. Он смотрит на меня так, как никогда, до этого не смотрел. Словно любуется, и не может насмотреться. Превращаюсь в мягкий податливый пластилин, под его взглядом. — Скажи, когда ты был тут в доме, ты спал с ними? Ты приходил к женам утолить свои желания?

Замираю. Перестаю дышать. Сейчас от его слов зависит многое. Сейчас я стаю на распутье, и слова оборотня зададут направление дальнейшей жизни.

— Вивьен, — берет меня за подбородок, проходится языком по верхней губе, — Я ни с кем не спал. Я желаю лишь свою истинную, — и столько искренности, столько нежности в этих словах. Они проливаются бальзамом внутрь. Ощущаю, как за спиной вырастают крылья. В его руках я цельная, настоящая, обновленная.

— А… а вот эти объятия с Шайной, — вздрагиваю. Даже сейчас воспоминания отравляют этот момент. Проливают горечь на сладость этих мгновений.

— Она до сих пор невинна. Я для нее спаситель. У нее несколько иные чувства ко мне. И одно время она принимала их за любовь. Шайна делает первые шаги в этом чужом для нее мире, потому ей сложно, — поднимает меня на руки и несет куда-то вглубь сада. — Она помогла мне разобраться в некоторых моментах. А сегодня она меня отпустила. Вначале предложила отдать невинность…

— Патлы повырываю. Дрянь! — ярость возвращается. Дергаю за его рубашку, так что пуговицы летят в разные стороны. Раздается треск ткани. — И ты что? Не смог отказаться от столь щедрого предложения?!

— Я отказался. И тогда она окончательно убедилась, что больше ей незачем удерживать меня. Ей нужен самец, который будет ее желать, любить, заботится. А я могу ей предложить только свою помощь и покровительство.

— И зачем ты ее лапал?

— Вив, сладкая моя, — зарывается носом мне в волосы. — Это были лишь дружеские объятия, в знак того, что мы решили все вопросы. И еще чтобы посмотреть на твою реакцию, — не вижу, но чувствую, как улыбается.

— Гад! Ты издевался! Выводил меня на ревность! Тиская эту! — впиваюсь ногтями ему в шею. — И сейчас тебе еще весело!

— Тебе нужен был маленький толчок, чтобы проявить свои эмоции, — ставит меня на ноги. Уютная поляна, окруженная со всех сторон цветами и зелеными кустами.

— А следующий раз ты заберешься к кому-то в постель? Чтобы дать мне толчок?

— Нет, — прижимает меня к себе, — Это было спонтанное решение. Так карты сошлись. Обещаю, больше никогда, — целует. Я бью кулаками в его спину. Ярость все еще клокочет внутри, но ее смываю другие ощущения. Намного сильнее, ярче, острее.

Рэймонд раздевает меня. Его пальцы скользят по телу. И я впервые в жизни изнемогаю от предвкушения. Я жажду продолжения. Именно хочу, как никогда, и ничего не хотела.

— Не знаю, сколько я буду рядом с тобой. Но пока я тут, — обхватываю его лицо двумя руками, — Чтобы ни одной дамочки и близко с тобой не было.

— Оу, какой собственнический тон, — золотые вкрапления в его глаза складываются в одно отчетливое слово «счастье», я кожей ощущаю его ликование. И желаю познать его в глубине. Внутри меня пронзают судороги. Запускаю руки под его разорванную рубашку, наслаждаюсь гладкостью и силой оборотня. Между нами проходятся волны энергии, окунают нас в дивный водоворот. Мы словно отправляемся в путешествие по неизведанным мирам.

Мы избавляемся от одежды. Опускаю взгляд. Я видела Рэймонда голым прежде. И тогда признавала, насколько идеально он сложен. Но сейчас, впервые в жизни я смотрю на него с вожделением. Я словно действительно готова потерять невинность, отдаться ему. По доброй воле. По желанию. Безумному всепоглощающему.

Впервые мужской орган заставляет меня покрываться мурашками и дрожать от предвкушения. Волк осыпает меня поцелуям, страстными, ненасытными, нежность граничит с его неуемным желанием. Теперь я чувствую, сколько он сдерживался, и как он хочет меня. И сейчас это чувство взаимно. Я могу ответить тем же. Ликую. И жажду испытать все. Его губы сомкнулись на моем соске. Остро. Незабываемо. Между ног ощущаю влагу. И внутри пустоту, которую просто необходимо заполнить. Створки лона сжимаются. Сладко и больно.

Я исследую его тело. Мне нравится чувствовать, как он реагирует в ответ. Ловить его жаркое и жадное дыхание.

— Вивьен, я так долго тебя ждал, — поднимает голову и смотрит на меня, и столько откровенности в этом взгляде, щемящей нежности и вожделения.

— Больше не надо ждать, Рэймонд, — улыбаюсь, открыто, уверенно.

Он опускает меня на траву. Накрывает своим телом. Сама раздвигаю ноги. Не могу ждать. Хочу ощутить его внутри. Не отрываем взгляд друг от друга. Он входит в меня, плавно и в то же время резко. И в этот миг я тону в черном золоте его глаз. Его вселенная распахивает свои врата, я погружаюсь в загадочный и удивительный мир удовольствия. Скольжение его плоти заставляет меня распадаться на мелкие части, сгорать в огне желания, и потом возрождаться, чтобы принять еще один толчок. Еще глубже. Еще сильнее. Он пронзает меня всю. Проникает в глубину души. Опутывает сердце искрами чистого, неподдельного удовольствия. Это гармония душ, тел, сплетение чувств и дивной, волшебной энергии. Рождение новых эмоций, ощущений.

Он раскрывает меня изнутри. С каждым толчком все сильнее. Обвиваю его ногами. Прижимаюсь к телу. Смотрю в его удивительные глаза. И читаю там чистый восторг. Блуждаю по новым мирам, летаю где-то за пределами нашей вселенной. Обновление. Я рождаюсь заново. Воскресаю для него, вместе с ним.

Внутри назревает что-то сильное, мощное. Волк, мой проводник в мир удовольствий ведет меня уверенно за руку, раскрывая для новых ощущений. В глазах вспыхивает золото, я вбираю его в себя, кричу, и он ловит мои крики. Оргазм. Цунами. Ураган. Реальность раскалывается вдребезги. Сильное сокрушающее чувство. Два сердца сплетаются в одно, их прошивает злотыми нитями истинного наслаждения.

И только сейчас, телом, душой, кровью, всем естеством я понимаю, что есть истинная связь. Это не объяснить словами. Это чистый, неразделимый энергетический поток силы, который существует между нами. Он живой, яркий, незабываемый. Волны первого в жизни оргазма продолжаются. Заставляя меня содрогаться, впиваться в своего волка, кричать, стонать, растворяться в новых и невероятных ощущениях. Он изливается в меня, жарким потоком семени, вновь возносит меня к пику, сжимаюсь вокруг него, вбираю его наслаждение и отдаю свое. Нескончаемый круг безумного путешествия по запредельным граням высшего блаженства.

— Даже в своих самых смелых фантазиях не представляла, что секс это настолько запредельно, — шепчу ему на ухо, вбирая его жар.

— Это только начало…